Элина Бриз – Ненавижу таких, как ты (страница 26)

Ответ прилетает практически мгновенно.

«Доехал».

Зажмуриваюсь и выдыхаю с облегчением. Главное, что с ним все в порядке. Остальное я постараюсь исправить. Теперь, когда я немного успокоилась, понимаю, что нашу проблему по телефону решить не получится, лучше дождаться разговора с глазу на глаз.

Сам Кирилл на контакт со мной теперь вряд ли пойдет, нужно будет мне самой искать с ним встречи сразу, как только приеду. Главное, набраться терпения и дождаться отъезда, а не сорваться раньше времени домой.

Решаю сходить в душ и лечь спать, но вдруг слышу негромкий стук в дверь. Сердце начинает биться сильнее, и дыхание сбивается. Неужели это он? Подбегаю к дверям и резко распахиваю их. Разочарованно выдыхаю.

— Ника, что случилось? — с беспокойством спрашивает Макс, — ты так резко рванула из клуба. Тебя кто-то обидел?

— Все нормально, Макс, — отвечаю, как можно спокойнее, — просто устала.

— А глаза красные и слезы в глазах тоже из-за усталости? — недоверчиво качает головой, — ты, наверно забыла, что я слишком давно тебя знаю. Хватит врать.

Макс аккуратно отодвигает меня в сторону и проходит в номер, закрывая за собой дверь. Я из-за всех сил стараюсь сдержаться, но у меня не получается, отворачиваюсь и начинаю всхлипывать. Ну, все плотину прорвало. Организм, наверно, решил, что Макс свой и решил не стесняться. Друг просто подходит ко мне и молча обнимает, уткнувшись в макушку. Терпеливо ждет, когда я успокоюсь, поглаживая меня по волосам.

— Рассказывай, давай, — произносит требовательно, когда я перестаю рыдать, — в последний раз я видел твои слезы, когда тебя в восемь лет не взяли на соревнования. Поэтому, то что я вижу сейчас меня изрядно напрягает.

Я какое-то время молчу, не потому, что не хочу рассказывать, просто не знаю с чего начать. Макс и здесь решает облегчить мне задачу.

— Я знаю, что ты встречаешься с Гордеевым, — спокойно говорит мне, — он сегодня приехал и увидел, как Влад тебя обнимает и дарит цветы. Психанул и уехал домой? В этом проблема?

— Да, но не только. Думаю, он видел, как я танцевала. Я обещала ему, Макс. Обещала ни для кого не танцевать, особенно, если это что-то откровенное, — говорю хриплым после слез голосом.

— Ну, я заметил, что ты во время танца убрала некоторые степы, все гадал, в чем проблема. Даже проскочила мысль, что тебе настолько не нравится этот Влад, что ты так упростила танец.

— Он мне не нравится, хотя вроде ничего плохого не сделал. Но танец я упростила, потому что обещала Кириллу больше никакой откровенной одежды на выступлениях и откровенных движений, особенно в паре.

— Подожди, откуда твой Гордеев знает, что ты можешь танцевать что-то откровенное с кем-то в паре? — спрашивает недоуменно.

— Он видел нас, Макс. Помнишь, мы после выступления танцевали в зале вдвоем. Он умудрился подсмотреть. Вот у него башню и сорвало после нашего танца.

— В какой-то степени я его понимаю, — говорит Макс с ухмылкой, а потом просто начинает смеяться в голос, — такое зрелище не для слабонервных.

Я тоже смеюсь и понимаю, что мне становится легче. Как хорошо, что у меня есть такие друзья.

— Ника, тебе можно уже ехать домой, остальное я постараюсь разрулить сам. У меня всегда есть ребята на подхвате, если что. В принципе, у нас остались только организационные вопросы. Не нужно здесь сидеть и страдать, поезжай домой и решай свои проблемы, — заверяет меня уверенным голосом.

— Я очень хочу поехать, ты уверен, что справишься?

— Уверен. А ты не давай себя в обиду. Поговорить вам, конечно, надо, но совсем не иди у него на поводу. Ты талант и запретить тебе танцевать — это неправильно.

— Не переживай, Макс, я никогда не брошу танцы. Просто не смогу отказаться от них.

— А от Гордеева? — спрашивает с прищуром хитрых глаз.

— Если встанет вопрос Гордеев или танцы, имеешь в виду? — уточняю задумавшись.

— Я хочу понять, насколько у вас с ним все серьезно. Чтобы знать, кого бить в следующий раз, если увижу тебя в слезах еще раз, — смеется Макс.

— Я не откажусь от танцев. Если Кирилл не сможет это принять, значит, он не мой человек, — заявляю уверенно другу.

Мы сидим еще какое-то время, потом Макс уходит к себе, а я начинаю собирать вещи. Решаю завтра после завтрака немного помочь Максу разобраться с делами, потом заказать такси до самого дома, чтобы быстрее добраться. Хорошо, что мне это по карману. Впереди у меня много трудностей, но, надеюсь, я справлюсь, и у нас снова все наладится.

На следующий день я немного задерживаюсь со своим отъездом, но на то были причины.

Утром ко мне снова заходит Макс и предлагает сходить в наш вчерашний клуб, чтобы забрать оттуда копии видеозаписи нашего выступления.

— На всякий случай, Ника. Я понимаю, что доверие обязательно должно быть между любящими людьми, но что уж тут делать, если он у тебя такой ревнивый. Я уже позвонил администратору и все узнал. У них там полно видеокамер и все, что было на сцене точно заснято.

Как же мне повезло все-таки с другом. Конечно, я считаю, что оправдываться до такой степени унизительно и скорее всего не буду ничего показывать, но все равно соглашаюсь, пусть будет на всякий случай.

Есть правда один сомнительный момент, когда мы с Владом уходим вдвоем к гримеркам. Раз уж я не знаю, во что он мне выльется, лучше возьмем записи только наших выступлений на сцене.

Я прошу Макса самому позвонить Владу и договориться с ним о том, чтобы администратор или охранник скинули нам на флешку наши выступления, якобы в архив нашей студии. Мы конечно собираем такие записи, но не в таких случаях, не спонтанные из клубов. Влад легко соглашается, ничего не заподозрив. Повезло еще, что он не видел, как я стремительно сбегала вчера. Его вовремя отвлек телефонный звонок, а потом еще и администратор.

Мы благополучно забираем видеозаписи и едем снова в гостиницу. Обедать я не остаюсь, и так слишком задержалась, хватаю вещи и вызываю такси. Ценник, конечно, бешеный, но сейчас я не думаю об этом, просто хочу быстрее уехать.

Получается, что домой я попадаю ближе к ужину. Понимаю, что должна провести время с родителями, ведь они не видели меня целую неделю, но ничего не могу с собой поделать. Выдержу как-нибудь ужин, потом в любом случае сорвусь к нему. Главное, чтобы он был сейчас в своей квартире, домой к его родителям я ехать не рискну.

Пока есть время до ужина привожу себя в порядок. Принимаю ванну с ароматной успокаивающей пеной, которая в итоге мне ни черта не помогает расслабиться, поэтому быстро вылезаю и иду сушить голову. Укладываю волосы крупными локонами и даже минут пятнадцать трачу на то, чтобы решить, что надеть.

В итоге выбираю новые голубые потертые джинсы, но не простые, а фирменные с множеством прорезей и стразами. Кружевную майку и сверху пиджак в клетку с заплатками на локтях и с какими-то цепочками на карманах. На ноги сапоги на шпильке. Вроде бы ничего особенного, но цепляет. Вскользь замечаю, что оделась так, как любит Юлька и улыбаюсь.

Стойко выдерживаю ужин с родителями, старательно отвечаю на все вопросы, несмотря на то что волнение от предстоящей встречи стремительно нарастает. Надеюсь, он меня не выгонит с порога. Когда терпеть уже совсем сил не остается, встаю из-за стола, прощаюсь, и убегаю. Якобы, к Юльке. Хватаю куртку, сумку и несусь к своей машине.

Чем ближе я подъезжаю к его дому, тем сильнее меня колбасит. Руки ледяные и трясутся, несмотря на то что в машине очень тепло, не могу согреться. Паркуюсь возле его дома, стараюсь дышать медленно и глубоко, чтобы хоть как-то успокоиться.

Нет никаких сил больше находиться в подвешенном состоянии и ожидании неизвестности, поэтому собираю всю свою волю в кулак и выхожу из машины. Поднимаюсь на лифте и застываю напротив его дверей. Что, если его нет дома? А вдруг он не захочет со мной разговаривать и захлопнет дверь прямо перед моим носом. Отбрасываю все сомнения подальше и нажимаю на звонок.

Сколько проходит времени точно сказать не могу, кажется, что вечность. Сердце ломится в груди, как ненормальное, от страха отдается где-то в горле и ушах. Вдруг дверь резко распахивается и на пороге застывает мой Кирилл. Надеюсь, что еще мой. Он гипнотизирует меня тяжелым взглядом, долго смотрит в глаза, потом несколько раз внимательно сканирует с ног до головы.

Я тоже скольжу взглядом по его фигуре, впитываю в себя каждую черточку. Как же я скучала по нему. Замечаю в его руках бокал с напитком, судя по его мутным глазам это что-то спиртное и крепкое. Вот черт. Никак не хотела выяснять с ним отношения на пьяную голову. Между нами и так все не просто, а теперь я вообще плохо представляю, как себя вести, чтобы не сделать ситуацию еще хуже.

Кирилл молча отходит в сторону, приглашая тем самым войти. Не даю шанса сомнениям перевесить мое желание наладить с ним отношения. Он проходит дальше в комнату, даже не убедившись иду ли я следом, подходит к дивану и плюхнувшись в него вальяжно разваливается, выставив перед собой ноги. Я застываю перед ним, как нашкодившая школьница перед преподавателем, с невыученным уроком.

— Привет, — произношу чуть слышно.

Вместо ответа я получаю тяжелый взгляд от хозяина квартиры, отпивающего бурую жидкость из бокала и полный игнор.

— Мы можем поговорить? — прошу так же тихо.