Елена Золотарева – Мужья для Эйры (страница 10)

— Власть, деньги, ресурсы? Хочешь сказать, ничего не изменилось?

Кай с сожалением пожимает бровями.

— Знаешь, во власти женщин все-таки есть резон. Они по сути своей более миролюбивы, чем мужчины. Поэтому стараются избегать масштабных войн. К тому же, они даруют жизнь, и посылать на смерть свои чада, изобретать оружие, которое погубит миллионы жизней, тоже не в их интересах. Поэтому, есть надежда, что Новая земля протянет дольше.

Горько усмехаюсь. Наверное, он прав. В исторических отчетах я читала, что женщины, руководившие племенами, ни разу не развязывали войн с соседями. При необходимости оборонялись, но сами не нападали. Видимо, здесь похожие правила. Хотя странностей хватает. Чего только стоит пренебрежительное отношение к рабам. Гея-Мать не создает впечатление милосердной женщины. Такая собственноручно снесет голову обидчику, и выпьет его кровь за упокой.

— Почему ты отказал ей?

Мой вопрос срывается с языка быстрее, чем успеваю сообразить, что делаю.

— Ты о ком? — Кай издевательски играет бровью, пристально глядя на меня.

— Ты понимаешь, о ком я! — поджимаю губы, злясь.

— Она не та, с кем я хотел бы провести остаток жизни. Такой ответ устраивает?

— То есть, сотня мужчин в ее гареме тебя не смущает?

Кай усмехается, а я снова плыву от бархатистого голоса, что тихим раскатом проносится по моей грудной клетке.

— Для мужчин на Гее в этом нет ничего предосудительного.

— А для тебя? — не унимаюсь я, твердо уверенная, что мужчина, переполненный тестостероном, не будет мириться с соперниками.

— Слишком много личных вопросов, капитан! — понимая, что зацепил меня своим нежеланием говорить, что я не отпущу его без ответа, Кай намеренно отходит дальше, делая вид, что беседы не было.

— И все же? — догоняю его и останавливаюсь в полуметре, но как только густой взгляд касается моих губ, понимаю, что напросилась.

— Наш поцелуй вчера…— почти шепчет он, а у меня мурашки ползут по спине, — тебе же понравилось?

Выкручиваю заледеневшие пальцы, в то же время отмечая, что лицо горит огнем.

— Можешь не отвечать. Я знаю, что понравилось. И убежала ты только потому, что испугалась, насколько сильно тебя это возбудило.

Он делает шаг, сокращая расстояние между нами до минимума, и я боюсь вдохнуть, иначе, мои затвердевшие соски коснутся его живота.

— Так вот…теперь представь, что удовольствие удвоится.

Он немного прищуривает глаза, и я невольно хватаю воздух, абсолютно не контролируя себя в его поле, что как магнит, вынуждает прильнуть. Горячая рука ложится на мою спину, и Кай легким касанием губ, словно бабочка машет крыльями, проходится по скуле.

— Разве можно лишать любимую женщину этого?

Мягкие губы едва прикусывают мочку, а меня словно молнией прошибает. Таких ощущений я прежде не испытывала, и, если их удвоить, вряд ли вообще выживу. Умру в экстазе. Это ли не счастье?

Дыхание Кая заставляет тело вздрагивать. Стоит ему хоть на сантиметр отдалиться, как я тянусь за ним, чтобы снова и снова ощущать эту будоражащую волну. Ладони упираются в твердую как металл грудь, и только эта часть меня еще пытается держать сопротивление. Остальная я – в его плену.

— Кай, — хрипло мычу, запрокидывая голову назад.

— Да, моя маленькая, — губы едва касаются тонкой кожи на шее, но она горит, будто по ней прошлись раскаленным лезвием.

— Не надо…

— Твое тело говорит об обратном, — успокаивающим тоном утверждает он, а я понимаю, что это чистая правда. Если он продолжит, если решится на большее, вряд ли я смогу отказать.

— Я больше не могу, — чуть ли не плачу я, держась из последних сил, чтобы не запустить пальцы в его густые волнистые волосы и потребовать настоящий поцелуй.

— Так отпусти себя, Эйра. Подари мне свою нежность.

Эта просьба напрочь стирает остатки благоразумия, и я поддаюсь желанию. Ладони быстро скользят по рельефным мышцам груди вверх, обнимают широкую шею и пальчики ныряют в волосы. Я притягиваю к себе мужчину, а он податливо наклоняется, и наши губы встречаются в мягком неторопливом поцелуе.

Мне не хватает воздуха, но я не хочу разрывать поцелуй. Голова идет кругом то ли от недостатка кислорода, то ли от перевозбуждения, но мне так нравится мое состояние, что, если бы нас кто-то прервал, моя месть была бы страшна.

Руки, сминающие мою спину, резко ложатся под ягодицы, и Кай отрывает меня от пола и усаживает на твердую теплую поверхность. Сам же вклинивается между моих ног, и то, на что я, краснея пялилась несколько минут назад, вжимается в мою промежность.

Поцелуй становится глубже, Кай заглушает им мои стоны. И, чем громче я дышу, тем яростнее его язык проникает в мой рот. Тяжесть между ног превращается в сладкое томление, и я подаюсь вперед, чтобы плотнее прижаться к его твердому члену. Слои ткани ничуть не притупляют ощущений, от которых разгорается пламя, и совсем скоро легкая пульсирующая волна прокатывается по телу.

Напор доктора становится тише. Пока я прихожу в себя, осознавая, что это был первый оргазм в моей жизни, который я испытала благодаря мужчине, он покрывает мое лицо поцелуями и кончиками пальцев рисует узоры на спине.

Пока не понимаю, как вести себя с ним дальше. Опыта общения с мужчинами у меня нет, опыта получения оргазмов тоже. С Таном я испытывала только тошноту, а уединиться, чтобы порадовать себя, было просто негде. Иногда мне снились эротические сны, и я просыпалась примерно в том же состоянии, в котором находилась сейчас. Тогда оно улетучивалось в миг, зато теперь, кажется, оно становится только гуще, намекая на то, что было бы неплохо повторить.

Облизываю пересохшие губы и напрягаю тело в попытке свести бедра, но Кай не позволяет. Он грубо сжимает колени ладонями и, удерживая их, опускается передо мной.

Я прикусываю ладонь, видя голову мужчины перед моей вагиной, и вцепляюсь пальцами в теплый камень перил, на которых сижу.

Мягкий язык скользит по промежности, собирая скользкий сок, а когда доходит до клитора, обводит его по кругу.

— Кай…— тянусь щекой к плечу, извиваясь от удовольствия, пока губы втягивают чувствительную горошину.

Когда Кай понимает, что сопротивления с моей стороны нет, он отпускает ноги, и наши пальцы переплетаются, делая момент еще более чувственным. Видеть то, с каким удовольствием мужчина ласкает меня, чувствовать его горячие мягкие губы, вздрагивать от касания бороды к нежным бедрам внутри, дорогого стоит. Даже в самых прекрасных снах я не была так счастлива.

Второй оргазм ярче, сильнее, и отголоски его я переживаю в крепких объятьях Кая. Моя щека прижата к его груди, и я млею от аромата чуть вспотевшей мужской кожи.

— Отлично смотритесь вдвоем! — звучит совсем рядом, и я подскакиваю на месте, автоматически поправляя одежду и растрепанные волосы. Мирт стоит в метре от нас, скрестив руки на груди, и рассматривает мои торчащие сквозь бархатистую ткань соски. — Вижу, вы уже нашли общий язык.

Дьявол! Как я могла о нем забыть?!

Я готова сгореть со стыда и спешу отстраниться от доктора, но тот крепче прижимает к себе. «Мы не станем прятаться. Ты только что стонала от моих поцелуев, и я не дам тебе убежать как вчера!» — читается в его взгляде. Нервно сглатываю, покорно принимая действительность, и прекращаю попытки ретироваться. Правда, перед Миртом неудобно. Пойти на свидание с одним и получить два оргазма от другого…вот это я дала!

— Мы тебя не ждали, — без агрессии, но с явным недовольством говорит Кай.

— Ты, может, и не ждал…

Кай вопросительно смотрит на меня, и теперь я точно готова провалиться в бездну. Если сейчас земля разойдется под ногами, я мысленно поблагодарю создателя за шанс смыться.

— Эйра? — строго смотрит доктор, требуя отчета.

— Что? — невинно хлопаю ресничками, притворяясь дурочкой, — я просто вышла на балкон, чтобы увидеть закат.

— Кто тебя научил лгать, капитан Эйра? — Кай разворачивает меня спиной к себе, заводит руки за спину и обхватывает тонкие запястья пальцами. Для него это не составляет труда, я слишком миниатюрна для такого крупного парня. Второй рукой он мягко сжимает подбородок и заставляет посмотреть на себя.

Сердце стучит в районе горла. Мне и страшно, и любопытно. Хочется возмутиться, но желание узнать, что будет дальше, сильнее.

— Скажи правду, ты хотела увидеть здесь его? — он бросает небрежный взгляд на Мирта, а после возвращает его мне, от чего снова становится жарко. Реакция на этих двоих такая острая, необычная, но, кажется, именно это мне и нравится.

— Да, — отвечаю беззвучно, но ответ читается по губам.

— Жалеешь, что вместо него здесь оказался я? — низкий рокот будоражит, заставляя замереть, словно маленький зверек перед хищником.

Мотаю головой, которая, кажется, тонну весит.

— Тебе понравилось, как я ласкал тебя?

Меня колотит так, что я едва держусь на ногах. Если бы не надежная опора за спиной, точно упала бы.

— Понравилось, моя трепетная, сладкая девочка? — настаивает Кай, крепче сжимая подбородок в своих пальцах.

Я зажмуриваю глаза, кусаю губы, абсолютно не контролируя себя, и честный ответ вырывается со стоном прямо в его губы, которыми он касается, но не целует.

— Вот теперь ты говоришь правду…

Доктор покрывает мои скулы медленными поцелуями, которые жгут кожу похлеще огня. Я превратилась в оголенный нерв, и не понимаю, как мое тело до сих пор выдерживает все это. Кажется, судьба решила отдать мне сторицей за то, что я упустила за тридцать лет.