Елена Звездная – Темная Империя. Книга 3 (СИ) (страница 44)
Мне вдруг показалось, что я стою на краю огромной бездонной пропасти, черной, жуткой, живой, из которой ползут жуткие монстры и… Я даже вспомнила название — Бездна! И такое ощущение, что сейчас в эту Бездну, по прихоти темного отправятся все маги… Все. В диком ужасе я посмотрела на магианну Соер, высокую, смелую решительную, которая даже будучи совершенно не согласна с происходящим, с этой битвой, все равно была готова до последнего выполнять свой долг…
— Найриша, куда ты смотришь, я не там, — насмешливо прошептали над моим ухом.
Молча перевела взгляд на подразделение боевых магов…
— И не там, — теплые ладони скользнули по мантии, обхватывая мою талию.
Знаю. Но там Ниран, застыл без движения, как и все здесь. Там Ниран, первый же удар темных, и…
Опустив голову, стараюсь сдержать крик ужаса, словно рвущийся изнутри.
— Ты издеваешься? — окончательно разозлился темный.
В следующее мгновение меня схватили за плечи, решительно; || развернули, и, обхватив подбородок, лорд Эллохар вынудил посмотреть на себя.
— Темных и кошмарных, Найри, — произнес он, едва наши глаза встретились.
Наши глаза встретились. Мои, человеческие, сейчас вероятно полные ужаса, и его — лишенные хоть какого-нибудь намека на человечность. Огромные, чуть раскосые, неестественно синие, с легким серо-стальным отсветом. Глаза темного лорда!
— Найри, радость моя, ты сейчас отчего побледнела? Это приступ совести, запоздалое раскаяние или осознание уровня грядущих репрессий с моей стороны? Если последнее, то поверь — бледность оправдана!
У меня задрожали и взмокли ладони, а сердце билось все сильнее, словно хотело вырваться и спастись, вот только…
— Ты нарушила условия нашего соглашения, Найришшшшша, — прошипел сузив глаза лорд Эллохар. — Как ты вообще здесь оказалась? Хеарин! Ааран!
Я вздрогнула, и не сразу осознала, что это не ругательство на языке темных, а имена. Но едва этот монстр, чудом не оцарапав, отпустил мое лицо, повернула голову, моему взгляду предстало невероятное — вампирша и оборотень, оба в черных брючных костюмах, на воротнике, манжетах, поясе и груди символика смерти, у обоих одинаково собраны волосы — высокий хвост с нанизанными на волосы стальными кольцами. И оба, разом, стремительно опустились на одно колено, склонили головы и произнесли:
— Виноваты.
— Там защита, мы… — начала было девушка.
— Встали, — жестко приказал темный.
И едва вампир и оборотень поднялись, негромко произнес:
— Вы не справились с заданием, оправдания меня не интересуют. Оба возвращаетесь в школу, немедленно.
Перед ними вспыхнуло синее пламя.
— Я разочарован, — ровно произнес лорд Эллохар.
У оборотня поникли плечи, в глазах вампирши блеснули слезы. Но оба поклонились и поспешно вошли в пламя. Огонь угас, оставляя пустоту там, где только что стояли темные.
И снова наступила жуткая, пугающая, абсолютная тишина, а затем лорд Эллохар повернулся ко мне, и в его глазах я словно увидела огонек. Вот только не тот, привычный, огонек язвительного веселья, нет, то, что я видела сейчас — была злость. Бешенство. Ярость!
— Напомни, прелесть моя, — пальцы темного прикоснулись к моей щеке, костяшки провели вниз, — что я гарантировал тебе, в случае участия в боевых действиях?!
И я словно наяву увидела темный ночной парк Сарды, озеро, звезды над нами, искаженное злостью лицо лорда, и услышала его: «Только сунься в боевые действия, Найриша, вот только попробуй! Клянусь, в то же мгновение я сделаю тебя женщиной, а после твоим единственным призванием останется выполнять любые мои прихоти. Все поняла?!».
Я тогда ни на миг не поверила, ни на миг, а сейчас…
— Вспомнила, — мрачно констатировал темный.
Теперь дрожали не только мои ладони.
— Страшшно? — скорее уточнил, чем спросил лорд Эллохар.
Вздрогнув, я отшатнулась назад, и упала бы, не поддержи меня темный. А подхватив, он не стал опускать, и все так же держа за талию, медленно поднял до уровня своего лица, и ровно, без каких либо эмоций произнес:
— Ты нарушила условия нашего соглашения, Найрина. Ты. Нарушила. О последствиях ты знала.
Его глубоко посаженные сине-серые глаза смотрели пристально и зло. И сейчас я знала точно — встреть я человека с таким взглядом, ни за что не стала бы ему помогать… И не появилась на той дороге! И обошла бы площадь по кругу! И…
— Я… — подбородок дрожал, — я… я не могла поступить иначе.
— Замечательно, — продолжая пристально смотреть на меня, произнес темный, — тогда ты понимаешь, что я тоже… не могу.
Вспыхнул огонь.
Вспыхнул с ревом, треща и искрясь, вспыхнул, охватывая нас, опаляя, вынуждая едва ли не вскрикнуть. Но я молчала, молча смотрела на темного лорда, который не сводил глазе меня.
И вдруг в мир, заполненный лишь ревом пламени, ворвался ветер, в вокруг стало сумрачно. Лорд Эллохар небрежно отпустил меня, дрожащую от ужаса и потрясения, и хлопнул в ладоши.
Распахнулись двери, сразу несколько, и в помещение хлынул красноватый свет. В помещение, которое… оказалось спальней. Странной, с огромной кроватью у стены, застеленной черным покрывалом, с серыми сверкающими сталью шкурами на полу, с камином, напротив кровати, вспыхнувшем красным огнем и ставший пастью оскаленного дракона, с окнами, узкими, едва ли в ладонь шириной, и высокими, от стены до потолка, со… слугами, которые все оказались демонами. Низшими, чешуйчатыми женского пола.
— Эту, — темный развернулся к вошедшим демонам, небрежно указал на меня, — приготовить к ночи. Она должна ждать меня в постели, без одежды. На этом все.
Внутри меня что-то оборвалось. Сломалось… рухнуло куда-то в пропасть… умерло… Мне показалось, что я и сама умерла в тот момент. И не осталось сил даже плакать… Крутой разворот и темный посмотрел на меня. В упор. Чуть суженными от гнева глазами, которые сейчас отчетливо светились в красноватом полумраке…
— И как, война того стоила? — холодно спросил он.
По щекам потекли слезы.
Несмотря на ощущение дикой, вопиющей несправедливости, несмотря на страх, и в первую очередь страх остаться с демонами здесь, одной, несмотря на все, я не могла произнести и слова. Не могла, какой-то ступор, и больно так, что тяжело дышать.
— Нет, знаешь, что бесит? — внезапно разъярился лорд Эллохар. — Как сбегать на войну, где я категорически запретил тебе появляться, так с легкостью. А как принимать последствия своих решений, так ты мне тут рыдания закатываешь!
Молча утерев слезы руками, хотя более полусотни платков в сумке, я опустила глаза и ничего не сказала.
— Давай, Найриша, хоть слово, — прошипел лорд Эллохар.
Слов не было. Просить? Кого, темного? Я никогда не смогу забыть, как молили о пощаде маги ковена… Лорд Тьер никого не пожалел. Просить бессмысленно, у темных своя правда, а у меня… ком в горле. И обида. И страх. И вопрос:
— Ккак вы ммменя… нннашли?
Усмешка и протянутое:
— Вот как… И это все, что тебя интересует, Найрина?
Меня сейчас вообще ничего не интересовало. Мне было страшно.
— Так, — темный развернулся, прошел к креслу у камина, огромному и жуткому как и все здесь. — Дакш! — было произнесено слугам, и демоны мгновенно нас покинули.
Двери закрылись, погружая в сумрак спальню.
Тут же вспыхнули факелы по стенам, обнажая весь пугающий декор. Я вздрогнула, испуганно озираясь.
— Да, дизайн в стиле Хаоса, кстати сам обставлял, — сообщил темный. И жестко добавил: — В общем, делаем так — ты сейчас снимаешь мантию, бросаешь на вон тот стол в углу, после подходишь ко мне и просишь прощения. С тебя так же поцелуй. И придется очень постараться, Найриша, чтобы я сумел погасить свою ярость!
Медленно повернулась, увидела стоящий у стены столик, заваленный каким-то бумагами. На негнущихся ногах, с трудом делая каждый шаг, подошла, сняла сумку, положила сбоку, на свободную поверхность мраморной столешницы, после медленно расстегнула и сняла мантию…
— Мм, одежда сестры милосердия… Что я вижу, магианна Сайрен, вы, оказывается, пытались обманугь меня. Какое коварство. Даже не ожидал, прелесть моя.
Меня трясло. Но все же сложила мантию, осторожно положила на сумку, утерев слезы, скользнула взглядом по брошенным бумагам и…
Из меня словно разом выбили дыхание! Все!
Как удар в солнечное сплетение!
Голова закружилась и я устояла на месте, лишь благодаря тому, что ухватилась за край стола.
— Да что с тобой? — лорд Эллохар неожиданно оказался рядом, поддержал, обняв за плечи. — Ты ела сегодня?
— Нннет, — судорожное рыдание вырвалось против воли.
— То есть как обманывать темного и валить на войну это мы первые, а как поесть — на это эмоциональных сил не хватило. Найри, ты бесишь!
Я не слушала, вытирая слезы, я смотрела на то, что казалось, безвозвратно исчезло в огне камина доходного дома, сожженное госпожой Урас: грамоты, мое свидетельство об окончании школы, документы брата, учебники магии, ручки с золотым пером, несколько миниатюрных статуэток, дорогое мыло, да даже мои платья, туфли и перчатки!