Элеонора Жорова – Династия Амадесто (страница 11)

делать из нее дуру, когда нам наоборот нужно, чтобы она проснулась.

Роберт был спокоен, он понимал, что приближается день, когда начнется настоящее обучение.

― Может, ты прав, все равно, от этого не отвертеться. Тем более, что у нее ее же

тутела как артефакт.

― Очень скоро она ее активирует полностью. И тогда Вероника будет нас учить, а

не мы ее, — подбросил свою тутелу большим пальцем Роберт, а потом положил в карман, словно в чашу, наполненную водой так, что брызги попали на Джо.

― Мне и дальше играть ее отца? Она точно догадывается, что с ее обычным папой

что-то не то, по ее глазам видно.

― Играй, конечно, думаю, что еще несколько дней и ей откроется больше, чем она

сможет осилить, но времени мало.

― День Затмения через три месяца, Феликс ждать не будет, пока наш

главнокомандующий вырастет с пеленок и наберется сил.

― Потому пускай она все узнает максимально быстро, не тормози, — Роберт сел

за стол.

Тут раздался стук в дверь, пантера и косатки сразу исчезли.

— Да-да, войдите!

В кабинет вошла Тесса, чтобы извиниться после истерики, которую она пережила.

― Папа, почему ты не скажешь Веронике об отце? — Тесса стояла совсем

разбитая, словно ее разочаровали.

Джо взял свою тутелу и сразу же превратился в Джонатана — перед Тессой появился отец Вероники.

― Пока только так, она не должна об этом узнать сейчас, для этого будет более

подходящий момент, — Джо вернулся в свой обычный облик.

― У нее только три месяца, о каком моменте вы говорите, от нее зависит и моя

жизнь тоже!

Тесса достала из кармана тутелу с изображением змеи, которая обвилась вокруг оливковой ветви.

― Тесса, ты воплотилась здесь, чтобы подталкивать Веронику к правильным

мыслям, а не вкладывать эти мысли ей в голову. Дай ей шанс разобраться самой, — Роберт сказал, улыбнулся дочери и закурил.

― Ты не боишься, что будет слишком поздно? — у Тессы на плечах появилась

голова питона, который начал обвивать тело девушки.

― У нас пока есть время, дорогая, скоро будет подмога и станет еще легче.

― Ясно, сделаю вид, что я неуравновешенная, поэтому впала в истерику, удачи, пап, — Тесса испарила питона и вышла в коридор.

Египет 2490 год до н. э.

Кто основал морталов и почему Все вокруг считали Феликса неимоверно сдержанным человеком, которого вывести из себя было очень тяжело, практически невозможно. Отец Рахи учил его тайным знаниям, которыми тот владел, но показывать эти знания было запрещено, потому что влияние копернов постепенно ослабевало. С каждым столетием их становилось меньше, их знания угасали, никто не хотел обучаться тому, чего не видел. Дело в том, что после построения пирамиды, обретя контакт с высшими галактиками, Имхотеп переправил всех своих учеников и последователей на Оракул — в новый мир для копернов. Только там практиковались открытые способности, на Земле же это стало запрещенным. А Феликс имел все сакральные знания и даже практиковал их жаркими вечерами с отцом. Он мог не только передвигать каменные глыбы, но и управлять сознанием общества. Но он избегал даже намеков на знания, чтобы его не выявили и не причислили к копернам, которые всегда ставили себя выше других. Во всяком случае, именно так все время говорил отец.

― Рано или поздно наступит момент, когда ты поймешь, что пора показать, кто на

самом деле хочет спасти этот мир.

Рахи был уже стариком, который доживал последние месяцы, не покидая кровать. Он мечтал, чтобы те знания, которые он получил от Имхотепа и развил до идеала, попали в руки сына, а тот точно знает, что с ними делать.

― Да, отец, но что будет потом? Как мне понять, что я именно должен сделать?

― Слушай свою интуицию, она всегда направит тебя на верный путь, главное, не

примыкай к копернам, они затушат твой огонь.

Рахи вспомнил, как много лет назад Имхотеп не дал ему пойти дальше в обучении, а тем самым перестал давать ему знания и развивать его. Рахи так и не переселился на Оракул, туда попали только избранные, а Имхотеп не смог доверять ему, хотя поводов Рахи не давал никогда. Это и стало причиной раздора. Со временем, Рахи будто потух, решил просто завести семью, наслаждаться жизнью. Но не получилось, потому что он всегда думал о мести и о том, чтобы коперны раз и навсегда могли заплатить за боль, которую ему причинили. Имхотеп, в свою очередь, понимал, с кем он имеет дело, и передавать особые знания ему не собирался.

Имхотеп с их первой встречи знал, что сын Рахи станет основателем самого большого клана морталов, который будет угрожать этому миру. Потому у Имхотепа не было выбора, кроме как самому закрыть знания на Земле от Высших галактик, потому что так начался момент раскола, которого так старался избежать Имхотеп.

― Спасибо, я буду развивать себя и свои навыки, и ты будешь гордиться мной,

— поцеловал лоб отца Феликс.

― Главное, не говори никому, что знаешь, пока не настало время для твоего

превосходства.

Феликс долго не мог забыть последние слова отца, умершего несколькими часами позже. Он знал, что в нем заключены особенные знания Высших Галактик, пускай коперны и не хотели, чтобы знания передавались и приумножались по отцовской линии, но это произошло. У Магистрата не будет выбора, кроме как признать Феликса великим, но с копернами он не хотел иметь ничего общего. Последней каплей было письмо, которое Феликс нашел у кровати мертвого отца: «Остановись сейчас, иначе пожалеешь». Гнев затопил сердце Феликса, который точно понимал, что это сделали коперны. В тот момент он поклялся отомстить.

Феликсу даже в голову не приходило, что это сам Рахи написал записку, а затем выпил больше отвара мака, чем стоило. Так он подпитал ненависть к копернам, превратив себя в жертву.

Ему было нелегко пробиваться в мир, который, как считал он сам, создали несовершенным. Желание создать идеальный строй и порядок не давали ему покоя.

Тридцать пять лет назад он был обычным рабом на стройке в Египте и считал людей вокруг настолько глупыми, что не могут понять самих себя. А гению нужно умереть, чтобы быть признанным. Он считал себя мудрым человеком и никогда не поддавался на провокации.

И вот однажды, когда в очередной раз его господин решил выпустить пар на самом наименее вспыльчивом человеке, Феликс не выдержал. Этого следовало ожидать.

Феликса переполняли эмоции, его спина была в кровоподтеках от батога, который держал в руках человек с усмешкой на устах. Это повторялось часто, но этот раз стал последним.

Феликс поднял голову и посмотрел на ближайшего человека, в его взгляде отразилось все могущество планет одновременно. Еще через секунду вся колонна была подорвана, и Феликс растворился в воздухе. Его лицо было образцом спокойствия и гармонии. Он наконец-то почувствовал время для рождения новой эры. В которой не будет места копернам.

Спустившись на землю, он увидел страх в глазах людей, которые еще минуту назад издевались над ним.

― Мы сделаем все, что ты просишь, только не убивай, — припал к его ногам тот, который недавно ударил его батогом до крови.

― Я и не собирался, — ухмыльнулся Феликс и поднес руку к его лицу.

Даже без прикосновения он «вытянул» все, что привыкли называть душой, до последней капли в свой темный драгоценный камень на шее, который подарил ему отец еще тридцать лет назад. Материализовать его свойства тогда казалось невозможным, но сейчас для Феликса возможно все. И уже через мгновение на его правой руке появилось первое клеймо — круг, а в нем спираль, словно змея, которая в любой момент могла напасть. Зрачки Феликса превратились в змеиные: «Умирать никто не будет, просто неугодные мне перестанут существовать в своем теле и продолжат в моем». Засмеявшись, он воспарил еще выше и забрал воплощения каждого, кто был свидетелем его перерождения. Теперь он обрел новую силу, новую жизнь и новую цель.

Смерть на мосту, или Почему воскресить всех нельзя Невероятно солнечный день, когда в доме собирается вся семья. День рождения такой любимой единственной дочери и внучки, которая так ждет своих родных.

В доме царила неимоверная красота: Элис украшала дом самыми разноцветными шариками разной формы, аромат ванили, карамели и шоколада по всему дому...

Вероника, как только проснулась, спустилась в нарядно украшенную гостиную, Этот дом еще никогда не видел такой красоты и дня рождения Вероники.

― С днем рождения, наша любимая, — сказали Джонатан и Элис, и протянули

коробку просто невероятной величины.

Еще полусонная Вероника стала рвать упаковку что было силы. С каждым оторванным кусочком упаковочной бумаги улетали сны, а она становилась бодрее.

― О боже, это же шлем и экипировка! — Вероника взвизгнула от радости, потому

что последние три года мечтала о мотоцикле.

― Обещай, что будешь аккуратна, — протянул брелок с ключом Джонатан и