Елена Золотарева – Тайна принцессы (страница 23)

— Чего?

— Новостей, связанных с тобой. Когда по Альвенте прокатится слух о твоей кончине, нам будет легче выяснить, кому ты помешала и чем.

— Но в официальных документах было сказано, что все мятежники понесли наказание! — никак не уймусь я, на что Нур реагирует протяжным вдохом. Будто считает про себя до десяти, чтобы не сорваться.

— Вот и проверим.

— Ты невыносим!

— Так же, как и ты, любимая.

На минуту я успокаиваюсь, но мысли о доме не дают покоя.

— Отец будет волноваться! Что с ним станет, если эти слухи дойдут до него?

— Как только Альвента начнет обсуждать твою кончину, мы передадим весть твоему отцу.

— Ваши тайны...

Мне так хочется крикнуть! Прояснить! Так хочется правды! Но я сникаю, соглашаясь с тем, что ничего не смыслю в интригах и заговорах. Лучше мне действительно утихнуть и набраться терпения. Все произойдет вовремя.

И спустя месяц этот час настает.

На дрожащих ногах, едва дыша от волнения, я поднимаюсь в кабинет, чтобы впервые за столько лет увидеть проекцию отца и поговорить с ним.

— Солнце, послушай! — у самой двери Аджай нежно касается моих рук и смотрит так пронзительно, будто собирается загипнотизировать, — не нужно лишней информации. Сообщи, что ты в порядке, но без подробностей.

— Я не могу сказать, что вы...

— Об этом лучше умолчать. Пока.

— Но это мой отец! Неужели вы думаете, что...— я даже слов подобрать не могу.

— Лучше перестраховаться, милая.

— Вы подозреваете его?

— Мы не можем быть уверены ни в чем.

— Ладно. О Тайне я тоже хотела сказать позже, — соглашаюсь с мужем, очень надеясь на то, что он не прав на счет папы.

Только сейчас замечаю, что Аджай одет так же, как в нашу первую встречу. А я уже и отвыкла видеть их в чем-либо, кроме перевязи.

Слушаю треск, создаваемый волнами нужного диапазона, и не могу совладать со своим телом. Пятка отстукивает нервный ритм, а губы искусаны почти до крови. Нур и Аджай стоят позади, но меня не касаются. Было бы странно, если бы наемники трогали принцессу, стараясь успокоить.

Когда на стене возникает силуэт, задерживаю дыхание. Расплывчатые черты седого старика не заставляют трепетать мое сердце. Но когда слышу знакомую интонацию, на глаза наворачиваются слезы.

— Силия, каларинья!

— Па! — подаюсь вперед, чтобы обнять его, но вовремя вспоминаю, что это всего лишь картинка.

— Как ты, дитя мое? — поджав тонкие губы, он рассматривает меня, будто ожидает увидеть что-то страшное.

— Все хорошо! Скучаю!

— Ты можешь вернуться домой, каларинья. Я жду тебя.

Тон отца суховат, что скрипом отдает в районе сердца. Я ожидала более теплой беседы.

— А мама?

— Позже поговорим, принцесса. Собирайся, я жду.

— Это может быть небезопасно! — вмешивается Нур, скрежет зубов которого я слышала все это время.

— Я в состоянии позаботиться о безопасности родной дочери! — огрызается отец, и я чувствую напряжение, возникающее между мужчинами.

— Безусловно, — Аджай делает вид, что соглашается, — но мы имели в виду безопасность в космосе. В краях, где мы нашли вашу дочь, неспокойно. Мы просим вас позволить собрать сопровождение для принцессы. Пары кораблей будет достаточно.

Хмурюсь, глядя на Аджая, что он задумал?

— Вам виднее! — чеканит отец, — доставьте принцессу на Альвенту в ближайшее время.

Проекция исчезает, и я хлопаю глазами, глядя на черную стену.

И это все?

Мы не виделись столько лет, я могла умереть, а отец так скуп на эмоции? А может, он болен? Болен, и хочет, чтобы я поскорее вернулась на Альвенту потому что чувствует, что близок к смерти?

— Сирена, детка, ты слишком взволнована, — Нур притягивает меня за руку к себе и сжимает в горячих объятьях.

— Отец показался мне странным.

— Вот поэтому мы и не торопились с вашей встречей.

— Именно поэтому, я должна скорее увидеться с ним. Я чувствую, ему плохо.

— Он что-то скрывает! И, если до этого мы только предполагали, то сейчас убедились! Он не просто скучает по дочери!

— Мне нужно на Альвенту! — я отстраняюсь от Нура, раздраженно сопя. Почему они не понимают меня?!

— Сейчас это опасно! — Аджай касается плеча, но я уворачиваюсь, отмахиваясь от его руки. По вспышкам в глазах понимаю, что ему это не нравится, но и я недовольна их излишней осторожностью. Я могла быть дома еще несколько месяцев назад!

— Сколько еще ждать? — кричу я, всплескивая руками.

— Отец объявит о твоем возвращении. На фоне слухов о твоей смерти, это вызовет резонанс. И тот, кто желает тебе зла, обязательно даст о себе знать.

Мужчины оставляют между нами дистанцию, больше не предпринимая попыток меня усмирить. Но тон просто уничтожает. Говорят так, будто я несмышленое дитя.

— Я. Хочу. Домой.

Впившись в них глазами, сообщаю о своем желании. И пусть делают, что хотят. Меня ничто не остановит.

— На себя плевать, о дочери подумай!

Их последний аргумент просто выводит из себя. Таей манипулировать решили? Я нужна отцу! И не поведусь на эти манипуляции.

— Я! Лечу! Домой!

Шлепнув ладонью по столу, до скрипа стискиваю челюсти и выметаюсь из кабинета. Я все сказала!

Несколько минут мне требуется для того, чтобы успокоить колотящееся сердце. Кажется, еще мгновение, и мое возмущение выплеснется через уши, но я заставляю себя успокоиться. А через час, сцепив зубы, я иду просить прощения за истерику.

Мужчин нахожу в спортивном зале. Блестящая от пота кожа, бугрящиеся мышцы заставляют меня замереть в дверях с раскрытым ртом, но когда по залу прокатывается вибрация звериного рыка, вздрагиваю и подбираюсь.

Не сразу понимаю, что происходит, но вскоре глаза начинают различать слабое мерцание в воздухе, против которого и борются мои мужчины. Искаженное силовым полем пространство постепенно приобретает плотность, и когда вены на лице и шее надуваются настолько, что кажется, вот-вот лопнут, слышу облегченный выдох.

— Ты хотела что-то еще сказать? — Аджай промакивает пот с обнаженного торса полотенцем, нехотя глядя в мою сторону.

— Может быть, еще один ультиматум? — Нур отключает трубу, из которой вылетают те самые силовые шары, и обливает лицо водой из бутылки.

Глядя на них, мысли плывут, и я мгновенно забываю, зачем пришла. В голове лишь розовый дым, от которого хочется улыбаться. А еще хочется потрогать их божественно красивые тела, провести пальчиком по очертаниям мышц, лизнуть вену на шее...

— Сирена!

Вздрагиваю от громкого голоса и трясу головой, чтобы вернуть ей хоть немного трезвости.

— Я хотела извиниться...