Эльхан Аскеров – Толмач (страница 13)
— Кажется никто кроме меня в вашей стране не может того, что могу я.
Не успеваю договорить, как муж завопил скороговоркой:
— Эта женщина моя! Я её купил у родителей, женился! Эта пасека тоже моя! Если вы начнёте нас грабить, пожалуюсь королевичу. С этим мёдом мы за неделю покроем все свои долги перед вами! Так что прошу прощения, но вам пора уезжать! Хватит нас грабить!
Надо же, как заговорил. Мои брови ползут вверх от удивления. Дерзкий у меня муж-то, оказывается!
— Что, милый, сладенького захотелось? — начинаю дерзить. Но меня не слушают, два кобеля сцепились из-за сладкой кости.
Теперь очередь графа орать, что я его собственность:
— Эта женщина моя, ты только что продал её за долги. Я тебе их прощу и даже отпущу, не избив на память. Но про Эйлин забудь! Эта пасека часть графства! — де Горн повернулся и смотрит на Домиана с таким видом, что вопрос же решён. Так, какого чёрта, он тут голос повышает и права требует.
Де Бриль решил не мелочиться и выдал последнего туза из рукава. Гад!
— Она порченная! Метка у неё проклятых! Дешёвая дочь северян! Мне на такой можно жениться, а вам эту женщину к себе забирать нельзя, — завопил мой муж.
Не успеваю опомниться от прошлого наезда, как новый подоспел, прижала банку мёда к груди. Не понимаю, что делать и как спасаться. Снова два гвардейца подбежали, повернули меня спиной и силой задрали волосы. Метка на шее больше не секрет.
— Проходимец несчастный! Хотел мне подсунуть порченую бабу? — граф снова рычит так, что у меня кровь стынет. Когда же эти разборки закончатся.
— Она не порченная. Для меня эта метка не имеет значения. А Вам её в жёны брать нельзя, но в наложницы она бы подошла. А раз есть такое богатство как мёд, то я забираю жену и рассчитаюсь с вами. Всё честно!
— Я тоже буду с тобой честным. Эта женщина и эта пасека мои. Плевать на метку. Домиан де Бриль, я тебя изгоняю из моих владений. Навсегда. А ты, женщина, не смеешь продать и ложку мёда в моём графстве. Весь этот мёд моя собственность. Хочешь жить, будешь всё отдавать управляющему еженедельно. Продукты, одежду, инструмент тебе предоставят. Раз ты из наших врагов, значит, и жить будешь как пленница…
— А губа у вас не треснет? — не выдержала и выдала.
— Что ты сказала? Выпороть её! — граф от бешенства слюной брызжет, все замерли.
— Не стоит этого делать с моей истинной, на моей же земле! Эта женщина по рождению моя и только моя! Кто-то из вас её похитил, цена расплаты за это преступление — жизнь! Так кто из вас будет платить?
Я в таком шоке от всего происходящего, даже не сразу поняла, откуда слышу знакомый голос. И вообще, как он тут появился?
Из-за гвардейцев и не вижу ничего, они продолжают меня держать, но, когда до них дошла суть угрозы, и они-то увидели того, кто говорит, быстро отпустили и отбежали на безопасное расстояние, ближе к своей карете.
Отвечать никто не решается, мужчины молча пытаются оценить, что вообще происходит, внезапно на поляне собрались три претендента на меня и мой мёд?
И я теперь вижу третьего «хозяина Эйлин» во всей красе, раньше-то не успевала оценить его, всё у нас как-то быстро и бурно произошло в первую встречу. И надо сказать, есть на что посмотреть, я таких мужчин никогда и не видела.
Он огромный. Человек ли? Господи, он же на актёра похож, как его…
Стаю открыв рот, и вместо того, чтобы спасать свою шею от посягательств, а попу и спину от порки, вспоминаю имя Джейсона Момоа, и любуюсь на этого красавчика. Дурочка…
Граф что-то рявкнул, и я очнулась. Ситуация пугающая. Если они начнут друг друга крошить, то крайней останусь я. А меня этот вариант совершенно не устраивает, мне бы их выгнать, и я уже знаю как.
В лесу нарастает гул, это мои пчёлки злятся? Предупредить незваных гостей, что моё терпение лопнуло, или пусть получат по полной раз и навсегда?
С этого момента я тут хозяйка и сейчас заставлю их слушать меня!
— Это ещё кто? — граф обратился ко мне, театрально вскинув руку в сторону сурового незнакомца, как будто я знаю.
— А сейчас пчёлы мои прилетят и все расскажут!
Глава 16
Запретный суженый
Граф делает вид, что его не пугает третий «гость пасеки». А я молчу. Шум от пчелиного роя всё ближе, но до мужа и Его светлости не доходит, что пора бежать.
— Называй меня Кай Эрринг, госпожа! Простите, не представился раньше, ваши маленькие вассалы меня изгнали…
Он смотрит на меня и так мило улыбается, а его глаза! Они горят золотом. Медовые?
— Что, больно было? — улыбаюсь ему в ответ, словно кроме нас на поляне нет никого.
— Самую малость, слово знаю лечебное от их жала…
— Жала? — и до графа начало доходить, что если есть мёд, значит, есть и пчёлы?
Ну наконец-то, долго мне ждать пришлось.
— Да, у пчёл есть жала, вам ли не знать? Вы же и пугали меня в день нашей встречи, когда выкинули из дома, как ненужную вещь, а теперь я вдруг вам нужна? Уезжайте, про свои долги сами разбирайтесь, и советую поспешить, — говорю, а сама не могу отвести взгляд от Кая, он со мной снова что-то делает? Начинаю догадываться, что он маг и тот самый из герцогства?
— Если ты не подчинишься, женщина, то я сам выжгу тут всё, и тебе запрещаю торговать мёдом! Ты либо моя, либо умрёшь! Уж я об этом позабочусь! — выкрикнул свои угрозы граф, и в этот момент на поляну вылетело огромное чёрное облако. От гула всем стало не по себе, даже мне.
— Вам со мной не справиться, ваша светлость, уезжайте, пока живы! Я тут хозяйка и за мёдом ко мне люди сами приедут, этого вы не запретите!
Выкрикнула вслед отъезжающей карете. Но ещё остался непутёвый муж, с ним прям заминка вышла. Возможно, не понимает, как опасны пчёлы, но спасать его нет никакого желания. Однако конь у него чуть умнее оказался, начал громко ржать и брыкаться. Ещё немного и сбежит…
— Эйлин, ты уничтожила меня, обрекла на страдания, за это я отниму у тебя дочь, всего-то донесу о твоей метке, думаешь, что этот урод тебя спасёт? Не надейся. Таких, как ты казнят, голову отрубят и тогда будешь смеяться, но только глядя на меня с кола…
Меня шатнуло, голова закружилась от той омерзительной гадости, что я услышала.
— Дебил, идиот! Ты такую гадость желаешь матери твоего ребёнка? Как у тебя язык повернулся такую мерзость ляпнуть. Убирайся, пока пчёлы не сожрали тебя заживо! — мой крик отрезвил мужа, но он снова сплюнул, вскочил в седло, пришпорил коня, но тот и сам рванул с такой скоростью, что и пчёлы не догонят. Но, судя по громким воплям, пару раз его ужалили…
Через несколько секунд всё стихло. Если бы не свежая куча в «подарок» от графского коня посреди поляны, и не рой пчёл, какой всё ещё тревожно кружит над нами, то показалось бы что этот маразм мне приснился. Потому что столько гадости наговорить за одну встречу, это надо постараться.
Прям классическая бандитская стрелка. У дедули на таких гостей всегда было заряженное ружьё, а то и два. И мне пора подумать о безопасности.
Может мир и другой, но реальность везде одинаковая, один с сошкой, семеро с ложкой. Уже делят мой мёд, и меня не спрашивают.
В сухом остатке результаты этих разборок удручающие:
Про мою метку знают теперь все.
И я только что нажила себе двух врагов, один влиятельный, второй — отмороженный придурок.
А третий подошёл ко мне, и той же с претензией:
— Я искал женщину с этой меткой слишком долго, а когда нашёл, оказалось, что она умерла и её место заняла ты. Я жду объяснений…
— Отстань… бесите меня все! Просто отстань, лучше вон дерьмо за конём прибери, а мне пора дочь кормить, и обед греть.
— Стой! Я ещё не закончил с тобой! — в его голосе сдавленный рык, но нестрашный, граф только что вопил куда страшнее.
— Так заканчивай, и я угощу тебя обедом, наверное, зависит от твоего поведения, — как-то дерзко я себя веду с незнакомцем. Но его это лишь позабавило.
— Эйлин предала меня, пусть невольно, и по незнанию, но магические клятвы нарушать нельзя. Ты не она, и как мне с тобой поступить?
— Я прекрасно об этом знаю, хватит уже напоминать, честное слово, если бы от меня хоть что-то зависело… Что же ты сам её не спас, когда она ещё жила у родителей? Сам виноват во всём!
Выдёргиваю руку из его хватки, хочу сбежать в дом, но бесполезно. Незнакомец снова ловит меня и ставит перед собой. Просверливает взглядом, пытается разгадать мой секрет?
А у меня такие мурашки по телу от него, что уже забывается всё, что случилось этим утром. И муж, и граф, кажутся дурным сном, потому что вот стоит передо мной реальный мужчина, за которым бы я на край света пошла. Но он говорит совсем не то, что я хочу услышать.
Ещё немного и доведёт меня до слёз своими претензиями. Прикусываю от обиды губу, потому что слышу очередной выговор:
— Её спрятали в запретных землях, хотели лишить меня истиной. По закону я не мог переступить границу королевства. Моя метка исчезает, потому что ты замужем и мать чужого ребёнка. Ты под запретом для меня, ради твоей малышки я не смею даже думать о тебе, чтобы не навлечь проклятье на ребёнка, понимаешь?
— Ну, вот и чудесно, не можешь думать — не думай! Только я не предавала! Сколько можно повторять! Да, я замужем за безответственным придурком, и не по своей воле, у вас метка пропала? Замечательно, значит, вы теперь свободный товарищ, можете гулять на все четыре стороны! — моему терпению наступил конец. Смотрю на него и злится хочется, причём на Эйлин и её родителей… Ведь по судьбе же был предназначен самый лучший мужчина, а они выбрали этого де Бриля, чтоб ему пусто было.