Элиан Тарс – Среди лучших (страница 43)

Мужчина устало покачал головой:

– Аскольд Игоревич, при всем уважении, вы и так ведь все про меня знаете…

– Отвечайте на вопрос, пожалуйста, – требовательно произнес я, мысленно ставя еще один балл за умение «показать зубки».

– Да, я считаю, что только это. Но… объективно, серьезный работодатель всегда проверяет соискателя всесторонне. Поэтому узнать о том, что на мне сейчас висит кабальный долг, легко. Ребята об этом знают и вам, скорее всего, рассказали.

Под «ребятами» Виктор, полагаю, подразумевает нищих.

– И чем, по-вашему, возможным работодателям может помешать ваш долг? – Я откинулся на кожаную спинку кресла.

– Как по мне, то ничем, – тут же ответил Хорькин. – Но объективно, во-первых, брать на работу человека с такими клеймами, как у меня, – удар по собственной репутации. Во-вторых, большой долг может свидетельствовать о том, что человек не умеет рационально распоряжаться своими средствами. В-третьих, существует мнение, что человек, у которого автоматически большая часть зарплаты вычитается в счет погашения долга, не будет на работе выкладываться. Вроде как ему смысла нет, некуда стремиться, он отчаялся и плывет по течению…

– А это не так? – ровным тоном спросил я.

– Нет! – вспылил Виктор, но тут же осекся: – Прошу прощения, Аскольд Игоревич. Так вот, это не про меня. Я согласен выкладываться. Я хочу избавиться от этого долга, но… – Он поник и тяжело вздохнул. – Я уже три года таскаю бумажки за молодыми… людьми, которые только и знают, как пить кофе и вворачивать в свои фразочки модные словечки. Которые радуются, когда заключают сделку, в которой их откровенно прогнули. А радуются, потому что не понимают этого… Мой испытательный срок на последнем месте работы длится уже три года. И я…

– Вы отчаялись?

– Нет, – мотнул он головой. – Разве что немного… Но я все еще верю, что смогу изменить свою жизнь. Иначе я бы к вам не пришел.

– Хорошо, – кивнул я. – Тогда мой следующий вопрос: как вы оказались в кабале?

– О, Аскольд Игоревич, это история еще более грустная, чем предыдущая. Но если в двух словах – я влюбился в Слугу Куницыных, она стала моей невестой, мы готовились к свадьбе. Сразу мне статус Слуги не предлагали, я ведь еще совсем недавно был Слугой Изотовых, – покосился он на Вадима. – Но после свадьбы мы с Леной должны были создать новый род Слуг с моей фамилией. И вот до свадьбы мы купили квартиру в доме, который принадлежал Куницыным. Квартиру взяли большую, красивую… У меня были кое-какие накопления, их хватило ровно на половину от стоимости. Вторую половину должны были понемногу высчитывать из наших с Леной зарплат. Но потом случился провал с покупкой фабрики, и Куницыны поставили на мне крест. На территории родов могут жить лишь их вассалы, Слуги или те, кому они дали разрешение. После увольнения я не мог жить в купленной мною квартире. За которую я был еще должен. Мне любезно предложили продать мою часть квартиры Лене.

– А она согласилась, вероломная сучка! – не выдержал Вадим и вдарил кулаком по столу.

Виктор благодарно посмотрел на него и криво улыбнулся.

– В общем, предложили, а если точнее, заставили продать за копейки. Так я остался без квартиры, невесты, накоплений и с долгом – денег с продажи не хватило, чтобы покрыть и треть от долга.

– Не мелочились вы с жильем, – хмыкнул я.

– Могли тогда себе позволить, надеялись на долгую счастливую семейную жизнь.

– Размер долга? – коротко спросил я.

– Без малого пятьдесят тысяч.

Я удивился: откровенно говоря, думал, будет еще больше – конкретную сумму нам нищие не называли.

– Не так много для человека с хорошим доходом, – прочел мои мысли Виктор. – Но неподъемная сумма для того, кто разносит бумажки. Хотя справедливости ради, раньше она была больше, часть я уже выплатил.

– Ясно, – сказал я и поднялся во весь рост. – Скажи, готов ли ты вновь поверить в светлое будущее? Стремиться к нему, не оглядываясь на прошлые горести?

Мой голос звучал громко и будто бы эхом отражался от стен кабинета. Виктор вжался в спинку кресла, открыл рот и широко распахнул глаза.

Через пять секунд он кивнул и решительно ответил:

– Готов!

– Станет ли твоя неприязнь к прежним работодателям, их вассалам и Слугам проблемой для нового работодателя? – Я чуть добавил родовой ауры, но так, чтобы она не визуализировалась.

– Нет. Не станет, – уверенно мотнул головой мужчина. – Я умею разделять личное и профессиональное.

– А если работодатель вдруг станет тебе господином? – плюхнувшись обратно в кресло и убрав ауру, спросил я.

И снова Хорькин изумленно выпучил глаза. Форкх меня дери, страшно за мужика. Еще немного, и лопнут у него глазки. А зачем мне слепой управляющий?

– Вы… вы это серьезно? – наконец-то собравшись с мыслями, спросил Виктор.

– Я просто пытаюсь узнать серьезность ваших намерений. Слуге сложнее разграничивать личное и профессиональное, нежели наемному работнику.

– Но… прошу прощения, Аскольд Игоревич, вы же не аристократ? – неуверенно проговорил мужчина.

– Хах. – Я откинулся на спинку кресла. – Пять месяцев назад я жил в бараке и работал грузчиком за копейки. А теперь у меня несколько серьезных компаний, и всего лишь два боя отделяют меня от титула чемпиона империи. Жизнь изменчива, Виктор Геннадьевич, и далеко не всегда в худшую сторону.

– Прошу меня простить, Аскольд Игоревич. – Он склонил голову. – Если вдруг, став аристократом, вы сочтете меня достойным быть вашим Слугой, я с радостью пойду за вами. И мое прошлое не доставит вам проблем. Но… все-таки я хотел бы сначала услышать ваше предложение. Вы ведь так его и не озвучили.

Хех, хорош. Пусть я чуть-чуть и поджал его аурой, пусть для Хорькина «зацепиться» за меня – огромный шанс вылезти из болота, он не стал что-то обещать, идя лишь на поводу у своих эмоций.

– Похвально, – улыбнулся я и достал из ящика стола желтую папку. – Вот мое предложение. С должностными инструкциями и краткой информацией, необходимой для понимания того, что мы от вас хотим. Можете ознакомиться дома и позже дать свой ответ.

Хорькин напряженно принял у меня из рук папку.

– Вы позволите взглянуть сейчас? – спросил он.

Я молча кивнул. Мужчина нетерпеливо открыл папку, достал верхний листок, и…

Нет, ну правда лопнут у него глаза!

– Финансовый директор?.. – изумленно пробормотал Виктор. – Головной компании?

– Мне необходим эдакий министр финансов в миниатюре, – кивнул я. – Понимаю, что не совсем ваш профиль, но мне кажется, вы справитесь. Напрямую в работу подконтрольных компаний лезть не требуется, но нужно анализировать их деятельность, что-то советовать при необходимости самим компаниям или, возможно, мне, резервировать капитал под другие мои проекты… Но пока мы предлагаем испытательный срок. В это время вы будете под контролем Вадима Юрьевича. Если согласитесь, конечно.

– Погашение сразу половины моего долга в случае успешного прохождения испытательного срока и заключения долгосрочного контракта? – ошарашенно выпалил он, прочитав следующую строчку.

– Позднее, в формате дополнительных премий, возможно предусмотреть и погашение за наш счет остального долга. Если докажете свою полезность.

– Аскольд Игоревич… – пробормотал он, а затем согнулся в поклоне из положения сидя. – Я согласен. Я сделаю все, что в моих силах, и даже больше. Изучу деятельность всех ваших компаний. Поверьте, мои навыки и опыт будут вам полезны.

– Я верю, – серьезно ответил я. – И раз уж мы все решили, отправляйтесь домой отдыхать и готовиться к выходу на работу. Вадим Юрьевич будет ждать вас в своем кабинете в понедельник в десять утра. Сможете прийти?

– Если возможно, давайте в двенадцать, – попросил Виктор. – Мне ведь сначала со старой работы нужно уволиться.

Простившись с нашим новым управляющим, мы с Вадимом остались вдвоем в кабинете.

– Не слишком ли поспешное решение, господин? – осведомился Наставник.

Я удивленно посмотрел на него.

– Ты спрашиваешь это после того, как мы дали ему в руки папку с заранее подготовленным предложением?

– Нет, я просто… Просто это же я обратил на него ваше внимание.

– И что? – пожал я плечами. – Я вполне доверяю тебе, Вадим. А еще доверяю своим внутренним ощущениям. Этот человек будет рвать за подаренный ему шанс. Не сомневайся, наши финансы в дальнейшем лишь приумножатся. – Я поднялся на ноги. – А теперь идем, нужно еще к программистам заглянуть.

Глава 25

– Софья Антоновна, не скучали? – с улыбкой спросил я, вернувшись в ложу, где оставил младшую княжну Выборгскую, пока проводил собеседование и разговаривал со своими «программистами», старыми и новыми. Мои «старые» работники вошли в состав компании, полученной от Никонских, на правах отдела со специальными полномочиями. Сегодня я как раз и переговорил с представителями обеих сторон.

– Ну что вы, Аскольд Игоревич, Тамир провел мне увлекательную экскурсию, – ответила Троекурова.

Я бросил взгляд вниз, на общий зал. Сопровождающий Софью Мастер маячил недалеко от сцены, то и дело поглядывая в нашу сторону.

– Надеюсь, вам действительно было интересно, – проговорил я, садясь рядом с ней на бархатный диван.

Четыре секунды Софья молчала, а затем резко повернула голову ко мне:

– Аскольд Игоревич, вы позволите быть с вами откровенной?

– Конечно, вы всегда можете быть со мной предельно откровенны, – с готовностью кивнул я.