Елена Звездная – Второй шанс. Книга третья (страница 10)

Эльтериан медленно подошел, посмотрел на стремительно бледнеющую без спасительной маски меня, на пачку конспектов в моих руках, на сломанные клыки уже вымершего, и потому бесценного чудовища.

– Спешила к магистру Ксавьену? – сходу предположил принц.

О, да. И доспешилась.

– Вы чрезвычайно проницательны, ваше высочество, – поспешила ответить.

– Сложно было бы не догадаться – на конспектах указано название предмета, – с мягкой иронией произнес Эльтериан.

Постоял, продолжая разглядывать меня и продолжил:

– Так спешила, что повредила бесценный экспонат?

С одной стороны, мне было страшно, и становилось страшнее с каждой секундой, но с другой… Я была готова повредить магистра Ксавьена, и прямо сейчас. Можно этой стопкой конспектов, а можно и бесценной головой сцелоникса. Но все же ужас от осознания моего положения, существенно пересиливал гнев.

– Асьен, не стоит так переживать, – Эльтериан мягко шагнул ко мне, я же испуганно отшатнулась в сторону при его движении. – Успокойся, – со снисходительной иронией, произнес принц. – И не волнуйся по поводу сцелоникса. Пусть это останется нашим маленьким секретом. Мне будет приятно иметь что-то общее с такой удивительной девушкой, как ты.

Взмах царственной ладони, и все сломанные клыки, окутавшись призрачно-зеленоватым сиянием, послушно вернулись на свои места и приросли как новенькие, не осталось даже линии слома.

– Вот видишь, все хорошо. Дивного вечера, Асьен.

И галантно поклонившись мне, принц Эльтериан покинул коридор, направляясь в свои покои.

Бледной мне оставалось лишь вновь склониться в реверансе, а после…

После стоять, и мрачно наблюдать, как очертания магистра Ксавьена возникают в воздухе, всего в нескольких шагах от имевших место событий. И ухмылялся магистр столь довольно, что становилось ясно – его план, каким бы он ни был, вполне удался.

– Вы! – прошипела я.

Прижав указательный палец к губам, и тем самым призывая меня к молчанию, магистр указал в сторону лестницы, и ушел первым. Мне оставалось лишь последовать за ним.

***

В кабинете магистра Ксавьена, я металась из стороны в сторону, для начала застегнув платье, после собрав волосы, а вот затем, даже не прибегнув к спасительной маске, развернулась к преподавателю и воскликнула:

– Вы что творите?

– А разве это не очевидно? – поинтересовался в ответ магистр.

И так как очевидно мне не было совершенно ничего, заместитель ректора ВАДа, коварно улыбнулся и произнес:

– Асьен, сегодня ты видела меня с леди Сарской, не так ли?

Это действительно было так.

– И на что это, по-твоему, было похоже?

– Весьма… неординарный вопрос, – была вынуждена признать я.

– Асьен, мы же договорились доверять друг другу. Итак? Твой вердикт?

– Боюсь, вы несколько переоценили меня – вынесение вердикта не моя специализация.

Магистр коварно улыбнулся, приманил к себе чашку чая со стола, всыпал в темный напиток мелко порезанный красный перец, и помешивая то, что собирался выпить с явным удовольствием, коварно произнес:

– Твоя задача, отвлечь Эльтериана. Сегодня ты вполне неплохо справилась, но в дальнейшем я жду от тебя большей инициативы. Эльтериан должен думать о тебе Асьен, и чем больше, тем лучше. И тогда, он станет уделять куда меньше внимания своей официальной невесте, что, несомненно, встревожит леди Сарскую. И за помощью она придет, ожидаемо – ко мне. Более того, мы продолжим встречи, которые… не останутся тайной для окружающих. А спустя два месяца, на Весенних учениях, случится то, что Эльтериан не сумеет скрыть.

Весенние учения? Звучало знакомо, но вызывало, от чего-то лишь содрогание.

– Что будет не так на Весенних учениях? – нервно спросила я, подозревая, что отвечать мне магистр не пожелает.

Но Ксавьен, отсалютовав чашкой с определенно непереносимым напитком, весьма коварно протянул:

– На Весенних учениях во время полевой практики, сопровождать студентов боевого факультета будет военный лекарь, Асьен. Знаешь, чем военные целители отличаются от всех прочих?

Я не знала.

– Они отличаются тем, что всегда говорят правду и только правду, – и магистр сделал глоток обжигающего чая. – И беременность леди Сарской, Эльтериан не сумеет скрыть при всем своем на то желании. А я не стану сдерживать слухи о нашей тайной связи. В результате, дитя леди Сибиллы будет подвержено проверке на отцовство.

И пока я стояла, совершенно потрясенная услышанным, магистр Ксавьен продолжил:

– Чистота императорской крови не подлежит сомнению, но кровь бастарда, зачатого в условиях недоказуемости участия в зачатии принца, несомненно, подвергнется самой тщательной проверке. Весьма тщательной. Теперь все поняла?

Медленно пройдя к креслу напротив магистра, я в растерянности опустилась на самый край мягкого сиденья.

– Меня всегда искренне восхищали твои манеры, – заметил магистр Ксавьен, – осанка, движения, и даже то, как ты опустилась в кресло – поистине грация достойная императрицы.

Проигнорировав его высказывание, я была вынуждена признать:

– Я потрясена вашим коварством.

– Почему же сразу «коварством»? – поинтересовался магистр. – Всего лишь простой и весьма точный расчет. Ты привлекаешь внимание принца, леди Сарская начинает бороться за расположение его высочества, и так как мы с ней теперь «добрые приятели», и я ко всему прочему ее наставник, она обратится за советом ко мне. Моим советом будет древнее как мир, и столь же бесполезное «роди ребенка, дитя свяжет вас двоих на веки». Парочка необходимых эликсиров и леди Сарская понесет, старательно скрывая свою беременность от жениха. Но все откроется на полевой практике во время Весенних учений. А дальше, в дело вступят пересуды, сплетни, подозрения. И император лично отдаст приказ о проверке на отцовство, его вынудят его же министры.

Осмысливая все услышанное, я одновременно испытала и некоторое облегчение от мысли, что часть задачи по раскрытию происхождения Эльтериана магистр Ксавьен возьмет на себя, но вместе с тем по отношению к леди Сарской это было, по-моему, слишком.

– Вы… – нервно начала я, – вы станете возлюбленным леди… – начала было я.

И умолкла, натолкнувшись на пристальный взгляд магистра.

– Асьен, я кто, по-вашему? – раздраженно вопросил преподаватель. И резко поднявшись, бросил: – Со своими студентками не сплю. Но для вас могу сделать исключение.

– Простите, – мгновенно извинилась я.

– Тебе точно семнадцать? – внезапно вопросил магистр Ксавьен.

– Что-то около этого, – я тоже поднялась.

– Маска, заколка и учебник – не забудь. И да – Каенар не должен ни о чем знать, – сказал на последок магистр, и оставил меня.

– Дивного дня, – вежливо попрощалась, застегивая пуговки на платье.

А после все как и было сказано – маска, заколка стянувшая волосы в тугой пучок и книга по новым темным заклинаниям.

***

Моя жизнь приняла поистине странный оборот.

Занятия в академии, и не важно, каков был предмет и кто являлся преподавателем – стоило мне взглянуть в сторону Эльтериана, и я ловила на себе его задумчивый, пронзительный взгляд, что не оставалось секретом для кронпринца. Было и иное – если Каенар не находился рядом, стоило мне споткнуться, как Эльтериан всегда оказывался рядом, подхватывал, поддерживал или помогал, ничего не требуя взамен, ни на чем не настаивая и ничем не вредя.

Сотни и тысячи случайных столкновений, результатом коих становилась крепнущая день ото дня пугающая меня связь.

Если я не успевала записать что-либо, Эльтериан находил способ передать мне собственный конспект или лист из него. Но меня шокировал мой собственный поступок – на Чароите, спускаясь с верха аудитории вниз, к преподавателю магистрессе Илливан, я заметила ошибку в тетради Эльтериана, которую следовало сдать фактически не медля и остановившись, указала на допущенную неточность, после на еще одну, и еще…

– Спасибо, Асьен, – тихо произнес Эльтериан.

Я отдернула руку, словно обжегшись, и поспешила к преподавательнице.

Когда сдала работу, и развернулась, чтобы подняться наверх, столкнулась с Эльтерианом, стоявшим до того прямо позади меня.

На миг замерла, смутившись и от близости, и от того, что мы оказались под прицелами всех взглядов в аудитории. Извинившись, торопливо обошла его высочество и быстро поднялась к его императорскому высочеству.

Кронпринц не отрывал от меня взгляда все то время, что я шла к нему. А едва села рядом, молча подвинул свой конспект, где значился всего один вопрос:

«Какого дьявола здесь происходит?»

Присев за парту, я пододвинула стул, поправила маску, натянул ажурные перчатки, поправляя и их, и только после написала ответ:

«Ничего, ваше императорское высочество».