Элеонора Раткевич – Деревянный Меч (страница 18)

Тело его сотряслось кашлем, и изо рта его вытолкнулась алая кровь.

Немой вопль застрял в глотке Юкайгина: он боялся потревожить умирающего, иначе закричал бы. Но голова его запрокинулась, словно у волка, собирающегося завыть, и из раскрытого рта исходил неслышный хриплый звериный вой.

Маг просунул руку под одежды Акейро и провел ладонью по его груди. Кровь перестала течь. Глаза Акейро не открылись, но он продолжал дышать.

– Отнесите его на постель, – распорядился маг.

Юкайгин легко поднял бесчувственного Акейро и донес его до кровати, но положить его медлил. Ему казалось, что в ту минуту, когда он выпустит Акейро из рук, жизнь покинет его хрупкое тело.

– Положите его, – велел маг. – Он не умрет сейчас. Юкайгин нехотя опустил Акейро на кровать, внезапно ставшую огромной, как городская площадь, и вновь склонился над ним.

– Льда велите принести, – приказал маг, и князь Юкайгин опрометью бросился выполнять распоряжение. Когда он вернулся, держа в руках холщовый мешок со льдом, слуги уже вытерли кровь с пола. Старый волшебник сидел возле Акейро и держал его руку.

– Положите лед ему на грудь. Осторожнее! – вновь отдал распоряжение волшебник. И вновь князь выполнил распоряжение.

– Что это было? – хриплым шепотом спросил он.

– Легочное кровотечение, – пожал плечами маг. – Я это понял еще там, в вашем замке. Вы очень точно все описали. Пьянящая радость, лихорадочный подъем сил – и в то же самое время страшный жар, который вы ощущаете, а сам он – нет. Вы недаром беспокоились, ваша светлость, хоть и не знали почему.

– Я не об этом, – покачал головой старый князь. – Я понять хочу, отчего это случилось. Он был так счастлив здесь, ему становилось лучше… во всяком случае, не хуже. И вдруг – такое. Отчего?

– Вашей вины в этом нет, – нехотя ответил маг.

– Но почему? – настаивал Юкайгин. – Что я мог сделать?

Лицо волшебника помрачнело.

– Ничего, – ответил он. – Вы ничем не могли ему помочь. Он же сам сказал, что случилось.

– Инсанна? – понял князь Юкайгин.

– Сомневаться не приходится. Он действительно еще совсем не давно был в вашем городе.

– Невозможно, – с ужасом прошептал Юкайгин.

– Воля ваша, но я – маг и ошибиться не могу. Сейчас он покинул город, но он здесь был, и одно его присутствие едва не убило господина наместника. Вы ничем не могли этому помешать.

– Но зачем? Что ему здесь надо?

– Не знаю, – вздохнул волшебник, – но догадываться могу. Вы же знаете, какие слухи ходили о прежней больнице?

– Слышал, – обреченно ответил Юкайгин. – Будто бы там морят больных, чтобы потом отдать их тела Инсанне. Мой человек мне потом это подтвердил.

– Вот видите, ваша светлость. А господин наместник больницу уничтожил, выстроил взамен новую, лекарей новых набрал. Конечно, Инсанна явился, чтобы выяснить все лично и подробно. А как же иначе? Думаю, господин наместник на иное и не рассчитывал.

– Так он… знал?

– Несомненно, он знал, на что идет и чем рискует. Должен сказать, – церемонно произнес маг, – что я питаю глубочайшее уважение к его светлости господину наместнику и нахожу его мужество просто невероятным.

И вновь Юкайгин сдержал вопль.

– Как он? – сдавленно спросил князь.

– Очень плох. Кровотечение я остановил, но и только. Сейчас все зависит от ухода за ним.

– Будет самый лучший, – горячо заверил его князь Юкайгин. Волшебник вновь покачал головой.

– Лучшие врачи не смогут дать ему того, что нужно. Инсанна выпил почти всю его жизненную силу, и она продолжает покидать больного. За ним должен ухаживать человек, который сумеет восполнить недостающее.

– Значит, никакой надежды нет? – еле выговорил князь Юкайгин. Синие глаза волшебника взглянули на него с сочувствием.

– Я этого не говорил, – произнес он. – На ваше счастье, нужный вам человек находится в городе или где-то поблизости. Я его чувствую. Сейчас все зависит только от того, сумеете ли вы найти этого человека вовремя.

Глава 5

Меч и ножны

Вечерняя тренировка ничем не напоминала утреннюю. Перелом – незаметно для Кенета, но несомненно для Аканэ – произошел. Вдобавок мысли Кенета были слишком заняты Инсанной, чтобы долго и мучительно соображать, куда и какой ногой шагнуть, когда и какой рукой ударить и зачем нужно издавать боевой клич, в его исполнении больше всего похожий на рев разбуженного осленка. Впервые за долгое время Кенет предоставил своему телу свободу и самостоятельность, и тело его не подвело. Когда Кенет умывался после вечерних занятий, он был приятно изумлен и весьма доволен собой.

– Нос не задирай, – посмеивался не менее довольный Аканэ. – Ты еще не самый великий воин империи.

Они вошли в дом веселые, усталые и довольные. Появление Инсанны уже не казалось им пугающим – мало ли что случается в жизни. Тяжелый день завершался неожиданно хорошо. Оставалось приятно провести время за вкусным ужином и лечь спать.

Однако не прошло и нескольких минут, как тихая неспешность вечернего уюта разлетелась вдребезги. Едва Кенет успел вонзить зубы в лепешку, как дверь распахнулась. Аканэ вскочил из-за стола и схватился за оружие, Кенет судорожно откусил и последовал его примеру: за дверью стоял совершенно незнакомый человек. Меч Аканэ с тихим свистом покинул ножны. Боевой цеп Кенета оказался в руках владельца с поистине волшебной скоростью.

Человек в дверях сделал шаг вперед, и Кенет ахнул. Лицо гостя, его фигура, походка, вся манера держаться переменились мгновенно и разительно. Он не отклеивал усов, не вынимал из-за щек прокладки, не избавлялся от фальшивого горба. Он только изменил выражение лица, и Кенет с Аканэ мигом узнали нежданного гостя.

– Юкенна! – промычал Кенет набитым ртом.

– Как мне надоели эти твои штучки, – недовольно заметил Аканэ. – Меняй лицо за дверью. Иначе я тебя в один прекрасный день зарежу по ошибке.

– Собирайся, – произнес Юкенна с порога, даже не здороваясь. – Тебя требуют к господину наместнику.

– А почему так срочно? – нахмурился Аканэ. – Что у него случилось, что он мне поужинать не дает?

– Ох, Аканэ! – засмеялся Юкенна. – Великий ты воин, спору нет. Еще бы тебе обуздать свою горячность, цены б тебе не было. Можешь ужинать спокойно. Князь Юкайгин звал не тебя.

– Меня?! – Кенет чуть не подавился откушенной лепешкой.

– Прожуй, – скомандовал Юкенна. – А теперь проглоти.

– Откуда князь вообще знает о его существовании?

Юкенна, самим родом своих занятий вынужденный хранить тайны, не мог устоять перед возможностью хоть кому-нибудь хоть что-нибудь рассказать, если только это не запрещено: по натуре он был человеком общительным и словоохотливым и ненавидел все и всяческие тайны. Не устоял он перед соблазном и теперь.

– Ешь, пока я буду рассказывать, – объявил он и присоединился к трапезе. – Потом сразу и пойдем, дело срочное. Уф, устал!

Он обмакнул в мед горячую лепешку и мигом проглотил ее.

– Инсанна в городе объявился, – сообщил он, – не к ночи будь помянут.

Кенету словно холодной воды за шиворот вылили.

– Откуда знаешь? – резко спросил Аканэ.

– Это не я узнал, а волшебник один. Кенро за ним по приказу князя ездил. В общем, Инсанна был здесь, и от одного его присутствия наш наместник чуть было не помер.

– Скверно, – сухо заметил Аканэ.

– Скверно, – кивнул Юкенна. – Ведь помер бы, не случись этого мага рядом. И еще не сказано, что жив останется.

– Почему нет? – осведомился Аканэ. – Раз уж за ним не кто-нибудь, а волшебник ухаживает…

– В том-то и дело, что нет! Волшебник тоже отбыл. Сказал, что он свое дело сделал и больше ничем помочь не может. А за наместником должен ухаживать один человек, и никто другой, иначе его светлости крышка. Князь меня к себе вызвал – ну, это стоило видеть! Сам белее зубов, взглядом стенки ломает. Мол, найди мне парня по имени Кенет, который не так давно работал служителем в старой больнице. Его мне волшебник назвал, и никто другой мне не нужен, а парня мне хоть под землей, да найди. Я и брякнул, что вроде знаю такого, и искать не придется. Тут князь по такому случаю живо забыл, что я его агент, и вспомнил, что я его племянник. И родной я, и хороший, и гордость семьи, и не знаю, кто еще там. А как парня по имени Кенет приведу, так еще лучше стану. Словом, князь не спит, не ест, не пьет и, по-моему, даже не дышит, пока я не приведу к нему нашего малыша.

Кенет сидел над остывающим ужином и слушал Юкенну, раскрыв рот. Зато Аканэ времени даром не терял. Пока Юкенна рассказывал, Аканэ выложил на постель новую рубашку Кенета и один из своих летних кафтанов – темно-синий, в стиле хайю, с узорной каймой вдоль ворота.

– Надевай, – скомандовал он. – Все-таки не лапшу в кабаке есть идешь.

Кенет быстро надел рубашку и кафтан хайю, туго затянул его узким поясом.

– Оружие брать? – спросил он. Аканэ ненадолго задумался.

– Меч ты носить еще не вправе, это нарушение приличий… но ученик воина не должен входить к повелителю безоружным, это оскорбительно. Пожалуй, цеп возьми. Да не этот! Возьми мой.

Кенет привесил к поясу боевой цеп.

– Годится, – одобрил Юкенна, вставая из-за стола. – Можно идти.

Юкенна шел очень быстро. Он не стал тратить время на разговор со стражей у городских ворот, а провел Кенета одним из своих любимых подземных ходов. Кенет следовал за ним, почти не замечая, куда идет. Аканэ наверняка сурово выбранил бы его за подобную невнимательность: воин всегда должен замечать, что происходит вокруг, чем бы ни была занята его голова. А может, и не выбранил бы: в конце концов, не каждый день никому не известного деревенского юнца требует к себе сам князь, да еще по слову мага. Кенет обдумывал странное приглашение – второе странное приглашение за день, если уж быть точным. Может быть, причиной первого приглашения послужило как раз второе? Если маг не ошибся и Кенет – действительно единственный человек, способный вернуть жизнь в тело наместника? Скорее всего так оно и есть. Маги обычно в таких делах не ошибаются. Может быть, Инсанна звал его с собой, чтобы Кенета не оказалось на месте, когда понадобится вылечить господина наместника?