Элина Бриз – Моя большая маленькая тайна (страница 17)

А как тут подготовишься, я и так очень экономлю, тех денег, что я получила за последний контракт, мне на все не хватит.

Покидаю ее кабинет, нисколько не успокоившись, потому что мне страшно. Я совсем одна, меня некому поддержать, мне даже денег взять негде.

Дома я залезаю в интернет и изучаю полностью всю эту тему. Все зависит от степени гидронефроза, конечно. Пока мне врач не сказала насколько там все плохо. В любом случае, если здесь я не смогу найти нужную сумму, я могу уехать в Россию. Там есть деньги, там даже бесплатно могут сделать такую операцию. Это меня немного успокаивает, но только немного, потому что, если я уеду, я потеряю Даню, а я не могу потерять никого из своих детей.

Хожу по квартире, наглаживая свой живот, малыш толкается будто хочет подбодрить меня и успокоить. Я должна взять себя в руки, иначе к этой проблеме прибавится еще какая-нибудь.

Постепенно мои слезы высыхают, потому что я понимаю, что буду бороться за своих детей, я пойду на все, что угодно, но мои дети будут здоровы, счастливы и они будут жить со мной.

Я обязательно искуплю все свои грехи, я верю, что когда-нибудь срок моего наказания истечет, и я снова стану счастливой.

На втором узи в тридцать недель диагноз подтвердился, но насколько все плохо мне опять сказать никто не мог. Стараюсь держаться из последних сил и не скатиться в пропасть безнадеги.

Все также четыре раза в неделю вижу Даню, наш обман до сих пор не открылся, хоть что-то хорошее еще есть в моей жизни.

Настя несколько раз обмолвилась, что Егор стал очень злым и раздражительным, срывается по любому поводу. Очень часто не ночует дома и не спит в одной комнате с женой. Я стараюсь не заострять на этом внимание, это вообще не мое дело, с кем он спит. Нисколько не сомневаюсь, что, не смотря на наличие жены, он постоянно ходит налево. Нормальным и более-менее адекватным человеком я его помню только в то время, когда мы начали встречаться. Потом он превратился в бесчувственную машину для своего бизнеса.

Мне все труднее удается справляться с сыном, потому что живот очень большой, близится срок родов. Теперь прошу Настю гулять вместе с нами, за этим сорванцом я просто не успеваю, особенно, когда мы в детском городке.

Сегодня, когда мы прощаемся, жалуюсь Насте на боли в спине. Живот тоже тянет с самого утра, но на схватки вроде не похоже. В любом случае срок уже тридцать восемь недель, поэтому нестрашно и родить.

Она уезжает с сыном, а у меня появляется стойкое чувство, что мы с ним не увидимся несколько дней. И ночью я понимаю, почему. Просыпаюсь от того, что из меня резко что-то хлынуло, и простынь стала мокрой. Сначала напугалась, вдруг кровотечение резко началось, но потом поняла, что это отошли воды.

Позвонила своему врачу и поехала на такси в роддом. В прошлый раз у меня было все совсем не так, роды начались со схваток, которые длились двенадцать часов. Это было долго и выматывающе. И очень больно.

Страшно ли было мне сейчас рожать? Нет. Страшно было услышать подтверждение диагноза и узнать, насколько там все плохо. Я бы предпочла сама лишний раз помучаться, чем сталкиваться потом с суровой реальностью подтверждающей наш диагноз.

Мне удалось отложить немного денег на первые обследования малыша, поэтому мы должны справиться. Дальше я планирую начать работать, надеюсь, у меня все получится. Хозяйка квартиры Ирина, та, что близкая подруга Зои обещала мне помочь. Она жила в соседней квартире, часто заходила в гости и подкармливала меня своими вкусными пирогами.

Меня оформляют в приемном покое и отправляют вместе с вещами в предродовое отделение. Там врач осматривает меня и говорит, что ждать еще долго. Открытие всего на два пальца. Рассказывает мне про мяч, про то, как правильно нужно дышать и про душ, который немного облегчает схватки и находится прямо в этой палате. Я внимательно слушаю и киваю, но и так все помню еще с прошлого раза, ведь моему старшему сыну всего полтора года, еще не успело забыться.

Вопреки мнению врача дальше события начинают развиваться просто стремительно, возможно тут дело в том, что с момента последних родов прошло совсем мало времени.

Промежутки между схватками становятся все короче, а сами схватки все болезненнее. Несколько раз заворачиваю в душ, стою под теплыми струями воды, но особого облегчения не чувствую. Мне уже начинает казаться, что первые роды были намного легче.

Периодически заходит врач и проверяет открытие. Предлагает сделать эпидуральную анестезию, но я отказываюсь, потому что боюсь ее, как огня. Во-первых, мне кажется, что не чувствовать своих ног, даже недолго, это ужасно и страшно, во-вторых, я боюсь, что это может повредить ребенку. Я потерплю, ведь должно же это когда-нибудь закончиться.

Неотрывно смотрю на часы и засекаю время между схватками, это хоть как-то помогает отвлечься. Когда чувствую невыносимое давление в самом низу, зову врача.

Она осматривает меня и говорит, что уже пора. Что пора я толком не понимаю, в голове сплошной туман, ни одной сформированной мысли. Меня просят лечь на специальную кровать, я с трудом выполняю эту просьбу, потому что мне кажется, что схватки становятся непрерывными, меня скручивает в диком приступе боли, который даже не ослабевает. К этим мучениям добавляются еще и потуги. Несколько врачей встают вокруг меня, кто из них кем является, не понимаю, да и плевать мне уже.

Стараюсь из последних сил, сосредоточится на том, что говорит акушерка и в точности все выполнять. Видимо, мне это хорошо удается, потому что на третьей потуге мои мучения заканчиваются, и я во второй раз становлюсь мамой.

Мне аккуратно укладывают сына на живот и сразу же прикладывают к груди, я слышу довольное причмокивание, а из моих глаз фонтаном брызгают слезы. Я счастлива в этот момент, по-настоящему счастлива. В последнее время у меня так мало было в жизни хорошего, один беспросветный туман и тоска. А этот ребенок, он как лучик солнца в моей жизни и надежда на светлое будущее. В этот момент я уверена, что мы с ним все преодолеем и победим все невзгоды, потому что вместе.

Нас выписали домой на третий день, но вручили целую кучу направлений в детскую больницу на обследования. В принципе, можно было и амбулаторно наблюдаться, главное найти хорошего специалиста. Анализы, которые мы сдавали в роддоме, были в пределах нормы. Я немного успокоилась и выдохнула с облегчением. Значит, у меня еще будет время подкопить немного денег.

Первой, кому я отправила сообщение из родильного зала, была Алена, ей я доверяла сейчас больше всех, и почему-то именно с ней мне хотелось поделиться своей радостью. Потом написала Зое и Насте.

Как сообщить маме, чтобы ее не хватил удар, я пока не знала, Мы с ней часто созванивались, в основном, я говорила ей, что просто часто уезжаю на съемки. В последнее время, когда живот уже был особенно большой, я старалась не пользоваться видеосвязью. Отговаривалась тем, что постоянно работаю, некогда толком поговорить.

Когда мы с малышом вышли из роддома, я застыла в растерянности, потому что меня встречать приехали Зоя, Настя, а самое главное мой Данечка. Он сидел на руках у Насти и с удивлением глазел по сторонам. Мы не виделись с ним четыре дня, и я очень соскучилась.

Мы все вместе поехали в мою квартиру, которая, благодаря моим близким и родным была завалена цветами, шарами и подарками. В комнате стояли коробки самых разных размеров, среди которых большая часть от Алены и Паши. Мне было приятно до слез от такого внимания близких мне людей.

Сына назвала Матвей, как и собиралась, когда узнала пол малыша. Старалась убедить себя в том, что мой выбор никак не связан с желанием Егора, просто других вариантов у меня не было.

После небольшой вечеринки в честь выписки, когда гости разошлись, я прижала к себе Матвея и долго наслаждалась его запахом. Невозможно передать словами, что я чувствовала в этот момент, он только мой и его никто никогда у меня не заберет.

Он почти не плакал, не смотря на то, что у нас были проблемы со здоровьем. Я по рекомендациям своего гинеколога, нашла хорошего врача для сына, и теперь мы наблюдались только у него, даже учитывая то, что на это уходили почти все накопленные деньги.

После первого обследования стало понятно, что надеяться на то, что все пройдет с возрастом в нашем случае, явно не стоит. Скорее всего, придется делать операцию. Теперь я молюсь только о том, чтобы малыш успел хоть немного подрасти.

Глава 12

Сегодня Матвею исполнилось уже два месяца, вечером отметить это событие к нам в гости зашла Ирина и вручила вязаные носочки.

— Как вы, Мариш? — спрашивает соседка, разрезая торт, который тоже принесла с собой.

— Мне нужно срочно искать работу, — грустно вздыхаю, наливая чай в две чашки, — деньги кончаются.

— К съемкам вернуться не хочешь?

Вообще-то я думала об этом, но не могла найти визитку Алекса. Даже Олегу звонила, но у него не было никаких координат нахождения моего бывшего работодателя. Может это даже к лучшему, потому что его чувства ставят меня в тупик. Если я порошу помощи у него, буду чувствовать себя обязанной, соглашусь на отношения с ним и совершенно точно, потом пожалею об этом.

— Сейчас я не в форме, меня никто не возьмет, — пожимаю плечами, — а мой прежний работодатель уехал, возможно, навсегда и я не знаю, как с ним связаться.