Эли Фрей – Синдром Алисы (страница 73)

– Тут потолок! Что нам делать? – спросила она.

– Поднимай его! – ответил Мэд снизу.

Алиса уперлась руками в потолок и с удивлением обнаружила, что он был мягким и подвижным.

Она подняла над головой что-то мягкое и, отшвырнув в сторону, увидела наверху свет. Ребята выбрались наружу из дивана. По полу были разбросаны диванные подушки, которые вытащила Алиса, приняв их за потолок.

Алиса и Мэд наконец оказались близко к выходу. Перед ними была массивная деревянная дверь. Она поддалась с трудом и отъехала в сторону с ужасным скрипом. Парочка оказалась на улице и попала в лабиринт из розовых кустов.

Алиса и Мэд понеслись по живым коридорам. Вскоре девушка снова услышала ритмичный звук шагов, почувствовала резкий запах краски, а зеленая листва вокруг стала желтеть и засыхать.

Они бежали по коридорам. Вдруг зеленые стены перед ними расступились, беглецы оказались на самом краю чуждого Алисе мира. Здесь запах краски был нестерпимым, а впереди, насколько хватало глаз, простирался гигантский карьер, наполненный густой разноцветной массой, сверкающей тысячами оттенков.

Создавая игру красок, зеленые, желтые, красные, синие прожилки тягучей маслянистой жидкости образовывали на поверхности разноцветные спирали.

– Что это за место, Мэд? – шепотом спросила Алиса, глядя на удивительный карьер.

– Это кладбище, – также шепотом ответил Мэд. – Здесь хоронят преступников моего мира после казни. Ты слышишь стоны?

Алиса прислушалась и действительно услышала слабые стоны, наполненные муками и отчаянием, раздающиеся из-под толщи вязкой жидкости.

– Здесь покоятся стертые. Через некоторое время озеро высохнет, и в этом месте построят новый город с новыми людьми. Но стоны никогда не прекратятся. Стертые люди никогда не умрут. Это их наказание, которое будет длиться вечность.

– Тебя ждет та же участь? – с ужасом спросила Алиса.

– Да. Когда Стражам удастся меня поймать.

– А что ждет меня? Меня тоже сотрут?

– Я не позволю им этого сделать. Не позволю им поймать тебя.

Мэд серьезно посмотрел на Алису. Девушка будто смотрела на свое собственное отражение, настолько они были похожи друг на друга.

В лабиринте показалось какое-то движение. Из коридоров лабиринта стали выходить Черно-белые люди. Их было очень много, собой они занимали все свободные выходы из лабиринта. Бежать было некуда.

– Мэд, мне страшно, – заплакала Алиса и прижалась к Мэду, крепко держа его за руку.

Черно-белые люди стали приближаться. Они двигались странно, будто мелькали отдельными кадрами. Вскоре они обступили Алису и Мэда со всех сторон.

– Они не доберутся до тебя, – сказал Мэд и толкнул Алису. А потом резко снял с головы шляпу и бросил ей. Шляпа накрыла девушку, под ее черными полями девушка стала уменьшаться и уменьшаться, и вскоре исчезла совсем.

– Просыпайся, маленькая Алиса.

Она очнулась на бетонном полу недостроенной парковки. Осознав, что произошло, девушка горько заплакала. Оставаться в этом месте было опасно, Алиса не знала, как скоро Черно-белые люди снова нападут на ее след. Девушка выбежала в дождь. Мимо мелькали дома. Алиса очень сильно нуждалась в чьей-то помощи. Она переводила взгляд с одного дома на другой и вскоре поняла, что эти места ей знакомы. Где-то здесь жила Анна, ее психотерапевт. Раньше та иногда принимала Алису у себя дома.

Девушка без труда нашла нужный дом. Зайдя в калитку и поднявшись по ступенькам, она изо всех сил стала стучать в дверь.

Анна работала психиатром в платной клинике уже давно. Несколько лет назад, получив соответствующий сертификат и открыв собственный кабинет психолога, стала совмещать работу психиатра и психотерапевта. Она очень гордилась своей второй профессией, несмотря на то, что в России невежественные люди к работе по оказанию психологической помощи часто относятся с большим пренебрежением, считая ее бессмысленным выкидыванием денег на ветер. Она была молодой женщиной тридцати пяти лет, на лице еще не было ни единой морщинки, длинные рыжие волосы цвета осенних листьев, которые Анна всегда собирала в простой конский хвост, еще не были тронуты сединой. Лицо было строгим, но очень привлекательным.

Вечером после работы Анна готовила ужин для своей семьи. Она очень любила готовить – кулинария действовала на нее успокаивающе, так же, как рисование. В свободное время Анна часто рисовала картины. Сегодня она занималась приготовлением мяса в горшочках, с грибами и картошкой, под сметанным соусом. Морковка, лук и картофель были порезаны, грибы варились на огне.

Муж проверял домашние задания у дочери. Накормленная и выгулянная собака тихо похрапывала на своей подстилке. За окном шел сильный дождь, а дома было тепло и уютно и вкусно пахло готовящимся ужином. Это должен был быть обычный тихий вечер в семье Анны, но судьба распорядилась иначе. Раздался стук в дверь. Анна вытерла руки о фартук и направилась к двери. Молодая женщина удивилась – в доме не ждали гостей.

Открыв дверь, Анна увидела на пороге девушку, вымокшую до нитки, в которой женщина сразу узнала свою постоянную пациентку.

– Алиса? – удивилась Анна. – Что ты делаешь на улице в такую погоду? Господи, ты вся мокрая, скорее заходи в дом.

Войдя, Алиса посмотрела на Анну безумным взглядом, и женщина сразу заподозрила неладное.

– Что с тобой случилось? – спросила Анна.

И Алиса заговорила.

– Вы должны мне помочь. Я попала в беду. Что-то происходит со мной… Они следят за мной и скоро найдут. Они поймали Мэда и хотят казнить его. Казнить за несовершенные преступления… Но мы совершили нашу месть. Неужели это еще не все? Неужели еще не конец, и мы с Мэдом будем продолжать причинять людям зло? Я не хочу этого! Они близко и скоро будут здесь. Пожалуйста, помогите мне!

Речь была сумбурной, смысл слов – диким и пугающим. Но девушка смотрела с необыкновенной надеждой, а в голосе было столько мольбы, что Анна в первую минуту решила, что всеми силами постарается помочь этой бедной девочке.

Она сразу поняла, что симптомы токсического энцефалита на данный момент усилились и приобрели форму острого психического расстройства, спровоцированного, очевидно, какой-то стрессовой ситуацией. Девочку срочно нужно было успокоить.

– Я заперла дверь, – спокойно сказала Анна Алисе. – Видишь? Закрыла на замок. Они не смогут пробраться к нам в дом. Никто тебя не достанет, пока ты здесь.

– Они не найдут меня? – с надеждой спросила Алиса.

– Нет. Можешь быть уверена. Никто тебя не тронет. А теперь давай переоденем тебя в сухое, потом позвоним твоим родителям, а то они наверняка волнуются, вместе поужинаем, и за столом ты расскажешь, что с тобой случилось. На ужин у нас мясо в горшочке, очень вкусное! А на десерт – клубничный пудинг. Пальчики оближешь!

Анна повела Алису в комнату своей дочери Лизы, где мама и дочка вместе подобрали для девушки домашнюю одежду.

Сев за стол, Алиса, дрожа от волнения, с мольбой и страхом произнесла:

– Позвольте мне рассказать вам все!

Глава 2

В эту ночь в доме Анны свет в окнах горел почти до самого утра. Алиса рассказала свою историю, не утаив ничего – ни Мэда, ни Страну Чудес, ни Черно-белых людей, не скрыла даже подробностей о мести и рассказала о том, что она сделала с каждым из четверки. Голова Анны шла кругом, во всем она винила себя – врач не смогла вовремя заметить ухудшение состояния пациента, и психоз Алисы стал расти. Наливая себе пятую кружку кофе, женщина с тоской думала о том, как бы болезнь не переросла в шизофрению. Этого диагноза Анна боялась больше всего. Галлюцинации, которые видела Алиса, и мания преследования были неотъемлемыми симптомами шизофрении.

Родители Алисы приехали сразу после звонка. Они созвонились с Викой, успокоили ее, сказав, что Алиса под присмотром. Та до их звонка сходила с ума от страха, бегала в поисках Алисы по улицам, не понимая, что произошло с подругой и куда она направилась из торгового центра.

Дочь никак не отреагировала на появление родителей. Она сидела за столом и строила башню из чашек и блюдец. Ее взгляд был пустым, как будто она сейчас находилась где-то далеко. С Алисой остались сидеть муж Анны, Вадим, и дочь Лиза. Анна отвела родителей девушки в кабинет, где рассказала обо всем, что сегодня услышала от Алисы. Ей тяжело давался рассказ, она видела, сколько боли ее слова причиняют родителям. Сейчас Рита и Владимир выглядели ничуть не лучше своей дочери, новости будто ударили их молотом по голове, оба пребывали в шоке. Непонятно, что было большим ударом для Риты и Владимира – знание того, что у их дочери острая форма психоза, сопровождаемая сильнейшими галлюцинациями, или факт, что Алиса совершила страшное преступление по отношению к своим бывшим друзьям, которое каралось законом. Анна не затрагивала тему законности действий Алисы, сейчас для нее главной целью было помочь несчастной девушке. Родители выглядели очень растерянными, потому что безумно хотели помочь дочери, но не знали, как.

– Завтра утром мы положим ее в клинику, – сказала Анна. – Проведем полную диагностику, нужно дать оценку состояния головного мозга и организма в целом. В клинике Алисе будет лучше. Привычная обстановка может спровоцировать усиление болезни, снова могут начаться галлюцинации, в клинике риск этого меньше.

Риту и Алису уложили спать в комнате для гостей. Владимир уехал домой, чтобы к утру собрать сумку с вещами для больницы.