Элеонора Фео – Дотла. Книга вторая (страница 2)
– Доброе утро, – прозвучал его по-утреннему хриплый голос.
Ванесса открыла глаза, и их взгляды пересеклись. Он лежал в паре десятков сантиметров и смотрел на нее, уютный до невозможности, заспанный и умиротворенный. С улыбкой, что едва-едва приподнимала края его рта. С каре-зелеными радужками, которые сейчас казались светлее из-за того, что солнце топило комнату. С острыми скулами и красиво очерченными губами, которые…
Мысль всполохом воспоминаний разорвалась в голове, почти заставив вздрогнуть.
И их поцелуй, который –
По рукам пробежала дрожь. Но не от страха.
От нахлынувших чувств. От желания
Поцеловать его. По-настоящему. Сильно. Обхватив руками за шею, прижавшись всем телом, ощутив его руки в волосах, на плечах, на талии, сжимающие и крепкие, нежные и ласкающие.
Ощутить снова, каково это – целовать того, кого любишь.
Раствориться в этом чувстве.
И погибнуть от разрывающегося фейерверком соцветий счастья.
А еще…
Он, кажется, признался ей в любви. И осознание этого едва не подкинуло на месте. Выбило весь этот свежий утренний воздух из легких. Сорвало дыхание.
– Доброе утро, – ответила Ванесса, слыша, что и ее голос охрип после сна. И дрожит – от захлестнувшего волнения.
– Как ты?
– Нормально. Болит, но наверное действие укола закончилось. Хочу спуститься вниз за обезболивающим.
– Я принесу, лежи, – Арс собрался подняться, но Ванесса сжала его пальцы.
– Подожди. Может, полежим еще пару минут? Так хорошо. Всего пару минут, и можно начинать день.
Арс кивнул и повернулся к ней. Они оказались лицом к лицу, совсем близко, и он продолжил сжимать ее ладонь, поглаживая большим пальцем острые костяшки. Прикрыл глаза, позволив им обоим еще несколько мгновений безмятежности перед морально тяжелым днем. Оба понимали, что предстоит слишком много всего сегодня: разговоры, решение возникших проблем, поиск решений,
Дыхание Арса, прохладное, касалось щек Ванессы. Она не могла оторвать от него взгляд и пыталась понять, нужно ли поднимать тему того, что произошло между ними этой ночью. А в следующий момент все сомнения растворились в этом живительном, свежем воздухе спальни. Солнечном свете, что теплым полотном падал на стену над кроватью. Ощущении, когда рядом лежит любимый человек. И осознании: они всегда были максимально честны друг с другом.
Конечно, нужно.
– Арс, – шепотом позвала Ванесса. – Ночью ты…
Боже.
Сказать это вслух было сложнее, чем найти слова.
Арс открыл глаза, тут же поймав ее взгляд. Он смотрел спокойно и уверенно. Вдруг улыбнулся:
– Да. Этой ночью я сказал, что люблю тебя, Несса.
Дыхание перехватило. Услышать это вот так – сейчас, при свете дня, а не в спасительном, сглаживающем сумраке ночи – совсем другое. Реалистичнее и четче. Острее, ярче. Интимнее.
Ванесса только спустя несколько секунд поняла, что не дышит, вглядываясь в его глаза. Ощущая, как Арс продолжает мягко поглаживать пальцем тыльную сторону ее ладони. Успокаивающе, будто говоря: «Да, это правда. Это было не сон».
– И мы…
– Да, – снова подтвердил Арс, глядя на нее так пронзительно, что холодели ладони. – Мы целовались.
Судорожный вдох ворвался в легкие, и дрожь в который раз за утро забила изнутри. А потом время застыло. Мир перестал вращаться. На секунду, которая была одной из самых долгих в жизни Ванессы. И захотелось поцеловать Арса снова.
– Все ведь… хорошо? – тихо спросил он, и ей показалось, или она услышала волнение в его голосе? И во взгляде, что метался по ее лицу, улавливая любую реакцию.
Осознание этого так растрогало: Арс тоже волновался. Ванесса не смогла сдержать улыбку.
– Да, – шепотом.
И его губы растянулись в короткой, искренней улыбке в ответ.
Пока в голове вдруг не громыхнули слова, которые тут же зашвырнули во вчерашний день. Выдернули за шкирку из этого уютного, счастливого утра.
Ванесса бежала от этих слов все последние сутки.
Они ужалили и окатили холодом предыдущего дня. Вернули в самую пиковую точку отчаяния и темноты. Отзеркалили каждую мрачную эмоцию, целый спектр которых она умудрилась ощутить за слишком короткое время. И вдруг стало тяжело. Настолько, что Ванесса даже испугалась: как она вообще умудрилась вытерпеть целые сутки этого состояния? Потому что сейчас, от одной мелькнувшей секунды, уже стало очень плохо.
– Поговорим? – спросила она прямо, осторожно поднимаясь, усаживаясь в кровати, поджав под себя одну ногу.
Лицо Арса тут же стало серьезным, и он поднялся вслед за ней.
– Конечно. О чем угодно.
Ванесса сделала глубокий вдох, собираясь с силами. Она еще вчера для себя решила, что они должны поговорить. Обсудить ситуацию,
Набрала в грудь воздуха. Стиснула кулаки.
– Арс, знай, я не хочу причинять тебе боль этим разговором. Но, пока я не говорю об этом и не пытаюсь выяснить, это причиняет боль мне. Поэтому мне надо сказать.
В его глазах мелькнула тревога.
– Конечно. Говори, Несса. Что все-таки произошло?
– Прости, если я сделаю тебе неприятно, но…
– Не беспокойся об этом. Не думай обо мне. Говори, Несса. Просто скажи.
– Ты видишь во мне Лею?
Шок. Это все, что было в его распахнутых глазах в этот момент.
– Что? – спросил он глухо, будто мог ослышаться. Будто шок лишил его голоса.
Ванесса тут же неосознанно сжалась. Обхватила себя руками за плечи, надеясь, что это мнимое объятие придаст сил и уверенности.
Взгляд каре-зеленых глаз уловил этот жест: Арс заметил ее маленькую слабость и протянул руки, чтобы коснуться, аккуратно сжать ее пальцы в своих ладонях. И это придало куда больше сил и уверенности.
Ванесса вздохнула, не отрываясь от его глаз, и спросила еще раз, слыша, что теперь собственный голос дрожит уже не так сильно:
– Я в чем-то… заменяю ее? Ты видишь во мне ее? Все, что ты чувствуешь ко мне, – это может быть чувствами к ней на самом деле?
Он покачал головой, а потом сказал, все так же глядя Ванессе в глаза:
– Я люблю тебя, не потому что ты ее копия, Несса. Вы вообще не похожи, я ведь уже говорил. Я люблю тебя, потому что ты – это ты. Я люблю именно тебя, а не кого-то другого.
Ее будто оглушило. В очередной раз за это утро. Заточило в пузырь, и единственное, что Ванесса услышала, – стук сердца в ушах и собственный громкий выдох, полный облегчения.
Арс взял ее лицо в ладони, придвинулся ближе, так, что она ощутила его дыхание на своих губах. Жарко и абсолютно прекрасно. Настолько, что хотелось ловить каждый выдох.
– Даже в нашу первую встречу я не увидел в тебе ее. Только тебя, Несса. Я всегда видел только тебя. И никого другого.
Ванесса неосознанно подалась вперед, обхватывая его шею в тесном, искреннем объятии. Вцепилась пальцами в ткань футболки так, что побелели костяшки. Игнорировала боль в предплечьях, вспыхнувшую сильнее от резких движений.