Эльхан Аскеров – Нежданная кровь (страница 21)

Осенённый этой мыслью, парень принялся вспоминать весь вечерний разговор буквально покадрово и очень скоро пришёл к выводу, что его мысль была правильной. Амазонки решили освежить свои ряды и для этого не нашли ничего лучше, чем устроить дуэль. Хотя, по местным меркам, задумка и вправду рабочая. С пленниками тут не церемонились. Попал в полон, значит, стал хозяйской вещью, и он вправе делать с тобой, что сам пожелает.

Не торопясь попивая чай, парень мысленно выстраивал свой будущий разговор с амазонками, но додумать не успел. К казачьему биваку широким шагом подошли полдюжины крепких, мускулистых женщин примерно от тридцати лет и старше. Увидевшие их казаки тут же подобрались и приготовились к бою. Подойдя, женщины остановились, и всё та же амазонка, что командовала на кругу, угрюмо спросила:

– У нас две воительницы пропали. Знаете, где они?

– В распадке, мёртвые, – коротко ответил Беломир, ткнув пальцем в нужную сторону.

– Зачем? – глухо спросила амазонка, катнув желваки на скулах и прикрыв глаза.

– Я предупреждал, – пожал парень плечами. – Вы доброе отношение за слабость принимаете. Больше этого не будет. Отныне любая, поднявшая на меня или братов оружие, будет убита. И в кругу тоже щадить не стану. Хотите войны, будет вам война, – закончил он так, что все пришедшие женщины невольно вздрогнули.

– Нам не нужна война с казаками, – помолчав, тихо ответила командирша. – Мы можем забрать тела?

– Забирайте. И помните, что я сказал. Больше пощады не будет, – повторил Беломир, жёстко глядя ей в глаза.

Узнав о нападении, Григорий долго что-то еле слышно бубнил себе под нос, а после, сжав кулаки, мрачно произнёс:

– Этому крапивному семени больше хлеба не продавать.

– У других купят, – равнодушно пожал Беломир плечами.

Его гораздо больше волновал вопрос, решится ли персидский купец адресно возить в их станицу металлы. Тогда их поселение и вправду станет чем-то вроде местного индустриального центра. А если быть до конца циничным, то и собственная казна парня крепко увеличится. Ведь договор на поставку заключал с купцом именно он. Под своё слово и под свои поделки. Значит, всем желающим он сможет продавать металл уже по своей цене. А уж она никак не может быть ниже той, по которой металлы покупались. В общем, везде молодец.

«Угу, гладко было на бумаге, да забыли про овраги. А по ним ходить, – осадил сам себя парень. – Ещё ничего не решено. Вот откажется перс от такого гешефта, и будешь ты, приятель, локти кусать. Хотя того ж Расула можно будет попросить свести меня с кем-то, кто решится на такой эксперимент. В конце концов, украшения я всё равно буду продавать ему, а за металлы можно будет платить монетой».

От размышлений его оторвала очередная фраза казака. Как оказалось, Серко никак не мог успокоиться и продолжал придумывать всяческие кары для взбесившихся баб, как он сам выразился. Прикинув кое-что к носу, Беломир только рукой махнул, одной фразой разом оборвав все его мечты:

– Забудь про них, друже. Минуло, и ладно. Всё одно не долго им осталось.

– С чего так решил? – моментально насторожился казак.

– Будь у них всё добром, не стали б они у нас детей выпрашивать. Похоже, и вправду дела у них хуже некуда, ежели они решили даже в полон одну из своих девок отправить.

– Так выходит, из-за детей всё? – помолчав, уточнил Григорий.

– Выходит так, – развёл Беломир руками.

– А ты как про то угадал? – не унимался казак.

– Вспомнил, что вы мне с Елисеем про старую кровь рассказывали.

– От то добре, – с облегчением закивал казак. – Чего теперь делать станешь? – сменил он тему.

– Так задумок-то много, да не всё тут сделать получится, – удручённо вздохнул парень.

– А чего так? – удивился казак.

– Станков потребных нет. Прежде чем затевать что, надобно станки нужные сделать.

– И как их сделать?

– Самому бы знать, – вздохнул Беломир, мысленно прикидывая, как можно легализовать то, что ему известно.

Тут уже рассказами про книжки не отделаешься. Придётся придумывать что-то другое. Самое неприятное, что устраивать пробные запуски и тому подобные эксперименты не получится. Для таких вещей нужен металл и каменный уголь. А и то и другое в этих местах большой дефицит.

– А где такие станки увидать можно? – помолчав, поинтересовался Гриша.

– Не знаю, – качнул парень головой. – Я, друже, в голове это всё вроде как вижу, а показать правильно не могу. И нарисовать не получится. Там всякого мелкого много.

– А с ручным тюфяком у тебя чего? – снова сменил Григорий тему.

– Вроде стреляет, но проверить его только в бою можно, – вздохнул парень.

– Выходит, нового налёта ждать надобно?

– Угу, – всё так же мрачно кивнул Беломир.

– Ты чего такой смурной, брате? – вдруг удивился Григорий.

– По правде сказать, и сам не очень понимаю, – нехотя признался парень. – Вот чую, что будет что-то, а что, где, и сам не знаю.

– К батюшке сходи, – помолчав, тихо посоветовал Григорий. – Побаишь с ним, глядишь, и попустит. А может, и подскажет чего.

– Схожу, – подумав, согласился парень, понимая, что это не пустые слова.

Ему и вправду было неспокойно. Чуйка, которой он привык доверять ещё в прошлой жизни, и вправду беспокоила, так что к совету казака стоило прислушаться.

С торга они вернулись примерно неделю назад, и с тех пор покоя Беломир просто не знал. Их беседу за чаем прервал пронзительный рёв турьего рога. Сорвавшись с места, Беломир кинулся в свою комнату, за кольчугой и оружием. Григорий, едва заслышав знакомый звук, вылетел из дому, едва двери не снеся.

Быстро одевшись, Беломир после короткого раздумья прихватил из шкафа новое ружьё и подсумок с патронами. Раз уж выпал случай испытать его в деле, значит, так тому и быть. К воротам околицы они подбежали вместе с Григорием. Казак, также полностью вооружённый, имел при себе и арбалет. Заметив это, парень только одобрительно усмехнулся. Судя по всему, казак по достоинству оценил потенциал этого оружия. Подойдя к воротам, Беломир нашёл взглядом немолодого караульщика и, протолкавшись к нему, тихо спросил:

– С чего тревога? Где напали?

– Вон там, у загиба вои оружные стоят. К стану не пошли, но с каланчи их углядели. Потому и решили тревогу кричать, – коротко поведал казак.

Стоявший рядом с парнем Григорий, внимательно выслушав сказанное, чуть кивнул и, подтолкнув Беломира локтем, с хищной усмешкой спросил:

– Сбегаем своим глазом глянуть?

– Пошли, – чуть подумав, решительно кивнул парень.

Но отойти от ворот далеко они просто не успели. Из-за поворота выехала кавалькада примерно в три десятка всадников и шагом направилась к воротам. Напарники замерли, пытаясь разглядеть нежданных гостей. Одно Беломир понял точно. Это были не обычные степняки. Тут и кони высокие, и доспех серьёзный, и оружие явно качественное. Точнее, на таком расстоянии было просто не рассмотреть.

– Да это ж бабы! – охнул кто-то изумлённо.

– Чего? Какие бабы? – удивлённо проворчал Григорий и решительно зашагал к воротам.

«Или я дурак, или лыжи не едут, – бурчал про себя Беломир, двигаясь следом за ним. – Если это и вправду амазонки, то они ещё большие дуры, чем я думал. Казаки же их на фарш пустят, если драка начнётся. Вон, уже и пушку выкатили. Два выстрела, и останется только закопать».

Они протолкались к самым воротам, и парень неожиданно понял, что это и вправду были амазонки. Удивлённо качнув головой, он вздохнул и принялся молча заряжать ружьё.

– Не стреляй покуда, – тихо попросил Григорий. – Спервоначалу спросить надобно, чего им тут потребно.

– Спроси, а я пригляжу, чтобы шкоду какую не учинили, – зло отозвался парень.

– Кажись, крепко они тебя рассердили, – удивлённо хмыкнул казак, рассматривая незваных гостий.

Метрах в сорока от ворот кавалькада остановилась, и от неё отделились две всадницы. Не обнажая оружия, они продолжили движение. Когда до ворот осталось не более пяти метров, амазонки придержали коней, и Беломир с некоторым облегчением узнал Дамиру. Ту самую воеводу, что была с девками при их первом знакомстве.

– Здрав будь, Гриша, – едва заметно кивнула она Серко.

– И тебе здоровья, Дамира. С чем пожаловала? – ответил казак вежливостью на вежливость.

– С тяжким делом мне в твой стан пришлось прийти, – вздохнула женщина. – На торгу твои вои двух моих воительниц убили. И должна я с них за то свой спрос учинить.

– Да вы там все белены объелись?! – тут же возмутился казак. – Где это видано, чтобы, татя ночного убив, добрый вой виноват стал?

– Не было татьбы. Они шли обидчика наказать, – угрюмо отозвалась женщина.

– Это кого же? Уж не Беломира ли часом? – иронично уточнил казак.

– Его, – коротко кивнула воевода. – Он Великую Мать обидел, когда отказался нашу девку полонянкой брать. Выходит, истая воительница ему и вовсе не годится, коль, победив, он даже выкупа за жизнь её не спросил.

«Ой, мама, роди меня обратно!» – взвыл про себя Беломир, слушая весь этот бред.

– Победивший сам решает, как быть, – пожал Григорий плечами. – Может, не глянулась ему та девка. Волос не того цвета иль сиськи малы.

– Ты ещё насмехаться, пёс! – не удержавшись, взвыла молчавшая до этого вторая женщина.