Элина Градова – Не покидай (страница 11)
– Так мы с Галиной, матерью её, рядом торгуем, вот уж годков семь, не меньше, я всё про её непутёвую дочку знаю.
– Думаете, не стоит брать? Просто, хотели, как лучше, с работой сейчас трудно, а у неё, наверное, семья, дети?
– У Фаинки, семья?! Не смешите меня, Людмила Николаевна! Сроду у неё никого не было!
– А, муж?
– Да, какой там муж! Связалась с каким-то уголовником по переписке, знаете, они ведь пишут с зоны всякие жалостливые письма, вот она и повелась. Уж, как её Галка отговаривала, да куда там! Поехала к нему, а там, сами понимаете, кого попало не пускают, только прямых родственников. Вот она замуж за него и вышла. Правда, надо сказать, не прогадала, мужик оказался богатым, и его родители обеспечивали ей хорошее содержание всё это время, даже в квартиру поселили. Но, как волка ни корми, а он, всё равно, в лес смотрит. Вот и Фаинка, вместо того, чтобы зацепиться в богатой семейке, принялась пить да гулять и водить к себе, кого ни попадя. И, видно, так осточертела мужниной родне, да и ему самому, что последние пару лет он её к себе и не вызывал. А, ещё, они ей квартиру в собственность передали после развода, наверное, чтобы больше на глаза не попадалась и рот на замке держала… Так она её через месяц продала и деньги пропила, даже матери ни копейки не досталось, а теперь опять на шее у неё повисла...
– Всё ясно, Мария, – задумчиво произнесла Людмила.
– Вы уж, меня, дуру глупую, простите, за то, что я её к Вам послала, обрадовалась, что хоть работу найдёт, всё Галке полегче! Фаинка матери сказала, что её Ваш муж нанял, а она адрес потеряла, ну я и направила её сюда, я же адреса-то не знаю… Хотела, как лучше, а потом, подумала, на кой чёрт Вам такая помощница, одни неприятности от неё будут! Если придёт, Вы уж, откажите ей лучше, скажите, что другую нашли…
– Спасибо, Мария! Мы учтём, – и обращаясь к медсестре, – Анюта, рецепты готовы?
– Да, да, уже дописываю! – медсестра принялась скорее писать, так и не начатые бумажки…
– Людмила Николаевна, я вот всё думаю, неужели Ваш друг – уголовник? – спросила Анна, когда все пациенты разошлись, – этого просто не может быть!
– Мне всё равно, забудем об этом, Анюта, не хочу говорить…
***
Весь вечер Людмила обдумывала услышанный от Марии рассказ. Выходит, у Марка, всё-таки, были кое-какие аргументы в свою защиту… Однако, они ни коим образом не отменяли того факта, что эта поганка, когда-то была его женой, а главное, что он скрыл свой брак, пусть и прошлый,
– Сколько ещё тайн, ты от меня прячешь, Марк Антоний?
Не спалось, внутренний голос нашёптывал в ночи о том, что она слишком жестока к нему. Что восемь лет в заключении без женской ласки и любви для молодого парня – тяжкое испытание. А такой довод, что во временные жёны ему досталась непутёвая Фаина, и только поэтому, Марк сейчас свободен и с ней, а не растит выводок с любящей верной супругой, лишь доказывал, что их нынешняя встреча не случайна, и всё к лучшему…
Но наутро Людмила проснулась, опять-таки, с мыслью, что всё же, Марк виноват сам. Надо было сказать правду ещё на рынке, да мог бы просто поставить её в известность, что был женат, но в разводе. И, вообще, почему она должна терпеть такой позорище на работе из-за его бывшей жены?.. Но червь сомнений убивал позавчерашнюю решительность насчёт «прощай навсегда!»
День прошёл в работе, Марк не появлялся, телефон молчал. Людмила пошла с обходом участка по вызовам, это отвлекало. Она дольше, чем обычно, задерживалась на каждом вызове, более пространно объясняла больным, что и как принимать, спешить было некуда… В одной из квартир ей открыла немолодая женщина и пригласила к дочери. Людмила внимательно прослушав Кристину, так звали больную, обнаружила бронхит, выписала больничный и, пока занималась рецептами, около неё всё время крутился мальчишка лет восьми – её сын. Бабуля пыталась его увести из комнаты, чтобы не мешал, но ребёнок остро хотел общаться,
– Как тебя зовут? – спросила Людмила.
– Павлик, – обрадовался мальчик, что на него обратили внимание.
– Сколько тебе лет?
– Семь, совсем скоро восемь будет, – прыгая на одной ножке, сообщил он.
– Ты уже ходишь в школу?
– Да, только мне не нравится… – и мальчик оттопырил нижнюю губу подковкой.
– Понимаете, доктор, мы недавно переехали, пришлось поменять школу, – оправдывалась бабушка.
– Да я уже догадалась, давно на этом участке работаю, почти всех знаю, а с вами не знакома.
– Жизнь заставила поменять квартиру, – вздохнула женщина.
– Мам, не надо, кому это интересно?! – проворчала дочь.
– Ничего страшного, со мной всем делятся, – пожала плечами Людмила, – и плохим, и хорошим…
– Спасибо Вам, доктор... – словоохотливой дамочке надо было, кому-то излить душу, и Людмила спросила, просто так,
– А, отец-то есть у Павлика, извините?
– Помер он, и ребёнка не увидел даже…
– Есть, есть! – обиженно прокричал Павлик, махнув на бабушку рукой, – только, он давно ко мне не приходил!
– Жаль, – вот и ещё одна драма, – подумала Людмила, и добавила перед уходом, – не болейте. С наступающим…
– Спасибо, и Вас…
Глава 19.
Около дома, когда Людмила уже собиралась зайти в подъезд, к ней откуда-то из-за газонных кустов выскочил Геннадий. Судя по тому, что его колотило и нос слегка посинел, поджидал он её давно,
– Людочка, привет!
– Привет! – она даже испугалась от неожиданности.
– С, наступающим!
– И тебя с наступающим, Гена!
Людочка, а можно к тебе? – он состроил просящую мину в надежде её разжалобить.
– Гена, ты же от меня ушёл. Причём безо всяких объяснений. Я, вообще-то, тебе несколько раз звонила, а ты не удосужился ни ответить, ни перезвонить…
– Людочка, прости! Меня твой людоед выгнал! И пригрозил, чтобы я не появлялся здесь!
– Так почему же появился?
– Так я вижу, что ты второй вечер одна возвращаешься, а третьего дня он из подъезда пулей вылетел, так газанул на своём Мерсе, что только снег столбом! Ну, я и подумал, что ты его выставила! Так ему и надо! Молодец, Людмила!
– А, ты, значит, тут пост занял, следишь за мной?!
– А, что мне делать оставалось, он же бандит форменный! Ты оглохла, что ли? Он же говорить-то нормально не умеет, только по фене ботает! Этот уголовник угрожал оторвать мне уши и засунуть сама понимаешь, куда, если появлюсь у тебя снова. Так, что я рискую! – Геннадий чувствовал себя героем.
– Гена, а почему ты не упоминаешь, что этот людоед заплатил тебе, чтобы ты убрался из моей жизни?!
– Ты и это знаешь?.. – герой сразу сник, будто сдулся, словно спущенный воздушный шарик.
– Знаю! Что, деньги кончились?! И жить негде? – Людмила ударила не в бровь, а в глаз.
– Людочка, прости, у меня всё шло по плану, сначала котировки росли, и я всё время увеличивал капитализацию, но, потом, что-то пошло не так, и я прогорел… – Геннадий выглядел, как нашкодивший двоечник, которого уличили во вранье, но он быстро нашёлся, – Но я же старался для нас! Вот, выиграл бы и вернулся к тебе с кучей денег, не хуже твоего людоеда!
– Уходи Гена, и больше не показывайся мне на глаза, а то, я позову его, и он тебя съест! – она сделала на последнем слове резкий выпад в сторону Геннадия, и он от неожиданности отпрыгнул, – хорошо, хоть не влезла из-за тебя в кредит… – бросила она напоследок и захлопнула подъездную дверь перед носом бывшего, – Марк был прав, это не жизнь, это дерьмо, какое-то!..
***
Чтобы не сдохнуть с горя и тоски, Людмила подменилась на тридцать первое число и вышла на приём, вместо пятого января. Да она бы и пятого вышла и даже первого, жаль поликлиника закрыта будет… Она бы все каникулы работала, всё равно, деваться некуда… А главное, сегодня в канун Нового года делать больше нечего, как только сидеть в кабинете, пусть и на чужом участке. А, что с чужой медсестрой, так ещё и к лучшему, потому что Аннино сочувственное лицо Людмила видеть была просто не в силах…
Но и сегодняшний короткий рабочий день подошёл к концу. Девушка неторопливо пробиралась домой. Прежде чем сесть в автобус, она прогулялась по центру: жизнь кипела, предпраздничная радостная суета захватила всех. На каждом углу всё ещё торговали живыми елками, пытаясь сбыть оставшийся товар, хотя бы за полцены. Особым спросом пользовались петарды и фейерверки, несколько последних вечеров в округе уже громыхало и сверкало вовсю. Видимо, нетерпеливые граждане, не в силах дождаться праздника, устраивали его заранее. Что же будет нынешней ночью?! Наверное, радость и предчувствие счастья, но только опять не у неё…
Зайдя в гастроном, Людмила хотела было купить готовой нарезки, но передумала, кусок в горло всё равно, не лез. А, вот бутылку шампанского, недорогого, а по Антоновским меркам, вообще, наверное, не шампанского, всё-таки, взяла. Хотя в одиночку пить, не очень приятная затея, но похоже, на ближайшее время компанию ей может составить, разве что телевизор...
Где-то часам к девяти вечера, не зная куда деться и жалея, что не уехала к родителям, Людмила налила себе пенную ванну, решив отвлечься хотя бы на это. Она открыла бутылку и взяла её с собой. Пышная пена с ароматом апельсина и красивый фужер, должны были придать новогоднего настроения процедуре, но не очень-то справлялись с поставленной задачей…
Однако, ванна расслабляла, а девушка на голодный желудок выцедила уже полбутылки игристого, острые весёлые пузырьки ударяли не только в нос, но и в голову, и Людмила не заметила, как задремала в тепле…