Элеонора Бостан – Инстинкт Убийцы. Книга 1 (страница 10)

Само очарование, сдерживая смех, подумала Фатима, просто какой-то сгусток харизмы!

– Ну… я…, – она замялась, опустив глаза и продолжая покусывать длинный наманикюренный ноготь, – мне так стыдно, что вы меня поймали! Я всегда попадаю в самые нелепые ситуации! Я в этом деле чемпион.

Она снова подняла глаза, в которых светилось столько невинности и смущения, что последняя оборона молодого человека рухнула. Теперь он уже не сдерживал улыбку, и Фатима отметила, что улыбка эта просто до отказа наполнена чувством собственного превосходства. А как же иначе, ведь он великий и сильный Мужчина, хозяин этого мира, а она всего лишь маленькая глупая женщина, 24 часа в сутки только и мечтающая о сильном и смелом самце вроде него. Она глупышка со светлыми волосами – которые так обожают все сильные самцы – и большими пустыми глазами, ждущая когда ей скажут, что и как надо делать в опасном мире больших и сильных мужчин. К тому же, она женщина, которую застали в врасплох, а это ли не повод для настоящего Мужчины показать «кто в доме хозяин»?

– С этим мы потом разберемся, – с той же мерзкой улыбочкой проговорил охранник, – а сейчас я все-таки хочу узнать, что привело вас сюда. Не сочтите за наглость, это моя работа.

Говоря это, он буквально пожирал глазами стройные ноги и милое личико девушки, думая про себя, что наконец-то Бог смилостивился и послала ему подарок. Причем, именно такой, какой он просил: блондинка с явно немаленькой грудью – насколько позволяла судить дубленка, надетая на девушке – с прекрасными большим глазами и, что самое важное, с маленькими мозгами. Все так, как он и хотел!

Сейчас они покончат со всеми глупыми формальностями – он не должен давать слабину, такие дамочки любят твердых мужиков – а потом он пригласит ее куда-нибудь после работы и с удовольствием послушает ее щебетание о том, почему ее прозвали Чемпионом по смешным ситуациям. Готов спорить, думал молодой охранник, эта куколка пару раз забывала надеть трусики в школу, а уж в том, что во время первого сексуального опыта мама или папа вернулись с работы в самый разгар, он и не сомневался.

– Итак, я жду. – И он скрестил руки на груди, глядя на девушку почти по-отечески, хотя она явно была его ровесницей.

– Ну… я не знаю как сказать, – красотка продолжала кривляться и покусывать ноготь, отчего у молодого охранника перед глазами поплыли весьма смелые картинки, на которых его новая знакомая также нежно касалась губами…. – Ммм… в общем я искала туалет… я гуляла, а на улице холодно, вы понимаете, когда холодно всегда часто хочется в туалет по-маленькому… ну или, может, только женщинам хочется. Боже, что я опять говорю!

– Короче, вы не нашли на улице туалет, и решили отлить прямо здесь? – охранник уже смеялся вовсю, но при этом был явно удивлен. – Вы это хотите сказать?

Вместо ответа блондинка опустила глаза и виновато закивала головой, скорчив стыдливую гримаску, а охранник, уже не имея сил сдерживаться, рассмеялся во весь голос.

– Теперь-то вы понимаете, почему меня называют Чемпионом по нелепостям и смешным случаям?

– О, этот титул вы носите по праву! – давясь от хохота, проговорил молодой человек, – сколько тут работаю, еще никогда такого не видел!

Он продолжал задыхаться от смеха, совершенно не замечая, как на секунду изменилось лицо стоящей перед ним девушки, как глупый взгляд в миг стал резким и презрительным, а губы сжались в тонкую линию, когда беспощадный взгляд черных глаз скользнул по его шее. Завтра ты уже не будешь так смеяться, сладенький, подумала Фатима, с удовольствием представляя, как свернет шею или вскроет артерию мистеру Великому Самцу. Только бы ты завтра работал, прошептала про себя девушка, и ее лицо тут же приняло прежнее выражение.

– Не смейтесь надо мной! – капризно сказала она, почти прохныкала. Парни вроде этого молодого осла любят, когда самочки разговаривают таким голосом, это придает им уверенности в себе.

– Не буду, – справляясь со смехом, сказал охранник, – но при одном условии.

– Каком же? – она кокетливо захлопала глазками, думая про себя: попался, болван. Она прекрасно знала, что будет дальше, знала наперед все его фразы и «гениальные» ходы, потому что такие, как он никогда не смотрят в глубь. Они так уверенны в своей силе и непобедимости, так погружены в самолюбование и самовосхищение, что никогда не потрудятся заглянуть за ширму и всегда всех недооценивают. Особенно женщин. Хотя, как показывала жизнь, большинство женщин было им под стать, отличаясь только более развитой хитростью. А хитрость, как известно – ум дураков.

– Так какое же условие? – спросила она, всем своим видом показывая, что совсем не прочь забыть эту нелепую ситуацию за бокалом вина или хотя бы чашечкой кофе. – Не томите, а то я начинаю нервничать!

– Ну, думаю, условие самое очевидное, – пафосно произнес охранник, – девушке с такими красивыми глазами мужчины могут вдвигать только одно условие: вечер вдвоем в уютном кафе. И забудем об этом смешном случае, мм?

– Ну-у, – она специально ломалась, так было принято себя вести всем порядочным самочкам в обществе самцов, хотя оба прекрасно понимали, что условие полностью устраивает обе стороны. – Обычно я не знакомлюсь с парнями на улицах… а тем более не хожу с ними на свидания… но, похоже у меня просто нет выбора. – И она ослепительно улыбнулась молодому кобелю.

– Похоже, что так. – Согласился он и тут же протянул руку, – Антон, рад с вами познакомиться.

– Катя, – кокетливо ответила она, стараясь не сжимать протянутую руку слишком сильно, ведь самочки не привыкли пожимать рук. – И не смотря ни на что, я тоже рада нашему знакомству.

Она опустила глаза и нанесла решающий удар:

– Вы такой милый! Если бы на вашем месте был кто-то другой, я, наверное, повесилась бы от стыда в этот же вечер! И потом, знаете, мои подруги всегда говорят, что самые неожиданные знакомства обычно кончаются романтикой.

Охранник Антон, который ненавидел женскую трескотню так же сильно, как и жизнь без секса, подумал, что иногда и сборище пустоголовых телок приносит какую-то пользу. Неужели и ему наконец-то свезло?! Вот и на моей улице праздник, подумал он и полез в карман форменных брюк за телефоном.

– Ваши подруги абсолютно правы, – сверкая самой обаятельной своей улыбкой, ответил Антон, – и потом, под ваши чары просто невозможно не попасть! – при этих словах его новая знакомая прикрыла ротик ладошкой и захихикала, а Антон поздравил себя с очередной победой. – Ваш телефон?

– Ой, с телефоном не получится, – расстроено ответила девушка, – я тут с родителями в гостях, поэтому звонить мне никак нельзя. Я же должна быть паинькой, понимаете?

Антон, до 23 лет отдыхавший только в обществе родителей, сочувственно кивнул, заметно погрустнев. Однако он еще не сдался, ведь девушки, отдыхающие с родителями, как правило, очень любят тайные приключения, сама мысль о том, что они нарушают все запреты под носом у предков, похоже, приносит им гораздо больше наслаждения, чем те же развлечения в компании друзей.

– Но я совсем не против немного повеселиться, – как будто прочитав его мысли, сказала красотка, – тем более с таким симпатичным молодым человеком. Да и выбора у меня нет. – Как бы спохватившись, добавила Катя, многообещающе улыбаясь молодому охраннику. У Антона тут же подскочило настроение. Если она не прекратит так улыбаться, подумал он, то подскочит не только настроение. Эта «примерная доченька», похоже, открыто намекает, что в кафе наш вечер точно не закончится!

– Я предлагаю вот что: назовите время и место, я приду, и мы сможем отлично провести время. Что скажете?

– Скажу, что нам пора перейти на «ты». – Катя улыбнулась и кивнула, явно довольная, – а в остальном, раз выбора нет и позвонить я не могу, тогда давай встретимся около кофейни в 7 вечера. Сможешь?

– В принципе, да, – ответила Катя, прикидывая что-то в уме. Наверное, уже придумывает отмазку, решил Антон. – А пораньше никак? А то предки, сам понимаешь.

– Если бы я не работал, все 24 часа – твои. Но завтра я работаю до 5, пока приеду домой, переоденусь, – он обворожительно улыбнулся, – все-таки на свидание иду. Тем более с такой красавицей! Я же не могу ударить в грязь лицом и прийти как чучело!

– Ну, тогда подходит. – Кивнула Катя, а потом добавила, – могли бы встретиться в другой день, когда ты не будешь работать, но я послезавтра уезжаю. Так что не до гулянок будет. Сборы, родственники, прощания, – она закатила глаза, – в общем, сплошная фигня. Надо хоть напоследок оторваться как следует. Значит завтра в 7?

Антон кивнул и улыбнулся.

– Тогда до встречи! – Фатима бросила последний быстрый взгляд на проулок и крыши соседних зданий, а потом повернулась и быстрой походкой зашагала в сторону улицы.

– До встречи! – крикнул ей вдогонку охранник, – только точно приходи!

Можешь быть спокоен, болван, прошептала Фатима и вышла из проулка. Впереди еще было много дел.

Площадь располагалась в самом центре города, и улицы, отходившие от нее в разные стороны, были самыми первыми улицами этого города, самыми старыми. Конечно, за годы почти все они претерпели огромные изменения, но одно осталось неизменным – центр считался самым престижным и самым оживленным районом, так что здания здесь, как и в старину, стояли почти впритык, разделенные узкими проулками, а то и вовсе соприкасаясь стенами. Именно это обстоятельство так радовало Фатиму, значительно облегчая ей дело – крыши зданий в большинстве своем были плоскими и так близко подходили друг к другу, что по ним можно было спокойно гулять, совсем как по улицам. С той лишь разницей, что иногда приходилось бы перешагивать маленькие пропасти, не больше 50 сантиметров в ширину. Но это даже нельзя было назвать помехой или неудобством, поэтому, осмотрев крыши с улиц, по которым она прогуливалась после встречи за зданием старой гостиницы, Фатима пришла к выводу, что лучшего способа для отхода и быть не может. Тем более, что каждое здание имело пожарную лестницу, по которой она легко могла спуститься на землю и продолжить свой путь, как ни в чем не бывало вдали от банка и мертвого банкира. В некоторых зданиях, правда, вход на крышу находился внутри, но таких было немного, да и потом она всегда могла пройти еще немного и спуститься подальше. В ее случае расстояние играло положительную роль – чем дальше от места убийства, тем лучше.