Эльхан Аскеров – Рокировка: Рокировка. Дворянин поневоле (страница 52)

– Он почти двадцать лет Бога молил, чтобы вы нашлись. Чтобы род не угас. А тут такое счастье. Так что делами он только первую половину дня занимается. А все остальное время готовится свету вас представлять. Уже сейчас многие считают, что вы как-то сумели обмануть старика. А когда вы вместе в свет выйдете, то многие станут вас пристально рассматривать. Вот он и хочет, чтобы никто сторонний не посмел вам дурного слова сказать.

– Что-то это как-то все запутанно, – подумав, проворчал Сашка.

– Объяснил, как умел, – развел руками Матвей. – Но к деду вам все одно сходить надо.

– Ну, пойдем, раз надо, – вздохнул парень поднимаясь.

Они переместились в кабинет князя, и Сашка был очень удивлен, увидев царящую здесь суету. То и дело из кабинета выскакивали курьеры и чиновники с бумагами в руках, уносясь куда-то. Без доклада входили посыльные и фельдъегеря, передавая пакеты, украшенные сургучными печатями. Понаблюдав за этим пожаром в борделе, Сашка растерянно покосился на слугу и, отведя его в сторону, тихо спросил:

– Может, не стоит его сейчас беспокоить? Сам видишь, дел у него выше головы.

– Рутина, – отмахнулся слуга. – Тут всегда так. Пойдемте, – скомандовал Матвей и первым решительно двинулся к дверям.

Вскочивший было ему навстречу молодцеватый лейтенант, увидев Сашку, коротко кивнул, негромко пообещав:

– Доложу, – и нырнул в кабинет.

Спустя минуту он вышел, тихо сообщив:

– Через пять минут.

Кивнув, Матвей отвел парня в сторону и, прислонившись к стенной панели, негромко объяснил:

– Похоже, из дворца пакет пришел. Подождем.

– Как скажешь, Степаныч, – кивнул Сашка, попыхивая трубкой.

– Не видел раньше, чтобы вы курили, – улыбнулся слуга.

– А я и не курю толком. Так, иногда трубочкой балуюсь, когда подумать надо.

– Занятная трубка, – оценил Матвей. – Вишневого корня, похоже.

– Не знаю. Женщина подарила, – признался Сашка, лукаво улыбнувшись.

Адъютант негромко окликнул их и лично открыл перед Сашкой дверь. Поблагодарив его кивком головы, парень вошел в кабинет, и князь, поднявшись из-за стола, направился навстречу парню, раскинув в стороны руки и широко улыбаясь:

– Только что из дворца письмо получил. Его величество примет нас завтра, в два часа пополудни. Матвей, у тебя все готово? – повернулся он к слуге.

– Так точно, ваше сиятельство. Только Александр Викторович напрочь пудриться отказались.

– А что так? – повернулся князь к внуку.

– Так я ж не баба, – фыркнул Сашка.

– Так сейчас бледная кожа в моде, а ты загорелый, как тот арап, – поддел его старик.

– Дед, это с каких пор солдаты стали моде следовать? – усмехнулся в ответ Сашка.

– Так ведь ты теперь не служишь, – не унимался старик.

– Я, ваше сиятельство, солдатом был, и тем горжусь, – жестко отрезал парень, гордо вскинув голову. – А кому это не по нраву, так я не навязываюсь.

– Мой внук, – рассмеявшись, хлопнул его князь по плечу и одобрительно кивнув, добавил: – Вот так и держись всегда. Чтобы сразу всем ясно было: Тарханов идет.

– Я постараюсь, – усмехнулся Сашка.

– Ладно, внучок. Ступай к себе пока. Если что нужно, Матвей подаст. А пока дела доделаю. Вечером поговорим, – закончил он, выпроваживая их из кабинета.

Понимая, что дел у старика и вправду много, Сашка без единого слова покинул кабинет и в приемной, наткнувшись взглядом на адъютанта, отозвал его в сторону. Отойдя к окну, он окинул лейтенанта внимательным взглядом и, чуть улыбнувшись, спросил:

– Знаете уже, кто я?

– Так точно, Александр Викторович, – коротко кивнул молодой офицер.

– Тогда давайте знакомиться. Кто знает, как жизнь обернется. Вполне допускаю, что нам с вами придется на пару какие-нибудь дела решать, – пояснил парень свой заход.

– Лейтенант Григорьев, Сергей Андреевич, – все так же коротко отрекомендовался офицер.

– Давно с дедом в одной упряжке? – поинтересовался Сашка, которому этот молодой лейтенант действительно понравился. Было в нем что-то настоящее.

– Пять лет уже, – улыбнулся Григорьев.

– Ясно. Ладно, не буду отвлекать, – вздохнул Сашка, заметив очередного посетителя. – Будет время, заходите на чашку кофе. Я этажом выше обитаю.

– Знаю, – кивнул лейтенант. – Мы постоянно то тут, а то в дворцовом кабинете работаем.

– Не устаете за собой бумаги таскать? – удивился Сашка.

– Так там только текущие документы. А ежели что серьезное, то все сюда везем. У его сиятельства для таких документов особый шкаф имеется.

– Вот это правильно, – одобрительно кивнул парень и, попрощавшись, вышел из приемной.

На следующее утро Матвей поднял Сашку чуть свет и, обеспечив плотным завтраком, взялся одевать. Процесс этот оказался долгим, так что уже к полудню Сашка буквально взвыл. Пошитый для аудиенции костюм оказался очень неудобным. Жесткий воротник натирал шею и не давал опустить голову, а узкие штаны жали в паху. Матвей, искренне сочувствуя ему, тихо, чтобы никто не слышал, пояснил, что вынудил его одеться заранее, чтобы новенький костюм хоть немного пообмялся и парень не ощущал себя на приеме, словно заколоченный в гробу.

Еще через полчаса слуги подали транспорт, и они с князем отправились в зимний дворец. Старик, задумчиво оглаживая бороду, отсутствующим взглядом скользил по мелькающим мимо домам.

– Что-то не так, дедушка? – осторожно спросил Сашка, заметив его состояние.

– А? Нет, все так, Сашенька. Думаю просто.

– О чем же? Признаться, лицо у вас было такое, словно вы нападения ждете, – хмыкнул Сашка.

– Я, Сашенька, теперь всего жду. Даже того, о чем раньше и не думал, – вздохнул князь.

Аудиенция состоялась в малом кабинете. Император принял их и, с интересом рассматривая парня, неожиданно спросил, внимательно выслушав князя:

– Скажите, молодой человек, а что вы думаете о союзе России с другими государствами Европы? Мнение вашего деда мне известно. Но вы воспитывались во Франции, и наверняка имеете свое мнение на этот счет.

Такого Сашка ну никак не ожидал. Сообразив, что в вопросе кроется какой-то подвох, парень привычным движением потер шрам на лице и, заметив настороженный взгляд деда, вздохнул.

«Похоже, придется каждое слово фильтровать», – подумал он и заговорил:

– Ваше величество. Я слабо разбираюсь в политике. Так сложилось, что мне больше приходилось действовать, чем размышлять, так что заранее прошу у вас прощения, если скажу что-то не так. Но думаю, что у России есть только два союзника. Это ее армия и флот, – заявил парень, припомнив слова какого-то императора, прочтенные в одной книге.

– Это слова моего отца, – чуть нахмурившись, вздохнул император. – А что думаете вы? Сами?

– Я так и думаю, ваше величество, – вздохнул Сашка. – В политике нет союзников. Есть только временные попутчики. Каждый блюдет свою выгоду, и, если возникнет необходимость разменять союзника на какую-то выгоду, они это сделают.

– Признайтесь, князь, – повернулся император к старику, – вы уже успели перетянуть его на свою сторону?

– Могу дать слово чести, ваше величество, что о политике мы с внуком не говорили ни разу. Простите, не до того было, – усмехнулся князь. – Я, признаться, и сам не ожидал такого ответа.

– Интересно, – задумчиво протянул император. – Выходит, вы, молодой человек, считаете, что союзники России не нужны?

– России нужны торговые партнеры. А союзы пусть они там, в Европе сами заключают, – фыркнул парень. – Все равно предадут.

– Значит, ничем кроме торговли они нам не интересны, по-вашему, – удивился император.

– А зачем они еще нужны? – не понял парень. – У России есть всё. Железо, уголь, древесина, пушнина, золото, серебро, нефть, в общем, перечислять устанешь. А что есть у них? Вот и получается, что нам нужно свое производство развивать, а не просто торговать. И в этом заключается главная проблема нашей страны.

– Поясните, – тут же потребовал император.

– Наши купцы не желают вкладывать деньги в долгое производство. А самое главное, что у нас нет ремесленного обучения. К станкам ставят крестьян. А что они могут сделать, если никогда производством не занимались? Вот и получается, что в России есть всё, а любую гайку вынуждены за границей покупать. Туда наше сырье, а оттуда из него же производственные товары.

– Интересно, – качнул император головой и, повернувшись к князю, спросил: – А вы, ваше сиятельство, о подобном никогда не говорили. Это правда, что мы покупаем товары из нашего же сырья?

– Правда, ваше величество, – поклонился князь.