Эльхан Аскеров – Рокировка: Рокировка. Дворянин поневоле (страница 115)

– А что этим отвечать прикажешь? – недоумевал князь.

– Обрыв провода. Мастера уже ищут место обрыва, – отмахнулся Сашка. – Это техника, и она иногда ломается. Будет даже достовернее, если отключат сразу несколько номеров в том районе.

– Ну, ты и накрутил, – растерянно проворчал Алексей Михайлович и, поднявшись, снял телефонную трубку.

Связавшись с жандармами, он быстро объяснил им, что нужно делать, и, прикрыв ладонью микрофон, уточнил у Сашки:

– А сигнал какой будет?

– Пусть посадят на коммутаторе своего человека, который будет слушать все переговоры. Как только я назначу встречу, снова свяжусь с коммутатором и скажу только одно слово: «Начали». Это и будет сигнал.

– Как-то сложно все, – покачал князь головой.

– Я не могу рисковать жизнью ни в чем неповинной девушки, – вздохнул Сашка. – А коммутатор они точно прослушать не смогут.

– Разве это возможно? – удивился князь.

– Потом покажу, – снова отмахнулся парень и, поднявшись, отправился к себе в спальню, готовиться.

Оставив дома большой пистолет, он сунул его маленького собрата в рукав и уложил за спину, за ремень пять снаряженных обойм к нему. С сожалением покачав в руке кинжалы, он уложил за пояс пять метательных ножей и, застегнув жилет, внимательно оглядел свое отражение в зеркале. Благодаря габаритам все оружие было надежно скрыто от взгляда. Обыскивать же себя тщательно Сашка позволять не собирался. Теперь, даже охлопав его карманы, дилетант решит, что он безоружен. А настоящих профессионалов против него не выступало. В этом Сашка был почему-то уверен. Слишком грубо и по-дилетантски все делалось. Вернувшись в кабинет, парень с ходу наткнулся на встревоженный взгляд деда и, чуть улыбнувшись, решительно шагнул к нему, раскрывая объятья:

– Все будет хорошо, деда. Не волнуйся, – тихо пообещал он, обнимая старика.

– Храни тебя бог, Сашенька, – судорожно вздохнул князь, сжимая его в объятьях.

– Благослови, – повинуясь какому-то наитию, попросил Сашка, опускаясь на одно колено.

Перекрестив его, Алексей Михайлович скороговоркой прочел молитву и, пряча повлажневшие глаза, тяжело вернулся за рабочий стол. Выскочив из кабинета, Сашка кликнул Захара и спустился к машине. Спустя двадцать минут они вошли в уже знакомый дом. Граф Ростовцев, едва завидев парня, тут же вцепился ему в рукав, требуя новостей.

– Граф, возьмите себя в руки, вы же мужчина, – не выдержав, зло прошипел Сашка, одним резким движением вырывая руку из его пальцев.

Стушевавшись от такой отповеди, Сергей Мефодиевич заставил себя немного успокоиться и, проводив парня в кабинет, где стоял телефон, устало спросил:

– Желаете чего-нибудь, Александр Викторович?

– Благодарствую, Сергей Мефодиевич, – качнул Сашка головой. – Давайте просто присядем и подождем.

– Чего? – не понял граф.

– Звонка похитителей, – вздохнул парень. – А вы пока прикажите принести то, что вы приготовили для выкупа.

– Все уже давно готово, – отмахнулся Ростовцев. – В сейфе пакет лежит, – кивнул он на солидный железный ящик, стоявший в углу.

– Я только одного понять не могу, – принялся размышлять вслух парень. – Почему они решили взять именно вашу дочь? Вот этот момент у меня ни в какие рамки не укладывается.

– Может быть потому, что я принадлежу к партии, которая поддерживает вашего деда? – осторожно предположил граф.

– Не сходится, – мотнул Сашка головой. – Таких людей много и у всех у них есть дети. Скорее, тут дело касается ваших предварительных договоренностей о нашей возможной свадьбе. Но опять-таки, ведь ничего не сложилось. Не понимаю, – снова качнул Сашка головой. – А кто вообще знал об этом разговоре? – вдруг спросил он, повернувшись к графу.

– Трудно вот так сразу сказать, – растерялся тот.

– Садитесь за стол, берите бумагу, перо и начинайте составлять список всех причастных, – жестко приказал парень. – И не вздумайте кого-то упустить. Это дело весьма непростое, и даже случайного разговора могло хватить, чтобы бандиты сделали мишенью вашу семью. Вы меня поняли?

– Вполне, – подумав, решительно кивнул Ростовцев и, пересев к столу, взялся за дело.

Сам же Сашка, в очередной раз достав трубку, принялся набивать ее, попутно обдумывая все случившееся. Но как ни крутил он ситуацию, ясной картины все равно не вырисовывалось. Не спеша закурив, он выпустил клуб ароматного дыма и мрачно покосился на телефон, стоявший на рабочем столе графа. Словно в ответ на этот взгляд, аппарат разразился длинным звонком. Вздрогнув, Сергей Мефодиевич выронил перо и, дождавшись разрешающего кивка парня, снял трубку после третьего звонка.

– Это вас, князь, – дрогнувшим голосом сообщил он, протягивая Сашке трубку.

Легко поднявшись, парень взял ее и, приложив к уху, сухо произнес:

– Слушаю вас.

– Возьмешь золото и приедешь на Черную речку, – с ходу взяли быка за рога на той стороне провода.

– Я никуда не поеду, пока вы не дадите трубку Юлии Сергеевне, и я не буду уверен, что она жива, – оборвал поток инструкций Сашка. – И вообще, если хотите получить выкуп, то место обмена назначу я.

– Тебе прислать ее по кусочкам?! – заорал его собеседник.

– И не забудь коробочку бантиком перевязать, – фыркнул Сашка и положил трубку.

– Что вы делаете?! – завопил граф, вскакивая из-за стола. – Они же убьют ее!

– Не убьют, – твердо ответил Сашка, глядя ему в глаза. – Сядьте, граф, и вернитесь к делу. А переговоры оставьте мне. Им нужен я, а не ваша дочь. И на этом я буду играть. И пока я здесь, ее не тронут. Другой вопрос, если бы я просто отказался участвовать. Тогда они имели бы все шансы меня попросту ославить и закончить эту историю. А раз я вступил в игру, то они пойдут до конца. А теперь просто ждем.

Едва прозвучали эти слова, как телефон задребезжал снова. На этот раз трубку Сашка снял сам.

– Бросишь трубку еще раз, и она умрет, – услышал он, едва поднеся аппарат к уху.

Зло усмехнувшись, он рявкнул так, что не ожидавший этого граф снова выронил перо, посадив на свой список жирную кляксу:

– Заткнись, мразь, и слушай меня внимательно. У тебя есть час, чтобы доказать мне, что Юлия жива. Если через час я не услышу ее голос, звоню жандармам и передаю это дело им. После того, как я услышу ее голос, скажу тебе, где мы встретимся и произведем обмен. Единственный выбор, который я вам предоставлю, так это одно: место может быть оживленным или пустынным. Но точку встречи назначу я сам. Ты меня понял? Время пошло, – с этими словами он снова положил трубку.

– Вы сумасшедший, – испуганно пролепетал граф, сминая испорченный лист бумаги.

– Можете называть меня, как пожелаете, – отмахнулся Сашка, – но если хотите увидеть дочь живой, делайте только то, что я вам говорю.

– Вы рискуете ее жизнью, – безжизненным голосом произнес граф. – Вы убиваете мою девочку.

– Так, похоже, опять истерика, – буркнул Сашка себе под нос и, решительно распахнув дверь, громко позвал: – Эй, кто-нибудь! Водки сюда, и закуски какой. Быстро! – рявкнул он на появившегося в конце коридора слугу.

Спустя три минуты все требуемое было подано, и Сашка, щедро плеснув напитка в рюмку, сунул тару в руку Ростовцеву.

– Пейте, – скомандовал он.

Тот покорно проглотил водку и, отдышавшись, растерянно посмотрел на парня.

– Как вы можете быть так спокойны? – спросил граф, немного придя в себя. – Вы же сами говорили, что они хотят убить вас.

– Ну, одного желания для такого дела маловато, – фыркнул Сашка.

– Но почему вы их злите? – не унимался Ростовцев. – Вы же сознательно их провоцируете на проявление силы.

– Нет. Своим поведением я выбиваю почву у них из-под ног, – хищно усмехнулся парень. – Они тоже думали, что я покорно побегу выполнять все их хотелки и позволю себя прирезать, как барана. А я проявляю характер, и это заставляет их растеряться. Как уже было сказано ранее, я вступил в игру, и теперь они вынуждены делать все так, чтобы добиться желаемого, даже ценой некоторых уступок мне.

– Но откуда?.. – растерянно спросил граф. – Откуда, черт возьми, вы можете это знать?

– Это долго объяснять, – вывернулся Сашка. – Нам сейчас требуется сосредоточиться на главном. Выпейте еще рюмочку и вернитесь к делу. Думаю, скоро они снова нам позвонят.

– Откуда у вас такая уверенность? – не удержался граф от вопроса. – Ведь я буквально умолял их позволить мне поговорить с ней. Хоть пару слов. Просто услышать ее голос и убедиться, что она жива. Но они только смеялись и требовали найти вас.

– Вот именно, вы умоляли, – вздохнул парень. – А я требую, да еще и отключаю аппарат. Они ждали, что я тоже стану умолять, и теперь сильно удивлены, что этого не происходит. И это поможет нам победить. Помните слова незабвенного графа Суворова, Александра Васильевича? Удивил, значит, победил. Это и должно стать девизом в нашем деле. Удивить и победить.

Сашка бросил быстрый взгляд на напольные часы в роскошном корпусе. С момента выдвижения его требований прошло сорок минут. Еще через три минуты раздался очередной звонок, и парень, подмигнув графу, не торопясь снял трубку.

– Она жива, – со слезами на глазах прошептал Ростовцев, передавая трубку парню.

Кивнув, он рукой указал ему на кресло и, сделав глубокий вдох, приложил трубку к уху.

– Это была последняя уступка тебе, – услышал Сашка.

Зло усмехнувшись, он перебил:

– Рот закрой и слушай сюда. Что вы выбрали? Людное место или тихое?