Елена Звёздная – Лесная ведунья. Книга вторая (СИ) (страница 48)

Думать было уже некогда. Я сражалась отчаянно и упорно, Ярина, уже накрепко привязанная ко мне через клюку, осталась где-то на земле, ей в битву вмешиваться не следовало, в другом была её задача — как только отброшу ведуний в клюку силу влить, дерево сгнившее восстановить, да помочь мне клюку призвать сюда, ко мне.

И в этот момент я услышала негромкое:

— Хм.

И голос был знакомый очень.

Одним глазом там, одним здесь — думала так не бывает, но у меня получилось. И остервенело сражаясь на посохах с тремя ведуньями разом, я таки одним глазом поглядела на хмыкающих подле меня.

Оказалось — аспид.

Стоял он у ближайшего дерева и смотрел на меня очень странно. Его ж понять-то, так если подумать, то можно было. Он же аспид, всё, что он видел, это меня, носящуюся по полянке и прутиком ивовым тоненьким, который от любого движения гнулся, размахивающей.

— Интересный… танец, — заметил аспид, с некоторым потрясением.

Увы, я придала зрелищу ещё больше несуразности, атаковав вторую ведунью с воплем:

— А в челюсть не хочешь?!

Она не хотела. Она даже и вопроса не услышала, но в челюсть получила всё равно, а мне пришлось изворачиваться, избегая захвата первой ведуньей. Эти трое сговорились, и атаковали слаженно, а мне пришлось от них от всех отбиваться, причём одной.

— Кий-йа! — и концом клюки, я отправила в кусты вечно тянущую свои ручонки куда не нужно первую ведунью.

Я не знаю, зачем кричала, просто ощущение такое, что с криком удар он сильнее получается. Но не рассчитала я силушки ведуний, особливо их умение кричать погромче моего. Ведунья номер один, вылезла из кустов, раззявила пасть, уронив челюсть до уровня груди, и огласила лес таким рыком, от которого я тут, находящаяся от неё за три дня пути, и то пошатнулась. Но своё отдавать не собиралась! Совсем не собиралась! И не думала даже! От того, бросилась улепетывать с клюкой вместе, но только по кругу — околоток, где меня кракен высадил, он не большой был по окружности, шагов двадцать в лучшем случае, и вот по этому кругу я и припустила, с прутиком ивовым наперевес.

А там, в трёх днях пути, три лесные ведуньи оторопело глядели, как улепетывает от них клюка волшебственная, и понять не могли, отчего мчится-то шагами почти человеческими. Понять поведения моего и аспид не мог, глядел он всё более с оторопью, зато Ярина была мне опорой и подмогой. И кинулась Чаща с пути моего убирать ветки деревьев, как растущих, так и давно землю устилающих, и вообще дорожку вытоптала, чтобы сподручнее мне было, но только вмешаться в бой попыталась, окрикнула я отрывисто:

— Не смей! Себя береги! Не смей, кому говорят, там три ведуньи, а ты одна у меня!

И Ярина послушалась, мешаться не стала, умничка она… а вот аспид нет.

— Ну что ж, раз об том речь пошла, то и ты у меня одна, хозяйка лесная, — сказал он.

И если б только сказал — вмиг рядом оказался, за талию обнял, к себе резко прижал и руку мою с прутиком ивовым перехватил. А я только-только на пару шагов как от ведуний оторвалась-то в забеге немыслимом. А тут этот схватил и держит. А я главное и обоими глазами на него возмущённо поглядеть же даже не могу, мне вторым глазом неотступно за ведуньями обозлёнными следить надобно было.

— Пусти! — прошипела взбешенно. — Не до тебя сейчас!

А он возьми да и скажи:

— Не отпущу.

Ну и сам виноват. Протянула я ладонь правую, к щеке его матово-угольной прижала, да и отправила прямиком в разгар схватки моей с ведуньями. И увидел всё аспид, своими глазами увидел — опушку по ту сторону Гиблого яра, трёх ведуний, что стояли, свои клюки сжимая, да уже мою клюку, полугнилую-полупризрачную, что висела в воздухе. И казалось бы увидел ты, не полоумная я, не ради забавы по полю ношусь, так отпусти и не мешай же. Но нет. Рывком аспид меня к себе спиной развернул. Левую руку мою, ту что с прутом, сжал крепко, правую к щеке своей прижал, снова за талию обхватил накрепко. И стоим вот, натурально обнимаемся! Даже Ярина оторопела, а что если бы Леся тут была?

— Асспид, — сипло прошептала я. — Аспид, ты чего это делаешь?

Не ответил он, лишь крепче сжал и руку мою, и талию.

А вот затем начался бой!

Это я ничего в сражениях посохами не ведала, а аспид похоже мастером был, да таким, что всем на зависть. Ну по крайней мере я точно обзавидовалась, а ведуньи мертвые вообще не поняли, с чего вдруг у клюки, что так хотели своей сделать, маневренность невиданная проснулась, да ударная сила разов в двадцать возросла.

Аспид сражался молча, без криков, без боевых кличей — просто молча и сосредоточенно. Удар, перехват удара на клюку, новый удар, да такой, от которого клюка у второй ведуньи треснула, и тут же парирование атаки первой ведуньи. Я себя в процессе куклой матерчатой чувствовала, ноги мои болтались как бельё на ветру, но талию аспид держал крепко, а я все силы прилагала, чтобы моя ладонь с его щеки не соскользнула, ведь если соскользнёт — аспид видеть бой не сможет.

На том и сосредоточились — я на нём, он на бое магическом. Но дураком аспид не был, сходу сообразил, что таким путём с лесными ведуньями не справиться, они-то мёртвые, драться могут без устали, а потому дошло до него очевидное:

— Ты когда по кругу бежала, это ты оторваться хотела? — спросил напряжённо, от очередного выпада ведуньи третьей уворачиваясь, да ударом клюки первую ведунью подсекая так, что та наземь грохнулась.

— Ага, — ответила, тяжело дыша.

Кто б знал, что тяжело так ладонь на чужом лице удерживать. Никто. Даже я до боя этого, о тяжести дела сего и не предполагала. Аспид же кивнул, да и рванул наутёк аккурат по тому самому кругу, который для меня Ярина вытоптала. И вот мы бежим. В смысле бежит-то аспид, я грузом бессловесным на нём болтаюсь, но отпускать чудище и не думало, держало крепко, и об одном только аспид спросил:

— Сколько?

— Двадцати шагов хватит.

— Ясно, — ответил, тяжело дыша, и припустил быстрее.

Бежим. Тут, на околотке, бежим сами, а там, в трёх днях пути от нас, за полусгнившей летящей клюкой бегут все три мёртвые лесные ведуньи. И тут увидела я, что и ведуньи-то со стороны если так посмотреть, ненормальные на всю голову. И главное стоят оторопев и маги и нежить, стоят да понять не могут, что происходит-то.

— Весь? — хрипло позвал Аспид. — А от чего нежить не вмешивается?

— Лесные ведуньи не дают, — мне уже изрядно надоело болтаться, но бой штука такая — коли начал, отступать уже некуда. — Тут, аспидушка, дело вот в чём — это клюка прежней хозяйки Гиблого яра, сила в ней немереная, ту силу лесные ведуньи терять не хотят, вот и держат нежить далече.

— Ясно, — снова коротко ответил аспид, и побежал втрое быстрее, перекинув меня через плечо.

Держать ладонь на щеке его мне было оооочень удддобно, но аспид бежал по кругу, я тряслась и подпрыгивала на его плече, из воды вылез кракен, и глаза у него стали раза в два больше обычного, а ещё округлились существенно.

И тут аспид объявил, не сбавляя ходу:

— Двадцать!

— Кидай на землю! — крикнула ему.

— Кого? — не понял аспид.

— Меняяяя! — неудобно было кричать подпрыгивая животом на жёстком плече.

Но господин Аедан всё равно услышал. Резкая остановка, от чего я чуть не слетела вниз, но аспид подхватил, затем осторожно и бережно уложил на пожухлую истоптанную нами чёрную траву Гиблого яра.

— Ну не на спину же! — возмутилась я.

А аспид почему-то улыбнулся.

Но мне не до улыбок было — рывком перевернувшись, я впечатала прутик ивовый в землю, и зашептала голосом срывающимся:

— Когда голосом позову из глубин, из небытия, из тьмы,

Ты лети ко мне за облака, ты за моим голосом лети!

И не надо воскрешать надежды и мечты,

И не надо искать то, что никогда не найдут,

Ты на голос мой упорно лети,

Здесь тебя любят и здесь тебя ждут!

Три секунды на заклинание, и ещё одна, крохотная, на то чтобы клюка откликнулась на мой зов, отсекая подоспевших к ней лесных ведуний.

И я продолжаю шептать слова уже отработанного на первой моей клюке заклинания:

— Не думай о цветах, что уже не спасти!

Не верь в слова, что скрываются в древних книгах!

Поверь, ты воскреснешь опять!

Отзовись, поверни время вспять!

Свет ударил в грудь взрывной волной, в попытке отбросить меня от клюки, что воскресала повинуясь моему зову. Но я удержалась, частью по причине того, что держалась крепко, а частью потому, что меня, заболтавшуюся как былинка на ветру, удержал аспид… поблагодарю его, потом… когда-нибудь. А сейчас сжимая пальцами раскалённую, обретающую плоть клюку, я прошептала:

— Стань моим продолжением, и мы пойдём по облакам!

Стань моим продолжением, и мы вернём, что утратили!

Стань моим продолжением, мы отомстим всем врагам!

Стань моим продолжением, только не погибай!