Эли Фрей – Синдром Алисы (страница 37)
«Просыпайся, Алиса», – раздался в голове тревожный голос Мэда, который всегда пробуждал меня от кошмаров. Теперь в этом голосе не было тепла и ласки. Закрыв глаза, я приготовилась к пробуждению. Открыв их, я поняла, что все еще со сне. Страх сковал меня по рукам и ногам – я не проснулась, как обычно!
«Беги, Алиса!» – В голосе, который обращался ко мне, я услышала страх и волнение. Что-то не так… Все идет не так, как в обычных кошмарах.
И я прыгнула снова.
И снова.
Без остановки, вперед, к выходу, пока металлический стук и химическая вонь не настигли меня. Несколько раз, потеряв равновесие, я чуть не упала вниз, еле устояла на ногах. Пару раз мои ноги так сильно засосало в мягкое желейное тело гриба, что мне стоило огромных усилий выдернуть их и двинуться дальше. Я теряла драгоценные секунды. Пятно света впереди приближалось – выход из пещеры становился ближе.
Звук все нарастал, он врезался в барабанные перепонки, оглушая, а резкий запах вызывал приступ удушья. Я чувствовала, как все сильнее сжимается горло, поднимая во мне ужас при мысли о том, что вскоре приближающийся Некто, нарушающий тишину и спокойствие этой пещеры, доберется до меня. И тогда… и что тогда? Я не знала, но мне казалось, что я умру. Я больше никогда не смогу проснуться.
И тут впереди меня ждало препятствие – гриб был очень далеко и высоко от меня.
«Прыгай направо», – скомандовал голос.
Направо, налево, вперед, вперед… Осталось совсем чуть-чуть. Теперь я четко видела выход из пещеры – покрытая мхом арка с низким сводом, за ней – удивительно яркий дневной свет на траве и деревьях.
А звук так близко. Я не удержалась и посмотрела за спину. Мне казалось, что сквозь светящиеся пятна полупрозрачных грибов я вижу их. Некто. Черно-белые существа, которые, выстроившись в четкие ряды, не спеша шли по воздуху, двигаясь в мою сторону. Я видела все смутно и неясно – очертания человеческих фигур, стертые лица, черно-белые одежды.
Из последних сил я преодолела последний участок, сделала несколько прыжков подряд.
Меня обдало холодом и одновременно обожгло. Мне казалось, что чьи-то руки тянутся ко мне, цепляются за одежду и обувь. Из последних сил я нырнула в арку. И меня выдернуло из сна.
Я пытаюсь вспомнить черно-белые силуэты странных человекоподобных существ, ровным строем идущих по воздуху в моем сне. Кажется, я встретила Черно-белых людей, которых велел опасаться Мэд. Кто же они, черт подери? Зачем им нужен Мэд? И зачем им нужна я? Что будет, когда они доберутся до меня во сне? Я не хочу этого знать! Господи, пожалуйста, позволь мне спать без сновидений!
Проснувшись от кошмара, я сразу же написала сообщение Безумному Шляпнику, не надеясь на скорый ответ.
Alice-In-Wonderland 6:02
Мэд, где ты? Пожалуйста, приди! Мне очень страшно сейчас. Кто эти люди, Мэд? Кто такие Черно-белые люди и чего они хотят?
Я рассказала Анне и об этом сне. Она нахмурилась.
– Ты ведь понимаешь, что это всего лишь ночной кошмар? Осознаешь, что ничего из этого не произошло в действительности?
Я кивнула, солгав. На самом деле я уже не понимала, где сон, а где реальность. Тонкая грань между ними стирается, все смешивается в одно.
Врачи предупреждали меня, что что-то подобное может быть, и когда это случится, я должна сразу рассказать обо всем родителям и врачам на сеансах. Они положат меня в больницу и назначат лекарства, и тогда все исчезнет. Врачи говорят: что бы я ни увидела, это – ненастоящее, а лишь видения, галлюцинации, бред, всего лишь последствия и отголоски моей старой болезни. Но я не хочу, чтобы Мэд исчезал. Я не верю в то, что он может быть всего лишь моей фантазией. Мэд реален, как и Страна чудес. Но я никому ничего не скажу.
– Алиса, ты можешь доверять мне, – сказала Анна и посмотрела на меня так, как никто никогда не смотрел. Мне действительно хотелось довериться ей. Анна стала моим врачом не так давно и обо всем, что со мной произошло, знает только по записям, потому ей тяжелее понять меня. Врачи часто повторяли, что моя болезнь, перетекшая в хроническую форму, в сочетании со стрессом, который я получила от просмотра видео на вечеринке, может вызывать различные психопатологические симптомы, некоторые из которых, если вовремя не устранить, могут перейти в очень тяжелую форму. И психотерапевт об этом знает и неоднократно повторяет. Лечите мою апатию, Анна, нарушения сна, мою депрессию. Лечите их. Но я не отдам вам Мэда, он никакой не симптом, а такая же личность, как и мы с вами. Я не отдам вам мою Страну чудес.
Я написала на листе бумаги, стараясь вложить в свои слова как можно больше искренности:
Анна долго смотрела на меня с подозрением, пытаясь понять, обманываю я ее или нет. В конце концов она взяла визитку, что-то написала на ней и протянула мне.
– Здесь все мои телефоны. И я написала свой домашний адрес. Если почувствуешь, что что-то тебя тревожит или происходит что-то странное, прошу, звони или приходи прямо ко мне домой в любое время, даже ночью. Мы со всем справимся, Алиса, я обещаю.
Я кивнула и взяла визитку. Думала, что сразу же выброшу ее, но не сделала этого. Положила ее во внутренний карман куртки, будто это была очень ценная для меня вещь.
Мэд бросил меня! Оставил меня один на один с моими кошмарами. Предатель! Никто, кроме него, не в силах мне помочь, и где же он, когда он так нужен? Ну же, Мэд, приди ко мне! Только ты в силах избавить меня от снов.
Последнее время все раздражает, меня охватывает какая-то неконтролируемая беспочвенная ярость и агрессия, которую мне больше не на кого выплеснуть, кроме как на двух самых близких людей, подаривших мне жизнь. Я стала совсем несносной, и каждый день только и делаю, что отравляю жизнь моим родителям.
Хочется кричать и проклинать все и всех, но это невозможно, ведь с моих губ не сорвется даже писка.
Что со мной происходит? Почему никто не может мне помочь?
Сегодня я обедала на кухне. Мама сидела рядом и наблюдала за тем, как я ем, чем очень раздражала.
– Как твои дела, дочка? – спросила мама. – Ты совсем ничего не рассказываешь нам с папой. Ты целыми днями сидишь за компьютером, а мы даже не знаем, что ты делаешь.
Я взяла в руки телефон и, выбрав в карточках открытой программы нужную, кликнула по экрану.
В кухне раздался каркающий механический голос:
– Может быть, ты что-то интересное читаешь? Какие фильмы смотришь? В какие игры играешь?
Снова клик по экрану.
– Лисонька, не будь такой скрытной, я же твоя мама, мне интересно знать, как ты проводишь дни!
Мама приготовила суп, чем очень меня разозлила. Ложку я держала в дрожащем кулаке, медленно подносила ко рту. Громко чавкала, рот часто непроизвольно открывался, суп тек по подбородку. Капли падали на кружевную вышивку скатерти.
Я свободной рукой схватилась за телефон.
Вновь в кухне прозвучал бесцветный электронный голос.
– Дочь, что ты такое говоришь? – Мама испуганно посмотрела на меня. – Как ты можешь? Я старалась для тебя.
– Давай я приготовлю тебе котлеты…
Я резко отодвинула стул, взяла телефон и ушла к себе в комнату.
И теперь я записываю все в дневник. Знаю, что поступила плохо, но ничего не могу с собой поделать. Меня все так злит! Я знаю, что расстроенная мама сейчас еще долго будет оттирать с плитки несуществующие пятна, поправлять разглаженные занавески, перебирать посуду, которая лежит ровно, менять в вазе воду, которую она меняла полчаса назад, – делать все, чтобы только чем-то себя занять и уйти от грустных мыслей. А потом она потянется к дверце кухонного шкафа и возьмет оттуда бокал и начатую бутылку вина.
Сегодня я не смогла подняться с кровати. Подобно ежегодно появляющейся в домах рождественской елке или корзинке с пасхальными яйцами в этот день в доме появились ходунки, а вместе с ними дом наполнился тоской и грустью.
Анна даже не подозревает, что очень помогла мне на последнем сеансе.
– Не зацикливайся на своих слабостях, – сказала она мне. – Ищи сильные стороны. Попытайся сконцентрироваться на своих достоинствах. Подумай, в чем ты лучше и сильнее других?