Елена Золотарева – В плену Хранителя (страница 11)
— Мне не известна моя судьба, Нита. Сколько я еще здесь пробуду? И какое наказание мне грозит?
Нита молчаливо слушала, сцепив руки.
— Хранитель дал понять, что меня не отпустит. А для чего я ему, так и не сообщил…
Девушка хмурила брови, но молчала, а я начинала нервничать. План с треском проваливался.
— Меня убьют, Нита? — решила бить точно в цель. Прямой вопрос, прямой ответ, хоть и страшно.
— Что вы, Хари! — встрепенулась девушка, точно испуганная птица, — Хранитель заботится обо всех, кто живет в его доме.
Как же, заботится…Вон, девчонка спины не разгибает, все кланяется.
— А как ты попала в его дом?
Она не была похожа на искательницу острых ощущений, которая могла бы потеряться или нарочно отстать от экскурсионной группы. В ее неординарных умственных способностях я тоже сомневалась, она больше походила на деревенскую трудягу — честную и открытую, нежели на дигершу или студентку исторического факультета.
— Хранитель спас меня. А после разрешил служить ему.
— Боже, какая честь! — саркастично выплюнула я, а та кивнула, уверенная в моей искренности.
— Как же ты проникла на территорию города? — я прищурилась, готовая уличить девчонку во лжи. Слишком она сладко пела о своем хозяине.
— Мой отец продал меня.
— Хранителю?
— Нет, одному богатому человеку. Он покупал совсем молодых девушек, чтобы потом найти того, кто сорвет их цветок. А дальше, их отдавали в дома подчинения.
Щеки Ниты заалели, а я невольно прикрыла рот рукой, чтобы не охнуть.
— Хранитель выкупил меня.
Вот извращенец! Спас он ее! А потом еще и служить позволил. Сама добродетель. Теперь, зная о его специфических предпочтениях, осталось только догадываться, чего он захочет от меня. Девственности я предложить ему точно не могла. А вот подчиняться…он еще вчера упоминал об этом.
Боги! Ну и угораздило же меня! Но беспокоило еще кое-что. Из выше сказанного следовало, что Хранитель беспрепятственно ходит по Земле, везде, где ему заблагорассудится, посещает публичные дома, покупает девственниц, а после забирает их к себе на закрытую территорию. Может и траффик поставок землянок инопланетянам у него уже налажен. Иначе, зачем бы они сюда прилетали. А земляне спокойно себе живут и не знают, что творится у них под боком…
Боевой настрой, с которым я проснулась, в миг улетучился.
— Ой, — тихонько пискнула девушка, поглядывая на браслет, — вам нужно выйти к завтраку в верхний сектор.
Она снова опустила глаза, привычно сцепив длинные пальцы в замок.
— Я хочу принять душ. И надеть свою одежду.
— Я покажу вам.
Нита проводила меня в душевую, напоминающую больше большое яйцо, нежели комнату, объяснила, как давать команды системе, и попросила ладонь.
— Нужно приложить сюда, — она, боясь коснуться меня, указала на выемку в стене по форме напоминающую отпечаток пальца, — выход в гардеробную.
Из небольшой кабинки мы попали в просторную комнату, скорее напоминающую магазин в торговом центре, нежели шкаф с вещами. С другой стороны, если Хранитель пачками скупает девственниц, так и этого количества одежды будет мало.
— Мне нужна моя одежда, — я брезгливо осмотрела ряды разноцветных платьев, и в дальнем углу даже заметила целый стенд с нижним бельем. Кружевным, мать его! Но и шагу не сделала в глубь комнаты.
Нита на мою просьбу промолчала.
— Хорошо.
Я выбрала первое, что попалось под руку, и это оказалось платье в греческом стиле, лишь слегка прикрывающее колени. На наряд одалиски не похоже, что не могло не радовать.
Приняв душ, я еще минут десять играла с функционалом ванной комнаты, пробуя на себе все типы струй, пара и ароматов. После промокнула волосы бумагой, испаряющейся вместе с собранной влагой, заплела их в тугую косу, и закрутила на затылке.
Нита уже подготовила тунику, принесла подходящую обувь на высокой танкетке, и все-таки подобрала комплект белья, к моему удивлению весьма скромный, к тому же из натуральной ткани. А после, голосом вызвала голограмму, демонстрирующую украшения.
— Их доставят из хранилища. Вам нужно просто нажать на понравившееся.
— Не стоит, — я сделала вид, что не интересуюсь побрякушками, хотя перстень с камнем невероятно глубокого зеленого цвета мне приглянулся, — можем идти.
Проходя все теми же черными коридорами, пугающими своей бесконечностью, совсем скоро мы оказались в помещении, которое напоминало скорее оранжерею, нежели космолет. От неожиданности я так и остановилась в дверном проеме, подняв голову кверху. Лианы, пальмы, разноцветные попугаи, обезьянки, вроде тех, что забросали нас фруктами, только милые и спокойные…И среди буйствующей зелени, которая кажется, занимала не только крышу, стены, но и пол, стоял маленький столик, накрытый на двоих.
Он-то и сбил меня с толку окончательно. Все версии о моей дальнейшей участи гибли одна за одной. Приносить меня в жертву никто не собирался, Нита ясно дала понять, что хозяин места любит каждого, кого приручил. И таких «любимых», судя по ее же рассказу, у него здесь не я одна. А столик на двоих. Как-то не вяжется.
Но голод не давал сосредоточенно думать, и свежие булочки, аромат которых щекотал нос, так и манили подойти и отщипнуть кусочек. Стараясь двигаться плавно, чтобы не спугнуть обезьян, чье «гостеприимство» мне уже довелось испытать однажды, я пошла к столу. И когда мне оставалось не более трех шагов меня остановил взгляд в спину.
Тот чертов взгляд, который преследовал меня столько времени, из-за которого я была близка к паранойе.
Я крутила головой, мечтая найти и придушить того, кто сводил меня с ума, но понимала, что кроме меня никто этого не чувствует. Обезьяны все так же беспечно чесали друг другу за ухом, а птицы дремали, сидя на толстых ветках. Еще секунда, и я бы расплакалась от бессилия, но внезапный испуг снова сбил мои настройки. Чьи-то руки легли мне на плечи, а я подпрыгнула на месте.
— Шшш, — мягкий шепот над ухом пробрал до мурашек. Я непроизвольно прогнулась в спине, сводя лопатки.
Мужские ладони медленно повели вниз по моим рукам, успокаивая кожу. Меня трясло от эмоций, которые я даже не могла описать. Но, наверное, часть из них со стоном вырвалась наружу, потому что стало немного легче.
— Ты как свет… — горячее дыхание коснулось макушки, запуская еще одну волну мурашек, — как Луна, чьи воды озаряют мрачный дом радугой…
— Слишком поэтично для моего нынешнего состояния, — прохрипела я, пытаясь сбросить с себя руки Хранителя.
Он хрипло посмеялся, и развернул к себе лицом, не выпуская из рук. Мужчина слегка улыбался, на его лице не было ни тени агрессии, злобы или чего-то, что могло бы насторожить. И это пугало еще сильнее.
— Достаточно страха, — от его голоса хотелось прикрыть глаза, и притянуть шепчущие губы поближе, чтобы улавливать каждую вибрацию этого голоса. Но я внутренне собралась, мысленно выстраивая барьеры между нами. Человек, удерживающий женщину в своем доме без ее на то согласия, не может быть добряком. Он явно не коллекцию бабушкиных ваз будет мне показывать.
— Почему вы не можете отпустить меня? — я решила перейти к делу, оставив все заигрывания. Ему не обязательно знать о том, что меня ведет от одного только звука его голоса.
— А зачем? — он вопросительно поднял бровь, и немного склонил голову на бок, от чего короткая прядь упала на глаза. Так красиво, что я с трудом отвела глаза, — назови мне хотя бы одну причину, почему я должен отпустить тебя.
— Возможно, вы просто пожелаете сделать это… — неуверенно проблеяла я.
— Выходит, что мои желания развязывают руки, позволяя делать то, что захочу?
Он хитро улыбнулся, притянул меня ближе, четко давая понять, какие именно желания.
— Нет! — уперлась ладонями в его грудь, чтобы сохранить хоть какое-то расстояние между нами, — но я не ваша рабыня!
— О! — рассмеялся он, и глаза заискрились, — твоя фантазия безгранична! Вот почему ты настолько эмоциональна!
Его руки легли на спину, бескомпромиссно притягивая к нему для объятья. А я отклонялась все дальше, пока спину не кольнуло.
— От твоего выбора зависит, кем ты станешь для меня.
— Какие есть варианты? — пробормотала я.
— Моя…Вся…Каждой клеткой тела, каждой мыслью, каждым вдохом моя.
Он опускался все ниже, приближаясь к губам, а я снова чувствовала невыносимое желание ощутить на себе его прикосновение, и одновременно страшилась этого.
— Разве у тебя не достаточно женщин? — всхлипнула я, когда между нами оставалось не больше дюйма, и Хранитель остановился. Я же решила не упускать момента и окончательно заговорить ему зубы, — Нита сказала, что ты покупаешь женщин, и все они живут здесь.
Пару секунд он хмурился, будто соображая, о чем я, а после рассмеялся. Широко, открыто, громко, что даже я невольно улыбнулась. Но от понимания, что я сболтнула какую-то глупость, стало неловко.
— Я выкупил Ниту, когда ей было 12. Отец продал ее в бордель, торгующий девственницами. С тех пор она живет у меня и ждет совершеннолетия, чтобы стать женой порядочного человека.
— То есть…не для себя выкупил? — мне даже стыдно стало от того, что я произнесла это вслух.
— Мои предпочтения в сексе не настолько извращенные, чтобы интересоваться детьми.
Уточнять, как он оказался в том борделе, я не решилась. Да и не мое это дело.
— Боюсь представить, что ты себе надумала. Фален.