Элеонора Бостан – Инстинкт Убийцы. Книга 1 (страница 5)

Едва колокольчик на двери успел звякнуть, как Фатима уже поняла, что влюбилась в это место. В большом помещении было тепло и пахло кофе и корицей, справа и слева от нее располагались два просторных зала, а прямо перед ней находилась огромная витрина с различными пирожными и десертами, причем каждый из них вполне мог претендовать на звание кулинарного шедевра. Рядом с витриной находилась касса и маленькая барная стойка, здесь же, в маленьком холле стоял столик администратора и гардероб. Как только дверь за девушкой закрылась, к ней тут же подошел симпатичный молодой человек и попросил ее пальто, а когда она, улыбаясь, получала номерок, ее уже ждал администратор, чтобы спросить какой столик и в каком зале она желает и проводить ее. Она выбрала левый зал и попросила столик у окна.

– Отличный выбор, – вежливо улыбнулся администратор, отодвигая стул, чтобы она могла сесть, – вид на площадь просто чудесный. Располагайтесь, сейчас вам принесут меню.

Она поблагодарила его и отвернулась к окну, думая про себя, что в одном этот приятный мужчина несомненно прав – вид на площадь был действительно превосходным, она сидела как раз напротив входа в банк, лучше и не придумаешь.

За окном охранники продолжали нести вахту, ежась под ледяными порывами ветра, и от их замерзшего вида Фатиме становилось еще теплей и уютнее. Чтобы скоротать время до прихода официанта, она принялась оглядываться вокруг, все больше влюбляясь в это очаровательное заведение. Зал, в котором она сидела, был просторным, но темным – три высоких окна давали много света, но помещение было настолько большим, что в углах даже при ясной погоде копошились призрачные тени. Должно быть, вечером здесь еще лучше, подумала она, с восхищением разглядывая старинные люстры под потолком, сделанные в виде подставок для свечей, ее поразило, что из металлических подсвечников на самом деле торчали белые свечи, только горели в них лампочки, а не живое пламя.

В помещении было очень тепло и уютно – толстые стены не пропускали холод, а пластиковые окна, тоже сделанные под старину, не позволяли сквознякам выдувать тепло. Из-за толстых стен подоконники были такими широкими, что на них запросто можно было накрыть стол или разместить настоящий сад, а не обычные два-три горшочка. И хозяева «Черного дьявола» использовали их по максимуму – на них стояли многочисленные керамические вазочки самых причудливых форм и такие же забавные статуэтки, а так же подсвечники с такими же пластмассовыми свечами, только в отличие от люстр, пламя этих свечей было настоящим, так как работали они на газе и имели несгораемый фитиль.

Всю дальнюю стену занимала огромная фреска, на которой изображался обед двух вельмож, какого времени Фатима понять не смогла, так как по замыслу художника часть людей были одеты в камзолы и пышные платья, а часть в древние одежды, какие можно было встретить в библии для детей. Обеденный стол, уставленный яствами, находился во дворе среди колонн, а прямо над ним художник изобразил балкон, откуда многочисленные слуги и собаки наблюдали за трапезой двух главных героев фрески. Изображение на стене завораживало и восхищало, и Фатима отметила, что именно оно придает залу его загадочность и очарование.

На другой стене, напротив Фатимы, фресок не было, около нее стояли столики, и саму стену украшали сервизы и бутылки с какими-то очень дорогими и старыми напитками, которые поместили в специально сделанные ниши с подсветкой. Маленькие круглые резные столики покрывали красные, в тон стенам, скатерти, Фатима понимала, что это не шелк, но сходство было поразительным. Какие же тут цены, с интересом подумала она, рассеяно водя рукой по прохладной и шелковистой ткани, ведь заведение явно не для всех? Это читалось не только в обстановке, но и в качестве обслуживания – такие вежливые и обходительные официанты бывают только там, где одна чашка кофе обеспечивает их зарплатой, а клиенты, как правило, не скупятся на такие же большие чаевые. Да, подумала она, невольно улыбаясь, улыбки в наше время стоят дорого, а вежливость еще дороже.

По одному только выражению лица обслуживающего персонала можно судить о ценах заведения, но, к сожалению, никак не о качестве, подумала Фатима, вспоминая, сколько раз она просто вставала и уходила, когда ей приходилось ждать заказ больше 20 минут. Что ж, решила она, сегодня уходить я не буду, ведь я здесь, все же, не отдыхаю.

И тут же, как будто прочитав ее мысли, к ней подошел официант, весь чистенький и одетый с иголочки, и положил перед ней раскрытое на первой странице меню, выполненное в виде книги в красном кожаном переплете с золоченой надписью «Черный Дьявол», причем буквы тоже были старинного стиля, и завитушки переплетались и вились вокруг названия, образую причудливый узор. Да, в этом месте жил дух старины, а хозяева просто умело сыграли на этом. Умный подход к ведению бизнеса, подумала Фатима.

– Пожалуйста. – Вежливо проговорил он и слегка поклонился, держа одну руку за спиной.

Фатима поблагодарила его и уткнулась в меню, отметив про себя, что даже такие мелочи как прически обслуживающего персонала учтены и продуманы – парень был причесан на пробор, а волосы блестели, обильно смазанные гелем.

Поглядывая в окно, Фатима принялась изучать меню, цены в котором полностью оправдали ее прогноз – они были просто космические. Но для нее это не составляло никакой проблемы, поэтому она с радостью смотрела на фотографии маленьких чудес кулинарного искусства и с не меньшим удовольствием читала их состав, выбирая для себя лакомство по вкусу. После непродолжительных колебаний она остановила свой выбор на фирменном десерте, который имел такое же название, как и само заведение: «Черный Дьявол». Закрывая меню, Фатима обратила внимание на нарисованного демона, который скалился на нее с первой страницы, он был точной копией тех, что имелись на самом здании.

– Мы с тобой подружимся, – пробормотала она, нажимая кнопку вызова официанта, в заведении такого уровня все было по высшему разряду, – еще как подружимся, ведь у нас взаимная симпатия, не так ли?

– Извините, что? – она никак не ожидала, что этот чистенький официант придет так быстро, но он пришел, и, похоже, услышал ее беседу с нарисованным демоном.

– Ничего относительно моего заказа, – улыбнулась она, – просто беседовала с красавцем на меню, надо же как-то коротать время. – Она снова улыбнулась и стрельнула глазками в молодого человека, только на этот раз ее улыбка показалась ему очень опасной. Он бы сказал, ее улыбка в ту секунду ничем не отличалась от оскала нарисованного демона. – Знаете, мы с ним давние друзья.

Молодой официант выдавил из себя вежливую профессиональную улыбку и достал блокнот, намекая странной клиентке, что его дело принимать заказы, а не вести светские беседы с давними «подругами дьявола». Она тут же стерла эту страшную улыбку, как будто ее и не было вовсе, и сделала заказ. И его совсем не удивило, когда она попросила принести ей фирменный десерт, который носил имя ее «давнего друга». Странная девушка, думал официант, с радостью отходя от ее столика – от таких, как она, спокойнее было находиться на расстоянии – красивая, но что-то в ней не так, от нее просто веет опасностью и какой-то зловещей силой. Хотя другим деньги и не достаются, ведь деньги – это зло, а подобие, как известно, притягивает подобие, так всегда говорила ему мать, и у него было достаточно времени, чтобы убедиться в этом самому.

А тем временем «подруга дьявола» совершенно избавилась от любых проявлений их дружбы в лице и спокойно сидела за своим столиком, сложив руки на скатерти и мирно глядя в окно. Как она и ожидала, ветер принес с собой тяжелые снежные тучи, и теперь за окном танцевали первые колючие снежинки, больше похожие на маленьких злых мошек, жалящих без жалости всех, кто выходил из дому в такую погоду. Скоро эта ледяная крупа посыплется по-настоящему, заваливая тротуары и кружась под ледяным ветром. Этот вид снега Фатима ненавидела больше всего, она даже готова была мириться с большими тяжелыми хлопьями, лениво падающими вниз и не причиняющими никакого неудобства, но эта ледяная колючая крупа ее просто бесила. Скоро приедет господин Пупс, и она очень не хотела, чтобы эта противная снежная морось помешала ей хорошо все увидеть.

Интересно, подумала она уже в который раз, а какая погода будет завтра? Для господина Пупса разницы, конечно, никакой, если только у него нет мечты умереть, например, в свете солнца или под дождем, но вот для нее погода имеет очень большое значение, и дело тут вовсе не в мечтах. Что касается мечтаний, то у нее их не было, она вообще не понимала, что это такое и для чего нужно. Мечты – еще одно проявление слабости, считала она, ведь только слабак может строить планы и верить в них, когда сам прекрасно осознает, что они невыполнимы. Сама она признавала только четкие планы, причем только те, которые были ей по силам. Она никогда не мечтала, она планировала и всегда выполняла все свои планы или отказывалась от них.

Давным-давно, еще маленькой девочкой, она поняла, что нет смысла мечтать о дворце и королевстве, если ты родилась в бедной семье в маленьком городке, точно так же, как глупо мечтать о космосе, если у тебя от рождения больное сердце; не стоит мечтать о круизах, если у тебя врожденная боязнь воды. И не стоит травить себя пустыми байками о счастье и светлом будущем, если в твоей жизни нет ничего светлого, а будущее еще под вопросом. Все эти истории о бедных и прекрасных девушках, становившихся принцессами, совершенно не захватывали ее, потому что она понимала, что все эти бредни кучка власть имущих специально выдумала для потенциальных рабочих лошадок, обеспечивающих им красивую жизнь. Миллионы людей, которые всю жизнь обречены копошиться на дне, а чтобы они не бунтовали и беспрекословно выполняли свою работу, им и навязывают эти байки: будьте покорными, а значит – хорошими и правильными, страдайте там, на дне, молча и ничего не требуйте, и тогда вдруг, откуда ни возьмись, появится принц и подарит вам королевство и корону…ну или рай в загробной жизни, что более вероятно.