Элина Бриз – Невозможно забыть (страница 16)

— Пытаюсь добиться ответа на все свои вопросы. Итак, почему вдруг ты стала воротить от меня свой хорошенький носик? И не надо мне снова рассказывать весь этот бред. Я же вижу, как ты трясешься подо мной.

— Пошел ты…, - выжимаю сквозь зубы и в тот же миг слышу, как рвутся мои шорты вместе с трусами.

Он просто сорвал их с меня и оставил почти голой.

— Неправильный ответ. Попробуем еще раз.

Ярослав перехватывает мои ноги за лодыжки и сводит их у себя за спиной. А потом начинает мучительно медленно подниматься вверх. У меня перехватывает дыхание, но я все еще боюсь, что нас здесь увидят, поэтому продолжаю слабо сопротивляться.

— Да что же ты упрямая-то такая, — с этими словами Ярослав почти полностью ложится на меня. Перехватывает одной рукой мои запястья и фиксирует над головой, а второй пробирается между ног.

Я испуганно дергаюсь, но сделать ничего не успеваю. Он вводит внутрь меня два пальца и начинает трахать ими практически без перерыва. Выгибаюсь дугой и прикусываю губу, чтобы не начать умолять его о продолжении.

— Я жду, Уля. Что произошло? — слышу, как сквозь толщу воды его вопрос, но уже не в состоянии на нем сосредоточиться.

Он замирает прямо во мне и ждет, когда мое тело немного успокоится. Низ живота ноет от неудовлетворенности, но зато в голове начинает проясняться. Я смотрю в сторону дома, но Ярослав тут же переключает все мое внимание на себя. Возобновляет движение пальцами и добавляет большой палец на клитор.

Перед глазами начинают мелькать разноцветные вспышки, потому что это невыносимо и одновременно мучительно сладко.

— Уля, отвечай, мать твою. Я долго могу так правды добиваться. Или ты хочешь, чтобы я трахнул тебя по-настоящему на глазах у Мирона и ваших соседей?

— Придурок, ненавижу, — шиплю со злостью и тут же закатываю глаза от удовольствия, потому что Ярослав нажимает на клитор и медленно выводит вокруг него круг.

— Я переживу, сладкая. А теперь ответ?

— Я видела фотографии, — стону и сама насаживаюсь на его пальцы.

— Умница. Какие?

— Твои, придурок, — выплевываю со злостью и тут же взвизгиваю от резкого толчка пальцами.

— И что? Я там настолько плохо получился?

— Ты был с какой-то шлюхой на открытии нового клуба. Сразу после нашего первого секса.

Сквозь туман похоти понимаю, что наболтала лишнего и пытаюсь исправить ситуацию.

— Мне плевать с кем ты трахаешься, но лечиться в вендиспансере после тебя в мои планы не входит.

— Какого клуба? Название? Я никуда не ходил, кроме работы и спортзала уже несколько недель, истеричка.

— Метеор.

Яр скрипит зубами и рвано выдыхает воздух.

— Это давно было, кошка ревнивая. Этим фоткам уже года два.

Дергаюсь под ним от злости, но он не отпускает.

— Этот клуб открылся три дня назад, Ярослав, так что хватит мне врать.

— В нашем городе, Уля. В нашем открылся три дня назад, а эти фотографии сделаны в другом. Ты могла зайти на сайт и сравнить интерьер этих двух клубов, он существенно отличается.

Я пытаюсь осознать все, что он говорит, но в такой позе и в таком состоянии сделать это не так просто.

— Ну раз с причиной твоего игнора мы разобрались, теперь еще кое-что, — продолжает Ярослав, склонившись к моим губам, — скажи, что все, что ты наговорила мне днем неправда, потом пойдешь домой спатеньки.

— Не дождешься, — пищу жалобно, потому что чувствую, как оргазм снова подступает, но эта сволочь изо всех сил его тормозит.

— Тогда дальше сама, Уля-я-я.

Убирает руки и ставит их по обе стороны от меня.

— Ничего страшного, сейчас приду домой и в ванной продолжу, — говорю твердо, глядя ему прямо в глаза.

Вижу, как жестко он ухмыляется и чувствую неладное. Похоже, мне каюк.

— Так, как со мной, у тебя точно не получится. Держись крепче.

Снова чувствую одновременное вторжение внутрь и давление пальца на клитор. Кричу от простреливающего удовольствия и разлетаюсь на части. Мне становится плевать, кто нас здесь увидит и, как стыдно мне потом за это будет. Слишком долго он мучил мое тело и слишком сильном было скопившиеся напряжение.

Содрогаюсь на его руке с пошлыми стонами и откидываю голову назад. Не могу пошевелиться и открыть глаза. Так и лежу перед ним с широко разведенными ногами. Кстати, я даже не уверена смогу ли их теперь свести вместе.

— Знаешь…, - хрипло выдыхает и шумно сглатывает. Его взгляд медленно стекает вниз и задерживается между моими бедрами, — я тебя обманул. У меня здесь такой вид, что я все-таки тебя сейчас трахну.

Слышу, как звенит пряжка ремня, шелестит фольга, но даже не успеваю среагировать. Просто от его постоянной провокации, я снова чувствую возбуждение и очень хочу продолжения. Ярослав приставляет член к моему входу и несколько раз скользит по складкам, размазывая влагу. Снова обводит клитор по кругу, вынуждая выгнуться ему навстречу и одним рывком заполняет собой.

А потом заворачивает мои ослабевшие ноги себе на плечи и начинает таранить с бешеной скоростью. Мои пошлые громкие стоны разносятся на всю округу, но я никак не могу это контролировать. Меня выворачивает от удовольствия и тело само стремиться навстречу каждому мощному удару. Он пропитал меня своей развязностью и похотью, как губку, и теперь с удовольствием пожинает плоды.

Чувствую приближение оргазма и сильнее впиваюсь ногтями в его руки. Ярослав замедляется, делая удары более глубокими и нежными, а потом начинает массировать пальцем клитор, доводя меня до исступления. Перед глазами мгновенно рассыпаются искры, а низ живота скручивает от мощной вспышки удовольствия. Бьюсь в оргазме так долго, что пропускаю момент, когда кончает Ярослав.

Прихожу в себя спустя несколько минут, лежа на капоте его машины с задранными ногами. Он медленно гладит мои ноги ладонями, не торопясь их отпускать.

Осознание произошедшего накатывает сразу, как только я снова начинаю видеть и слышать. Щеки мгновенно обжигают слезы, потому что мне стыдно до ужаса. Я не представляю, что буду делать, если нас кто-нибудь видел или слышал.

Закрываю лицо руками и плачу в голос.

— Эй, малыш. Ты чего? Тебя так сильно разбросало от оргазма? — Ярослав осторожно приподнимает меня и ставит на ноги. Они не слушаются, дрожат и подкашиваются.

— Пошел ты…, - хриплю голосом вокзального бомжа.

— Полегче со словами, детка, — он впивается ладонью в мои щеки и с размаху присасывается к губам. И больно, и сладко. Пытаюсь отвернуться, но Ярослав крепко фиксирует мое лицо за подбородок.

— Ненавижу, — выжимаю сквозь зубы, продолжая всхлипывать.

— Угу, — вполне равнодушно отзывается, — я так и понял, пока ты стонала подо мной.

Размахиваюсь и со всей силы бью его по щеке. Вполне возможно сейчас получу сдачу, но ничего не могу с собой поделать.

Ярослав скручивает мне руки за спину и снова присасывается к губам. Целует, как одержимый, кусает до крови, наказывает, а я как дура опять плыву.

— Отпусти, — удается прошептать, — нас же Мирон увидит. Сколько можно меня подставлять.

По моим щекам снова льются слезы, кажется, сегодня это какой-то необратимый процесс.

— Дура, — беззлобно отвечает, — нет там никого. Мирон уехал к любовнице, я с ним разговаривал по телефону, когда парковался здесь, и видел, как он уезжал. Даже соседей ваших сегодня нет дома. Я все предусмотрел, детка. Твой голый зад предназначен только для моих глаз. Запомнила, Уля? Только для моих.

— А больше тебе ничего не надо? — со злостью выплевываю ему в лицо, потому что страх отступил и теперь мне снова море по колено.

— Не советую проверять, тебе не понравится. Больше я таким хорошим не буду.

— Я тоже, — снова огрызаюсь, но в ответ получаю только ироничную ухмылку. Не верит. Честно говоря, я и сама себе не верю.

— Не убегай, подожди минутку.

Я разворачиваюсь и не слушая его, ухожу к дому. Слышу приглушенные маты, быстрые шаги и чувствую, как меня резко разворачивают крепкие руки.

— Ты всегда такая упрямая?

Яр цепляет меня за локоть и ведет к машине. Открывает дверцу и достает оттуда букет цветов. Растерянно хлопаю глазами и шокировано открываю рот. Это цветы лотоса. Сто процентов, это они. Еще не распустившиеся, тугие крупные бутоны.

Ярослав пихает их мне в руки и проводит губами по виску.

— Я весь город, блядь, перевернул, чтобы найти твои дурацкие кувшинки. Хватит творить дичь, Уля.

— Зачем? — тихо спрашиваю, надеясь услышать хоть малейший намек на его чувства ко мне. Но, похоже, я зря раскатала губу.

— Спокойной ночи. Тебе пора домой, а то зад свой голый застудишь, а у меня на него еще большие планы.