Елена Звездная – Академия Теней (страница 18)
– Впервые в жизни…
Еще пауза, и я почему-то добавила:
– Даже не представляла, что это может быть… так… – меня всем телом трясло.
Я так дрожала, что едва могла стоять на ногах.
– Ааа, – протянул Гриф. – А как же ваши… ваш любовник?
– Да какой любовник, – я выпрямилась, пытаясь насобирать каких-нибудь сил, чтобы дойти до комнаты, – просто так сказала… Чего только не скажешь, в моем положении.
Я отлепилась от стены, но тут же пошатнулась.
– Вам помочь? – Гриф протянул руку.
И вдруг позади нас раздалось хриплое:
– Отошел от нее!
Я замерла, так и не успев опереться на руку Грифа. Этот голос я узнала бы из тысячи – сейчас он звучал как скрежет стали по льду, лишенный всякого тепла, полный той самой опасной вибрации, которая заставляла стены кабинета трещать по швам.
Медленно, боясь дышать, я обернулась.
Из конца пустого, залитого призрачным светом фойе к нам приближался Рейвен. Он не шел – он наступал, и Тень за его спиной волочилась по полу густым, живым шлейфом, поглощая остатки света. Его рубашка все еще была расстегнута, царапина на щеке потемнела, а в глазах металось что-то такое, от чего Гриф мгновенно подобрался, заслоняя меня собой.
– Магистр, леди Вэлари нездоровится, я лишь… – начал Гриф, но Штормхейд прервал его коротким взмахом руки.
– Я сказал: отошел, – Его взгляд был прикован ко мне, и в нем горело такое яростное, признание, что у меня предательски задрожали колени. – Вон отсюда.
– Магистр, я ее телохранитель… – Гриф проявил завидную верность долгу, но Рейвен оказался рядом в один неуловимый миг.
Он не использовал магию. Он просто схватил моего работника за ворот форменного камзола и с силой, которой не ждешь от утонченного мага, отшвырнул его в сторону. Гриф отлетел к колонне, а Рейвен уже стоял передо мной. Близко. Слишком близко. Так, что я чувствовала жар, исходящий от его тела, и запах грозы, который теперь навсегда будет ассоциироваться у меня с настоящей катастрофой.
– Значит, «просто так сказала»? – прохрипел он, хватая меня за плечи и встряхивая так, что голова откинулась назад. – Про любовника – просто так? Про детей – просто так? Про восхищение мной тоже?
Его пальцы впились в мою кожу, и я видела, как бешено бьется жилка на его виске. Он слышал все. Каждое мое слово, сказанное Грифу в этой обманчивой тишине фойе.
– Ты лгала, Сейди, – он почти выплюнул эти слова мне в лицо. – Ты дразнила меня, ты довела и меня и Рагнаэра до безумия, ты играла нами… И все это ради чего? Ради того, чтобы сейчас дрожать здесь и прятать губы, которые «никогда не целовали»?
Он вдруг осекся, и его взгляд опустился к моему рту. Ярость в темных глазах на мгновение сменилась чем-то другим – болезненным, жадным осознанием.
– Ты не целованная… Никем… – выдохнул он, и его голос сорвался, превращаясь в надломленный шепот. – Клянусь Тенью, ты даже не представляешь, что ты со мной сделала.
Он прижал меня к холодному камню стены, нависая сверху, и я почувствовала, как его дрожащая рука поднимается, зарываясь в мои волосы.
– Ты обещала мне ад, маленькая дрянь? – его губы коснулись моей щеки, обжигая холодом и жаром одновременно. – Так смотри. Он только начинается. Для нас обоих.
Я хотела оттолкнуть его, хотела съязвить, но из груди вырвался лишь рваный вдох.
– Вы мне даже не жених… Отпустите… – пролепетала я, теряя последнюю опору под ногами.
– Никогда, – ответил он, и в его глазах я увидела приговор. – Раз уж ты так хотела поцелуя, Сейди… Раз уж ты так просила об этом другого на моих глазах… Наслаждайся.
Но тут произошло закономерное – я вскинула руку, вцепившись пальцами в браслет с часами, и активировала его в тот самый миг, едва Штормхейд перевел взгляд с моих округлившихся от ужаса глаз, на пересохшие губы.
Воздух вокруг нас сгустился до состояния свинца. Раздался не просто звук – это был сухой, яростный треск вспарываемого пространства. Ослепительная вспышка багрово-черного пламени, ограждающая меня от всех живых существ, ударила в магистра, словно таран. Маг отлетел метров на двадцать, но устоял и теперь пошатывался, оглушенный мощью родового проклятия Рагнаэров.
Вновь взвыла сирена.
Я замерла, глядя на свои руки, которые мелко дрожали. Браслет на запястье все еще пульсировал тусклым, зловещим светом. Я никогда раньше не использовала его, я даже не знала, на что способна эта «безделица», и сейчас ее мощь напугала меня до глубины души. Я едва не убила одного из сильнейших магов королевства…
Хотя как сказать «чуть не убила»? Стоит вон, даже не падает.
– Леди! Быстрее! – над ухом раздался хриплый голос Грифа.
Мой телохранитель, успевший прийти в себя, подскочил ко мне. Его лицо было бледным, в глазах читался первобытный ужас перед тем, что он только что увидел. Он не стал ждать объяснений – он просто стальными пальцами обхватил мою ладонь, рывком потащим меня за собой.
– Быстрее, давай же! – прошипел Гриф, буквально утаскивая меня за собой в боковой коридор.
Я спотыкалась, мои каблуки выбивали бешеную дробь по каменным плитам, а в ушах все еще стоял этот надломленный, хриплый шепот Рейвена: «Ты не целованная…».
Гриф тащил меня по лабиринтам переходов, подальше от разгромленного фойе, а я не могла отделаться от мысли, что этот браслет только что спас меня от поцелуя…
И эта мысль неожиданно показалась мне очень смешной.
От поцелуя, блин!
Лорд Гриэр дал мне его на самый крайний случай, только для ситуации, когда моей жизни будет угрожать опасность, а я… защитилась от поцелуя!
Я начала смеяться еще на лестнице.
– Леди, – Гриф недоуменно обернулся, – не время для смеха, да и повода нет, быстрее!
Но я смеялась, пыталась сдержаться, но тут кое-что вспомнила.
И когда Гриф втолкнул меня в мою гостиную, я села на пол и со смехом:
– Ты все-таки этого добился.
– Чего?- не понял маг.
– Я все же с тобой сбежала с тобой, теряя туфли… Оба потеряла!
И он лишь сейчас заметил, что туфель на мне нет.
А потом смех перешел в полноценную истерику, впоследствии которой ко мне пришел директор Хаген и отпаивал каким-то чудовищно-спиртовым напитком. Что там было дальше, я не знаю. Я напилась и заснула. Все-таки Хаген действительно разбирался в людях, сразу понял, что на меня сможет подействовать.
Когда я проснулась, был уже вечер. Дана и еще две девушки накрывали на стол, слышался звон посуды и звук голосов, а мой браслет вибрировал, привлекая внимание. Всмотревшись, нехотя встала, пошатывающейся походкой добрела до портфеля, открыв, достала свое переговорное устройство и активировала.
– Девочка моя, ну как там у вас дела? – папин голос звучал встревожено.
– Дурдом, – я ушла в самый дальний угол комнаты, забилась в угол. – Так устала сегодня, – честно призналась папе.
– Да, но ты, похоже, спала, – проговорил родитель.
– После истерики. Меня отпоил непонятно чем директор Хаген, но мне помогло.
– Директор Хаген, да, помню такого, твоя матушка тепло о нем отзывалась.
И я затаила дыхание.
Но отец, словно поняв, что наговорил не нужного, поторопился спросить:
– Как Ивор? Такой приятный молодой человек, доблестный маг, радом с ним ты будешь в полной безо…
Не могу выносить все это. Не могу больше.
– Можно я вернусь домой? – перебила я его. – Не хочу тут больше оставаться ни секунды. Я, знаешь…
– Вот об этом я и хотел с тобой поговорить, – на этот раз отец перебил меня.
После его слов я замерла, а потом кивнула, позволяя говорить все, что хотел – хуже уже не будет.
Но я ошиблась! Самым неимоверным образом, я ошиблась. Потому что папа сказал:
– Доченька, я был против твоей поездки в Академию Тени не просто так, я… примерно этого я и опасался, чего уж там. Но ты, неугомонная моя, зацепила своим светлым образом не просто Ивора, а какого-то очень могущественно магистра, ну насколько я понял. И поэтому, покидать пределы этой академии для тебя сейчас не просто опасно, а если выражаться точнее – самоубийственно.