Элиан Тарс – Первый Предтеча (страница 11)
— Видимо, не самое простое, — пожал я плечами. — Берегите его.
Опасливо косясь на саламандру, женщина подошла ближе, и я вручил ей кольцо, а затем медленно убрал ладонь с огненной зверюги. Та действительно успокоилась и больше не впивалась мёртвой хваткой в сумку. Мальчик-аристократ подхватил питомца на руки.
Я хотел уж было подняться во весь рост, но вдруг заметил, что на асфальте, там, где только что была саламандра, остались едва заметные чешуйки — магические рептилии периодически сбрасывают их, когда нарастают новые.
Пока все смотрели на кудрявую женщину и её волшебное кольцо, я воспользовался моментом и незаметно провёл рукой по асфальту, собирая все чешуйки. Если кто и смотрел на меня со стороны, подумал бы, что я просто коснулся земли, чтобы поддержать равновесие.
Выпрямившись, сунул руку в карман и спрятал неожиданную добычу. Добычу ли? Во всяком случае, чутьё подсказывало, что они пригодятся.
— Спасибо вам! — заглянув мне в глаза, пробормотала хозяйка сумки. — Я… Я не знала, что оно магическое. Бабушка оставила, сказала, носить всегда с собой…
— Ну вот и носите, — улыбнулся я. — А если вдруг у вас родится ребёнок с Даром огненного типа, обязательно передайте ему.
Она покраснела и отвела взгляд, невольно приложив руку к животу.
Аристократка же одарила меня оценивающим взглядом и с достоинством произнесла:
— Благодарю за помощь, господин?..
— Северский Антон Игоревич, — представился я.
— Баронесса Ольховская Ольга Аркадьевна, — кивнула она и указала на мальчика. — А это мой сын, Филипп Валерьевич. Очень приятно.
Я вежливо ответил ей, после чего баронесса сунула женщине несколько крупных купюр за доставленные неудобства, затем попрощалась с нами и вместе с сыном направились к машине, стоявшей неподалёку. Всё это время рядом с машиной стояли сурового вида мужчины, от которых веяло неслабым Даром. Они заметно напряглись, когда я вмешался, но всё равно ничего не предприняли. И почему они не помогли своей госпоже? Какие-то аристократские заморочки? Или дело в том, что их Дары не связаны с огнём, и они могли ещё больше напугать огненную зверюшку?
Впрочем, сейчас это неважно. Я наконец-то могу купить телефон и отправиться на рынок!
Глава 4
Стальной Пёс Игнат выпустил струйку табачного дыма и прищурился, глядя на бильярдный шар. Кий скользнул в руках, и с точным ударом шар закатился в лузу.
— Твоя очередь пропускать, Валера, — усмехнулся Игнат и выпрямился во весь рост.
Он был высокий, широкоплечий, с лицом, на котором шрамы соседствовали с усмешкой хищника. Прозвище Игната пошло не от характера, хотя верность хозяину он действительно хранил, когда это было выгодно. Прозвище пошло от манеры драться. Дар усиления плоти он использовал при каждом удобном случае, чем очень гордился. В ближнем бою его кулаки будто превращались в стальные молоты, и многих пугала сама только мысль сойтись в драке со Стальным Псом. Да и не только в драке…
Ведь однажды вцепившись в свою жертву мёртвой хваткой, Пёс уже её ни за что не отпустит.
Валера — крупный детина с бритой башкой — недовольно хмыкнул, но спорить не стал. Рядом с ним хихикнули две сударыни беззаботного поведения в бесстыдно коротких платьях, устроившиеся на диване. Одна болтала ножкой, вторая пила вино и откровенно скучала.
Игнат отпил виски из стакана, оглядывая зал. Подвальное помещение на южной окраине было его временной базой. Не роскошь, но дело своё делает: тут можно и отдохнуть, и планы обсудить, и кого надо припугнуть в соседней комнате, если потребуется.
Дверь распахнулась с грохотом. Игнат даже не обернулся — по звуку шагов узнал Генку, одного из своих. Тот влетел запыхавшийся, с перекошенным лицом.
— Там пусто! — выпалил он. — Ни Фёдора, ни Димона с его людьми. Всё проверили. Машина перевёрнутой лежит, в доме ни трупов, ни волын.
Стальной Пёс медленно опустил бокал на край бильярдного стола. Усмешка сползла с лица, оставив только холодные глаза.
— Что значит «пусто»? — произнёс он спокойным, почти ласковым голосом. Именно таким Игнат частенько говорил перед тем, как сломать кому-нибудь рёбра.
— Мобила Федькина недоступна с вечера. Ритуал они на «Чёртовой лапе» проводили, с Игошкой тем. Ну, карликом. Как сквозь землю провалились, ё-моё!
— Игошка, — медленно повторил Игнат и скрипнул зубами. — Этот уродец приметный. Его-то хрен не заметишь. А камни что?
— Пустые вроде как. Ну, не светятся ни хрена…
Он сделал шаг к Генке. Тот попятился.
— Езжай туда, к нашим. Прямо сейчас! Проверьте дом, проверьте соседей. Кто-то же видел, как они туда заходили. Машину где нашли?
— У дома…
— Ищите их везде! И карлика этого — он не просто так исчез. Либо сбежал, либо… — Он не договорил, но Генка и так всё понял.
— Так, может, ритуал не вышел, они и…
— Тогда бы Фёдор отписался, — отрезал Игнат. — Не дурак же. Он знает, что за молчание я ему башку оторву.
Валера за бильярдным столом откашлялся.
— Может, менты взяли?
— Менты бы уже нам позвонили, — буркнул Игнат не оборачиваясь. — У нас с ними всё схвачено. А если кто из знати, нам бы тоже сообщили.
Он вернулся к столу, допил виски одним глотком и швырнул бокал в стену. Девицы на диване вздрогнули. Валера поморщился, но промолчал.
— Гена. — Игнат развернулся. — «Чёртова лапа» — не центр города, там каждый чих на учёте. Трясите соседей. Кто приезжал, уезжал — не пешком же удрали! К тому же этого карлика у нас на юге полгорода знает. И проверьте вокруг участка свежую землю. Может, там их и прикопали.
— Понял, Михалыч, — кивнул Генка и метнулся к двери.
Дверь хлопнула. Игнат остался стоять посреди зала, сжимая кулаки. В голове крутились мысли.
Фёдор — не дурак. Осторожный, хитрый, пусть и мерзкий тип. Ритуалы он завершает не самостоятельно — всегда расходника берёт. Что могло пойти не так?
И ведь Андерсону докладывать придётся — Фёдор его человек был. Если что-то серьёзное случилось…
— Если кто-то решил, что может просто так угробить моих людей и свалить… — Он повернулся к Валере, и в его глазах сверкнуло что-то звериное. — Я найду этих тварей. И покажу, почему меня зовут Стальным Псом.
Валера кивнул, отводя взгляд.
Девки на диване переглянулись и поспешно встали.
— Мы… пойдём? — неуверенно спросила одна.
— В спальню, живо! — указал он на смежную комнату.
Они исчезли за дверью почти бегом.
Стальной Пёс приложил к губам бутылку виски и в один присест осушил её на треть, пытаясь понять, что же могло пойти не так.
Однако долго думать он не любил, предпочитал действовать. И в этой ситуации в первую очередь нужно было выпустить пар, пока случайно не угробил никого из своих. Так что, закурив очередную сигарету, Стальной Пёс, на ходу расстёгивая ремень, направился в свою здешнюю спальню.
Трамвай лязгнул на стыке рельсов, и мне пришлось перенести вес тела на другую ногу, чтобы не упасть. Внутри хватало свободных мест, однако ехать сидя желания совсем не было. Как шутил мой друг Шестой Предтеча, «во время осады Нижних Чертогов насиделись» — тогда нам пришлось несколько лет удерживать Чертоги от полчищ иномирных тварей.
Да уж… Славные были времена. У меня были братья, сёстры, последователи… А сейчас только проклятый малец, которому не особо понравился купленный мной телефон. Игоша долго вертел его в руках и что-то бубнил в духе: «слабенькая модель, но для начала сойдёт».
— Радуйся и пользуйся, — ответил ему я, а сам отправился на Сенной рынок, в очередной раз за день подумав, что нам с Игошей не мешало бы переехать. Всё-таки трактир, который платит дань бандитам — не самое надёжное место. Я велел мальцу поискать через этот волшебный интернет варианты получше.
У меня же сейчас намечалось куда более важное дело. Нужно найти живой материал для воскрешения Руха, чтобы дать осколку души новое тело. А именно — подходящее яйцо птицы. Притом ритуал этот я представляю лишь в общих чертах — раньше многое для проведения таких таинств мне подсказывала Структура. Сейчас наша с ней связь гораздо слабее, но я всё равно на неё рассчитываю. Частично. В остальном помогут опыт, интуиция и метод научного тыка. Ну и везение, разумеется, без этого никак.
Трамвай снова дёрнулся, и я перевёл взгляд на стену вагона. Там, между рекламой какого-то «Чудо-порошка для стирки» и объявлением о концерте, висел потрёпанный листок с печатью:
Про Срезы я узнал ещё вчера, разумеется, от Игоши, когда спросил, зачем столько решёток на окнах зданий. Особенно зачем они на верхних этажах. Тогда парнишка изумлённо посмотрел на меня и выпалил:
— Вы не знаете⁈
И принялся в красках рассказывать, что Срезы — это самое страшное, что вообще происходит в мире: напасть, которая время от времени появляется в разных точках земного шара. Срез приводит с собой монстров, а вольники, стало быть — это наёмники, специализирующиеся на их устранении.