Елена Золотарева – Тайна императора (страница 43)

От золотистого взгляда перехватило дыхание. Почему-то раньше я не замечала волнений по поводу предстоящего ритуала, а сейчас, чувствуя, как немеют пальцы и подкашиваются колени, едва могла дышать.

— Принцесса, твое платье безупречно, но ты не будешь против, если мы скроем тебя? — Фарос подошел сзади и прижался всем телом к моей спине. Его большие руки сошлись на моей талии, а дыхание коснулось выпирающего позвонка на шее.

Может, в бездну эти обряды? Останемся здесь! Я прикрыла глаза, отдаваясь томной неге, но меня быстро вернули на землю.

Тяжелая плотная ткань легла на плечи и Фарос ловко набросил капюшон на мою голову и опустил его пониже, чтобы спрятать большую часть лица.

— Это чтобы Ирим не смог увидеть меня?

— Да, малышка. Мы не можем дать ему тебя увидеть, а он, похоже, этого и добивается.

— Зная, что его жизнь слишком ценна для планеты, мы будем вынуждены взять его в семью.

— Помню, вы уже говорили об этом. То есть, я не смогу ему отказать?

— Сможешь. Но это отразится на Ману-ре. Существует баланс энергий, и он сохраняется, пока живы хранители энергий планет нашей галактики.

— Сбежал, узнав, что мы нашли наше солнце. А тут и праздник восхода Альвидары подоспел! В такой суете легко раствориться в толпе, а, чтобы его солнце тебя признало, будет достаточно увидеть тебя издалека. И это повышает вероятность того, что он станет третьим.

— Неужели он специально провернул все это?

— Вполне возможно. Кто его знает, какие мысли он крутит в своей голове.

Под ложечкой неприятно заныло, и я уже привычно прильнула к своим мужчинам, ища утешения.

— Надеюсь, обойдется, — тяжело вздохнула, суеверно скрещивая пальцы, — если он заговорщик, то его дело в тюрьме, а не рядом с нами.

Фарос взял мои переплетенные пальцы, усмехнулся, глядя на них, и поднес к губам, чтобы поцеловать.

— Знаешь, принцесса, я уже нив чем не уверен… Кажется, нас хотят убедить в том, что далеко от истины.

— В любом случае, ему не место рядом с Милой, пока он не будет оправдан. Мы не можем рисковать ею, Фарос, — вмешался Анвар хрипящим от недовольства голосом.

— Согласен. Прости, Мила, мы лишаем тебя возможности быть с частичкой своего солнца.

— Я его не знаю даже! Для меня не велика потеря. Не думайте об этом. Я люблю вас, и вас мне достаточно.

22. Дорога в облака

Волны бескрайнего моря, омывающего берега острова, на котором располагался императорский дворец, послушно притихли. То ли они повиновались силе мощной планеты, то ли растворились в свете ее красоты, никто не знал. Но такими тихими эти воды были лишь раз в году ­– в день восхода Альвидары.

Когда Анвар опустил часть стены, огромный ее шар завис посередине неба. Пурпурно-оранжевый, он напоминал огромную новогоднюю игрушку. Казалось, стоит протянуть руку, и удастся его коснуться.

— Предлагаю прогулку по воде! — Анвар загадочно улыбнулся, и не дожидаясь моего ответа, махнул рукой.

Внезапно вода забурлила, покрылась густой белоснежной пеной, загудела. Я и понять ничего не успела, как с глубины буквально выпрыгнул еще один сияющий шар и, оторвавшись от поверхности воды, взмыл ввысь, к нашему балкону.

— Карета подана, принцесса! — Фарос поцеловал меня в щеку и, крепко сжав ладонь, повел к странному транспорту.

Я пыталась замедлить шаг, чтобы рассмотреть это чудо, но мужчины меня поторапливали, ссылаясь на то, что мы и так надолго задержались.

Несмотря на то, что снаружи этот аппарат казался непрозрачным, изнутри было все прекрасно видно, разве что цвета немного искажались и море было не синим, а лавандовым. Пока я рассматривала устройство трехместной каюты, меня зажали между двух мощных жарких тел и как-то многообещающе замерли. Сердце, встрепенулось, понимая, что эти двое что-то задумали! И, судя, по порочным взглядам, это «что-то» будет связано с нашей первой брачной ночью.

Анвар, стоящий позади меня, положил тяжелые ладони мне на плечи, чуть сжал их и медленно повел вниз, а когда опустился до запястий, обхватил их пальцами и запрокинул мои руки к себе на шею.

— Обними меня, солнце, — это прозвучало так горячо, что я сглотнула, невольно прогнулась в спине, и пальчики тут же стали порхать по могучей шее.

Тем временем Фарос отбросил полу плаща и проник к ноге через разрез платья. Горячие губы коснулись колена. Нехитрая ласка, но отчего-то она заставила меня вздрогнуть. Сердце завелось и стало биться, как сумасшедшее. По мышцам потекло тепло, а низ живота стал наливаться тяжестью и приятной истомой.

Фарос поднял глаза и, не отводя их, коснулся языком кожи. Меня будто парализовало, и только кровь с гулким шумом текла по венам, разнося удовольствие.

Он касался теплыми губами нежной кожи на внутренней стороне бедра, а у меня от них появлялись мурашки, будто я вышла на лютый холод. Эти поцелуи менялись на легкие покусывания, и тогда меня бросало в жар. А когда его язык рисовал узоры, оставляя влажные дорожки на коже, я невольно дрожала.

— Кажется, это промокло. Снимем их…

Руки Фароса уверенно проникли под платье и, зацепив край трусиков, потянули их вниз. Он сам поднимал мои ноги, чтобы высвободить меня от ненужной детали моего свадебного наряда, а сняв, потянулся к небольшой кожаной сумочке, прикрепленной к его поясу сзади.

Прикрыв глаза, я не стала наблюдать за тем, как он бережно складывает промокшие и пропахшие насквозь моим возбуждением трусики, и только потянулась губами к мужчине, стоящему позади, как моего бедра коснулось что-то холодное.

Фарос все так же сидел у моих ног, чтобы продолжить ласкать их, вот только вместо теплого влажного языка была…анальная игрушка.

— Мы же опаздывали…— неуверенно прошептала я, проглатывая звуки, потому что холодный идеально гладкий металл уже скользил по ноге, добавляя масла в тот огонь, что пылал между нами.

Жар и возбуждение моих мужчин передавались мне, усиливая чувства. Я чувствовала спиной большой, готовый к сексу член одного, и видела перед собой, как сильно топорщились штаны в районе паха у другого. Я тяжело дышала и хотела сорвать с себя и плащ, и платье, чтобы свободно вздохнуть, но руки, сцепленные за головой сзади, Анвар отпускать не собирался. И, кажется, это вынужденное подчинение тоже заводило.

Застыв, я наблюдала за тем, как аккуратная вещица в форме капли с огромным блестящем камнем вместо рукоятки издевательски кружит по коже, подбираясь к лобку, и отмечала, что она уже не такая холодная, а прикосновения ее гладкой поверхности нежны и приятны.

— Ты хочешь попробовать нас двоих, Мила-я? — голос Анвара стал охрипшим, да и я не смогла ответить. Только кивнула, еще больше заливаясь стыдливой краской, — тогда расслабься, девочка. Разведи ножки в стороны.

Не чувствуя себя, я попыталась отвести ногу в сторону, но Фарос сделал это за меня. Он закинул ее к себе на плечо и шумно и глубоко втянул мой аромат.

— Видят боги, я держусь из последних сил! — он страдальчески выдохнул, и согретый теплом моей кожи металл коснулся влажных складок.

С губ сорвался тихий прерывистый стон, и я снова потянулась за поцелуем. Капюшон к этому времени уже окончательно слетел, поэтому я беспрепятственно поймала любимые губы.

Пока Анвар проникал в мой рот языком, пальцы Фароса вместе с игрушкой, растирали мою влагу, протягивая ее дальше, к месту для которого предназначалась игрушка. И когда ее кончик коснулся тугого колечка, я вся сжалась.

— Принцесса, я не сделаю тебе больно. Позволь…тебе понравится. Обещаю.

Фарос набрал еще смазки и стал кружить средним пальцем вокруг анального отверстия, пытаясь меня расслабить.

— Наша девочка любит, когда пальцы заполняют обе дырочки одновременно, — хищно улыбнулся Анвар. И да, он часто так делал и был абсолютно прав.

Но Фарос пошел еще дальше. Одновременно проникая в меня пальцами, он ртом до сладкой боли втянул клитор, вынуждая подчиниться, замереть и …расслабиться по-настоящему.

Через несколько секунд этого бесстыдства, когда язык одного жадно трахал мой рот, а пальцы другого безжалостно растягивали тугие отверстия, я совершенно забыла о смущении, отдавая свое тело во власть своих мужчин. Поэтому, когда игрушка, значительно превышающая в диаметре палец, стала пытаться проникнуть внутрь моей попки, я расслабилась, одновременно напряженно ожидая получить свое освобождение как можно скорее.

Но оно не приходило!

Тяжелая теплая штуковина, полностью погрузившаяся в меня, только еще больше доводила до исступления, а круглый камень, оставшийся снаружи и отчетливо ощущаемый между ягодиц, подталкивал мозг рисовать картинки того, как все это будет выглядеть, когда я буду стоять на четвереньках. Поэтому, когда Фарос отстранился, а Анвар выпустил из плена мои запястья, и оба мужчин попытались усадить меня в кресло, я буквально взревела от недовольства, обиды и разочарования.

— Вы что, меня вот так бросите? — нахмурилась, обещая про себя обязательно припомнить им за этот случай.

— Мы опаздываем, принцесса. Осталось мало времени, — ехидно улыбаясь, ответил Фарос. Ему явно нравился тот раздрай, который творился внутри меня, женщины, так яростно жаждущей секса.

— После церемонии мы твои навечно, Мила-я! — вторил ему мужчина, который должен был вскоре стать официально первым мужем.

— Значит вот как?! — я надулась, скрестив руки на груди и сама подошла к креслу, но тут же вспомнила про игрушку, торчащую в моей попе. Черт! Если при каждом движении она так явно ощущается внутри, то как с этой штуковиной сидеть? Да еще и ноги не свести, потому что там все распухло от желания! Хотя…