Элиан Тарс – Возвращение в Сумрак [СИ] (страница 22)

Я нахмурился, просчитывая варианты.

Пока мы ремонтировали «Бабу Ягу», Марси, которой я доверил Франки-Штейна, за несколько ходок переправила местных алти на их острова. Но всё ещё оставалось много бывших невольников из цивилов. Наша задача — вернуть их домой. Плюс трюмы забиты лунной пылью — пусть изначально Савельевы отказывались от этого трофея — смысл оставлять на острове то, что не влезло в трюмы моего корабля и алиссийского корвета не было.

— Господа, возвращаемся на карали, а там разберёмся, — быстро произнёс я, видя, что ещё и княжич хочет что-то сказать.

Вскоре я уже стоял на шканцах Франки-Штейна.

— Поднять якорь! — скомандовал я. — Готовьтесь к бою! Марси, разогревай надув!

К этому моменту и я, и капитан Савельев уже видели надвигающегося противника собственными глазами.

То была сдвоенная эскадра, не скрывавшая своих флагов. Корабли из флота Виктории и Патрии Титос шли борт о борт. Всего девять мощных судов, среди которых был даже один малый линкор.

— Скажи, кэп, мы команда самоубийц? — хохотнув, спросил Берг, подойдя ко мне чуть ли не вплотную.

Он, как и всё на корабле, знал план — как только мы поняли расклад сил, сразу же пересадили всех невольников на «Бабу Ягу», на которой развевался не только флаг Республики Свободных княжеств и княжества Ильинского, но и личный стяг княжича Дмитрия. Чтобы любая собака знала, кто на борту.

Из-за перегруза «Бабы Яги» я не переживал — пока корабль ремонтировали, я немного увлёкся и сделал им улучшенный надув. Скорость кораблик даже сейчас сможет развить выше, чем его среднестатистический собрат по классу.

Однако разогнаться «Баба Яга» сможет, только если кто-то отвлечёт на себя девять кораблей эскадры.

И этими кем-то будут Франки-Штейн и Иван-Город.

Я окинул Берга недовольным взглядом и хмыкнул:

— А тебе разве что-то не нравится?

— Как можно, кэп! — воскликнул он, изображая удивление. А затем его лицо исказила хищная улыбка: — Я просто в восторге!

Корабль набирал скорость, нас уже заметили с фрегата и корвета — явно хотят выйти на бортовой залп.

Берг пошёл готовить команду к абордажной бойне, а ко мне спешила Марси.

— Капитан, мы сильно оторвались от Иван-Города, — напряжённо проговорила она.

— Что же, нам ждать этих улиток? — хмыкнул я.

— Их корабль… больше, — заметила она.

Я перевёл взгляд на Марси и усмехнулся. «Мощнее» или «крепче» она не стала говорить. Какая умная у меня дочка.

Не удержавшись, я взлохматил ей волосы.

— Тео! — недовольно воскликнула она. — Сейчас не время!

— А когда время?

— Для такого — никогда! — буркнула она.

Я улыбнулся. У меня было отличное настроение. Девять кораблей против нас одних… Шик! А мы ещё и не на Лудестии, значит, придётся поднапрячься.

Лишь одно терзало меня…

— Брат! Я вижу корвет Стремительный! Похоже, им не удалось уйти!

— С-с-сука! — выругался я, задрав голову. — Что там?

— Тормозят! Линкор идёт на абордаж!

Я сжал штурвал так, что хрустнули пальцы.

Корвет Стремительный — корабль алиссийцев, на котором ходит Урсула. Они отплыли раньше, и мы не видели их с берега. Но заметили, что часть кораблей эскадры отклонились с курса.

— Держитесь! — рявкнул я во всю глотку.

Марси вцепилась в планширь, как и матросы, а я, расслабив пальцы, крутанул штурвал, едва не положив корабль на бок.

И тут же врубил надув по максимуму.

Передняя часть корабля поднялась над волной, и мы понеслись вперёд с огромной скоростью.

— Шон! Готовь залп!

— Всё готово! — услышал я решительный голос моего главного канонира.

Мы шли наперерез вражеской эскадре. Ближайшим к нам был корвет. Его канониры готовились дать бортовой залп, но понимали, что пока далеко.

Я чуть довернул штурвал, и Фрэнки-Штейн сместился в сторону корвета.

Они всё ещё не достают. А вот мы.

— Огонь! — вперёд меня выкрикнул Шон.

Ух ты ж, какой молодец! И глазомер у парня отличный.

Громыхнули пушки. Щит корвета вспыхнул и исчез, а борт начал дымиться.

Правда, щит уже начал мерцать, пытаясь восстановиться.

Неплохо для нашего баркаса… Стреляй мы сейчас, после усиления, по баркентине капитана де Ариса, разнесли бы её в щепки.

Я мог бы крутануть штурвал и быстро развернуть корабль. Другой борт готов к залпу, и вот его уже враг не переживёт, но…

Я со шканцев уже вижу, корвет Урсулы. Медлить нельзя — враг уже продырявил судно алиссийцев, а теперь бьёт шоковыми, выбивая команду перед абордажем.

Эх! А мы знали, что эта странная сдвоенная эскадра не станет с ходу топить наши корабли, справедливо полагая, что в наших трюмах лунная пыль.

И эти гады считаются её своей собственной!

Раздался залп, и энергетические заряды импульсных кулеврин с корвета немного пощекотали наш щит.

А вскоре перезарядился уже наш борт, и корвет пошёл ко дну.

Счёт открыт.

Мы продолжали на всех парусах нестись вперёд. Починкко доложил, что Иван-Город, оставшийся позади, тоже вступил в бой, собрав на себя сразу три противника. Однако капитан Савельев показал высокий класс — маневрировал его фрегат отлично.

Высок шанс, что смогут продержаться довольно долго даже против троицы.

Фрегат, который шёл нам наперерез вместе с корветом, отстал, но с упорством бульдога продолжал нас преследовать.

И это меня очень радовало — пусть болтается в кильватере.

К тому же, ещё один фрегат — лёгкий, решил бросить нам вызов.

Судя по всему, именно этот корабль смог чуть ранее связать боем корвет Урсулы. В итоге малый линкор подстрелил корвет и сейчас неотвратимо его нагоняет. А лёгкий фрегат решил отсечь нас.

Они встали прямо перед нашим носом и дали бортовой залп.

Щит выдержал, мы продолжили нестись вперёд.

— Будем таранить⁈ — изумлённо крикнул кто-то из матросов.

— Отставить разговорчики! — рыкнул на него Берг, а сам вопросительно уставился на меня, ожидая решения.

Лёгкий фрегат — достойный корабль, с хорошим щитом, вооружением и крепким корпусом. А ещё довольно быстрый, но его капитан уже понял, что с нами в скорости не потягаться.

Решил потягаться в крепости.