Элиан Тарс – Возвращение в Сумрак [СИ] (страница 27)
Удивительно! Этот гад смог заблокировать саблей пушечный выстрел!
Но было поздно, я сорвался с места и срубил ему голову. Враг вымотался, враг потерял концентрацию, враг проиграл.
Голова Робертса покатилась по измохраченному полу, и выкатилась в дверной проём — двери и части стены тут уже не было.
Бой как-то сам собой стих, и я медленно вышел на палубу.
— Капитан… — изумлённо проговорил пират, у которого правый ус был втрое длиннее левого. Как же его там… А точно! Гарри Разноус. Вроде бы не особо силён, но смог пережить эту рубку, в отличие от его кэпа и офицеров.
— Сопротивление бесполезно! Сдавайтесь! И тогда мы пощадим вас, — крикнул я.
Спустя несколько секунд горстка выживших пиратов побросала оружие.
Мои ребята устали, но сейчас торжествующе улыбались.
— Господа, Марси, этот корабль наш!
— Да!!! — заревели мои бравые товарищи, потрясая саблями и пистолями.
— Марси, Берг, разбирайтесь! — велел я. Два старших офицера знали, что делать, и я мог им доверить судьбы раненых ребят и сдавшихся врагов.
А я вернулся в каюту Робертса.
Нда, ну и повеселись мы! Придётся теперь разбираться в этом хламе. Журнал… журнал… где же судовой журнал…
Бормоча себе под нос, я раскидывал обломки деревяшек в стороны. От стола остались лишь одни лакированные огрызки. Эх, хороший был стол…
Да где ж журнал-то?
О, а это что?
Я приметил шкатулку с откинутой крышкой. Она была мне знакома — небольшой артефакт-хранилище для мелких ингредиентов. Сердечко маленькой морской змейки в нём можно держать до недели, и оно останется свежим.
Слабый артефакт. Но шкатулка открыта и выглядит так, будто из неё что-то достали как раз перед тем, как стол был уничтожен.
То есть перед нашей битвой.
Хм, а вот это любопытно.
Отбросив кусок доски, я увидел листок, на котором было ровным почерком выведено:
А дальше шла короткая инструкция, по типу приложи к груди, активируй и не удивляйся последствиям.
Сунув листок в шкатулку-хранилище, я бесцеремонно перевернул обезглавленный труп Робертса и разорвал пуговицы его рубахи, чтобы обнажить грудь.
— Забавно… — пробормотал я, увидев ровный круг между сосками мужчины — едва заметный след от ожога. Остальное пространство его груди, а также пузо было покрыто волосами.
Самого артефакта и след простыл.
Я приложил ладонь к выжженному кругу и прикрыл глаза.
Я почувствовал остатки контура…
Запомнив рисунок, я выпрямился и посмотрел на труп задумчиво.
Артефакт точно был. Но при активации он слился с телом Робертса. Любопытная технология… А если вспомнить свойства артефакта — любопытная втройне.
Вот только вещи, вытягивающие из людей жизнь, не должны существовать!
Чертыхнувшись, я принялся разбирать завалы. Судовой журнал капитана Робертса я обнаружил под разодранной подушкой.
Откинув твёрдую обложку, сразу увидел запечатанное письмо. Повертел его в руках, принюхался, приложил простенький самодельный артефакт, реагирующий на яды.
Ничего. Обычное письмо. Адресат и отправитель не указаны — конверт совершенно чист.
Разорвав конверт, я достал аккуратно сложенный надвое листок и расплылся в счастливой улыбке.
— Сегодня просто день открытий!
Ну а как иначе реагировать, если сначала я обнаружил супер любопытный артефакт (да, существовать он не должен, но изучить его мне нужно), а потом я увидел незнакомые мне буквы! Чья эта письменность — понятия не имею, хотя отдалённо напоминает письменность алти.
— Сколько же в мире всего непознанного… — пробормотал я.
Убрав письмо в карман камзола, я принялся листать судовой журнал Робертса. Разумеется, в первую очередь меня интересовали записи на последних заполненных страницах.
Вроде:
Задумчиво хмыкнув, я посмотрел через пробоину в обшивке на ночное небо. «Серый» — это сокращение от имени? Или всё-таки что-то вроде прозвища? Почему-то мне кажется, что второе. Зачем этому Серому мой Джу?
Так много вопросов…
Я продолжил листать журнал в обратную сторону — подальше от сегодняшней даты, и вновь увидел загадочное прозвище.
Печатка… печатка…
Ага, вот одно-единственное кольцо на пальце Барта Робертса — тяжёлый серебряный перстень с выгравированным по центру кругом.
Сняв перстень, я стянул перчатку и повертел её в руке. Не почувствовав в ней и толики энергии, сунул в карман.
Вырисовывается любопытная картина — Робертс шёл в сторону острова Лавы, но по пути услышал про нас. А так как и мы ему были, считай, по пути, он решил совместить приятное с полезным и сделать дополнительную работу.
Караван титанового шёлка… Какая манящая добыча для пирата.
Но мы ни пираты, чтобы караван грабить, и если он попал в беду, то должны помочь. Море опасно. А Сумрак ещё опаснее. Люди должны держаться вместе, чтобы выжить. Мне плевать, титосийский это караван, викторианский или чей другой. Для меня все честные моряки равны.
А платить за помощь — это по чести.
Что ж, планы меняются. Если нам удастся разжиться титановым шёлком в довесок к лунной пыли — уж точно сможем заинтересовать корыстного Бари.
Я тихо засмеялся, чувствуя, что ещё на шаг приблизился к своей Лудестии. Вот только я обещал команде дать небольшой отдых и возможность потратить деньжата в каком-нибудь порту… Ну что ж, ребятушки, вам придётся потерпеть. А мне ещё больше увеличить ваши премии.
— Нет, Тайон, я понятия не имею, что здесь написано, — Нассийя подслеповато щурясь, вглядывался в строчки письма, написанного на неизвестном языке.
— Жаль, — тяжело вздохнул я.
Мой во всех отношениях старый друг улыбнулся и одобрительно кивнул.
— Уверен, ты распутаешь и эту загадку. А пока отложи её. Всё готово, мой друг. Вас все ждут!
Он добродушно указал на тропу, ведущую от пляжа к поселению. Я мельком глянул на небо. Только-только начало светать. Нассийцы в ночи увидели наш корабль, и тут же побежали…
Готовить банкет!
Как бы я ни хотел отправиться поскорее на остров Лавы, я не могу отказать друзьям. Хотя бы небольшой отдых моей команде нужен, а кораблю подзарядка.
Так что оставив грустных караульных на Франки-Штейне, мы отправились в гости к нассийцам.
— Погодите… это что же, они собираются пить с самого утра? — выпалила Марси, чем вызвала смех у наших матросов.