Елена Звездная – Лесная ведунья 3 (страница 26)
Промолчал охранябушка, ничего не сказал.
— Три варианта у меня было, — говорю с трудом, голос едва слышен, — первый — убить его. Второй — солгать, пусть и подло. Третий… себя под удар подставить. На третьем варианте и остановилась, как видишь.
Видел. Все видел. И во взгляде его боль плескалась.
— Лучше бы убила, — произнес хрипло.
— А не могу я… убивать… Не мое это… Верни меня лешему, маг.
— Нет!
Улыбнулась, глаза закрыла и прошептала:
— Добром прошу — верни.
Промолчал. А моя улыбка горькой стала, совсем горькой.
— Аспида тоже добром просила… — прошептала, чащу из последних сил призывая, — да, видать, без толку вас, магов, добром просить…
И застонал он. Как раненный зверь застонал, ладонь мою схватил, к губам прижал и прорычал хрипло:
— Стой! Веся, остановись! Пожалуйста, прекрати! Я понял. Верну, сейчас же верну, свои силы не трать, если не ради себя, то ради меня хотя бы!
И остановила я зов. Даже не знаю, почему остановила. Ведь знаю что он маг, что веры ему никакой, что добра от него ждать не следует, а все равно остановила.
Потянулся охранябушка, на руки легко подхватил, на миг к губам моим прижался да и спросил:
— Прямо лешему передать?
— Да… — прошептала почти беззвучно, — на траву нельзя, в Сосновый бор нельзя… лешему только, мне земли касаться нельзя…
— Понял, — почти беззвучно ответил маг.
— Спасибо… — едва слышно выдохнула я.
Из последних сил выдохнула.
***
Ветер в лицо.
Потом солнце, лучики солнечные сквозь ветви деревьев…
Гул земли, скрип дерева, и рык лешеньки:
— Маггггг!
Ничего ему Агнехран не ответил, продолжил стоять там, куда принес — на самой окраине леса Заповедного, но прежде чем отдать меня лешему, ему и сказал:
— Ребра сломаны.
Молча леший меня у мага забрал, молча да бережно, с осторожностью великой, и лишь опосля того, как к себе прижал, архимагу и ответил:
— Аспида за то благодари.
«Лешинька, не надо о том…» — попросила мысленно.
Да леший меня слушать не стал.
— Сррразу сказал тебе, маг, беда с тобой, беда за тобой, беда над тобой. Ты — беда. И тебе о том ведомо, Агнехран-маг.
Промолчал архимаг, ничего не ответил, но и не ушел — рядом стоял. Молча, но стоял.
И смягчился леший, сказал устало:
— Там, в Гиблом яру, есть то, ради чего последняя ведунья его своим лешим пожертвовала. Что-то, с чем чаща Заповедная не справилась, от того ведунья и отдала почитай сердце свое, половину себя.
— Я… — начал было Агнехран.
Да получил яростное:
— Не лезь!
Уж я с силами собралась, думала вмешаться, но охолонился мой лешенька, да так сказал:
— Того лешего захоронили заживо. Заживо, маг. Что там — мне неведомо. Но скажи мне, Агнехран-убийца ведьм, если хоть что-то, ради чего ты бы Весю убил?
— Нет! — мгновенно ответил охранябушка.
Сразу ответил. Не задумываясь. Не сомневаясь. Искренне ответил. От всей души.
И тогда леший сказал:
— А ведунья Гиблого яра убила. Того кто был для нее важнее жизни. Вот и думай, Агнехран, к чему столь отчаянно стремишься, ради чего взялся ведунье моей помогать, да о какой цели грезишь.
И тут вдруг Агнехраг вопросил:
— О чем ты, леший?
Заскрипел леший, заскрежетал, да и ответил:
— Пустое, маг.
И развернулся, меня унося.
— Леший!!! — от крика архимага-Агнехрана словно деревья содрогнулись. — О чем ты сейчас?
Но леший молча меня в лес уносил, не оборачиваясь.
— Что значит «ради чего взялся ведунье моей помогать»?! Дьявол тебя раздери, леший! Что ты ей наговорил?! Леший!
Но открыл лешинька тропу заповедную, и шагнул на нее, ни на миг не останавливаясь.
— Леший!!!
И крик стих, растворился в пространстве, тихо стало, только деревья шумят.
«Как аспид нашел тебя?» — мысленно лешенька спросил.
«Леся», — теряя сознание, ответила я.
«Ясно» — мрачно произнес леший.
А я в темноту проваливаясь, лишь об одном попросила:
«Блюдце серебряное принеси, да яблочко налив…»
На большее сил не хватило.
***
Ночь…
День…
День…
Ночь…