Елена Золотарева – Королева-молния (страница 59)

Я-то думала, что он пытается ее остановить, но он ловко подхватил шубу и продолжил следовать за «мадам».

— Дорогой! Как я рада!

Я и понять не успела, как следы ее помады остались на шее Рика. Какой он ей дорогой?

— Я тоже, Жюли! Познакомься, мои спутницы: Виктория, дочь Шторма, и Лорен, из ваших.

Откуда он знает эту шлюху?

— Уф! Хороша! — она окинула меня оценивающим взглядом и присвистнула.

Какого дьявола происходит? Что значит «хороша»? Мы попали в бордель?

— Рик? — мне срочно требовалось опровержение страшной догадки.

— Это моя кузина. И хозяйка отеля, — улыбнулся Рик, глядя на мои перепуганные глаза.

— Милый, все номера и правда заняты. В Брюсселе какая-то конференция, уже неделю заполняемость сто процентов.

— Мансарда… — выглядывающий из-под рыжего меха бел-бой боязливо перебил хозяйку.

— Ты хочешь сказать, чтобы я поселила своих гостей на чердаке? — черная бровь взлетела, обещая суровое наказание за самодеятельность.

— Подойдет! — благодарно кивнул Рик.

— Тебе может и подойдет, но девочка замерзнет. Там нет отопления. И ванной.

— Камин, — снова влез парень.

Жюли виновато взглянула на кузена.

— Ты еще таз вместо ванной предложи, дурень!

— Все в порядке! — поспешил успокоить ее Рик.

— Не так хотела бы я вас встретить! — извиняясь, улыбнулась хозяйка.

— Все в порядке! Нас устроит и это! Утром мы уедем.

— Дайте ключи от мансарды! — приказала она, — а для Лорен у меня есть заманчивое предложение! Через пару кварталов вниз открыли новый клуб…

— Наконец я смогу расслабиться и отдохнуть от этого деспота! — Лорен торжественно вскинула руки, косясь на Рика, и закинув руку на плечо Жюли, повела ее на выход.

А как же я?

Она же меня любит!

Стоп! Я ревную?

Ревную… Хотя, и не имею никакого права делать этого. Сама-то хороша! Люблю Рика, а ревную Лорен к другой женщине… Во всем виноват мой врожденный эгоизм. Подумаю об этом позже…

По старой скрипучей лесенке мы поднялись на третий этаж, и все это время я ждала, что она вот-вот сломается под нами. Но на чердак вела еще более ветхая. Рик уверенно ступал, неся наши сумки, а я боязливо следовала за ним шаг в шаг.

Комнатка впечатляла своим небольшим размером, но удачно вмещала в себя односпальную кровать, на полу у которой лежала бурая медвежья шкура, и небольшой камин с дымоходом, украшенным странными животными: с головой лошади и хвостом льва, или пастью тигра с крыльями вместо лап… Окно было заколочено досками. Но даже так каморка выглядела уютной.

По совету Рика я успела принять душ в самолете, и даже переоделась в свежую одежду, что при отсутствии ванной в так называемом номере было весьма кстати.

— Тебе нужно поспать.

С лицом, не принимающим возражений, Рик открыл узкий шкаф и достал с верхней полки одеяло. Спорить не было сил. Мне действительно хотелось спать, даже после часовой дремы по дороге из аэропорта.

— А ты?

Я оглядела узкую кровать. Если бы мы были парой, то, прижавшись друг к другу, вполне уместились бы на ней.

— Я в порядке, — не глядя на меня, Рик принялся разжигать огонь.

Ну и сиди на полу сам! Обнимай медведя!

Стоило мне лечь, и сна как ни бывало. Он был слишком близко. Настолько, что я чувствовала его тепло и слышала, как он дышит. И с каждой минутой внутри меня все сильнее разгорался нетерпеливый зуд, требующий унять его хотя бы поцелуем. Я силой воли заставляла себя не крутиться, чтобы Рик не заметил моего беспокойного состояния, но он сидел на шкуре у камина и читал книгу! Да еще не какую-нибудь, а «Архитектура Средневековья». Это шутка? Эй! Здесь вообще-то я лежу!

— Почему не спишь?

Захлопнув тяжелую обложку, Рик оперся локтем о край кровати.

Что ему ответить? «Хочу, чтобы ты меня поцеловал?»

— Хочешь… — от низкого голоса перехватило дыханье, — прогуляемся по городу?

Вот черт! Прогуляемся по городу! Всего-то?

— Хочу.

Лучше бесцельно побродить по ночным улицам, чем истязать себя.

Мы петляли по узким улочкам, иногда пересекая каналы по подсвеченным мостикам, я наслаждалась, вдыхая влажный воздух, смешанный с ароматом моей любви. И пусть она была грустной, но мне хотелось запомнить эти минуты.

А еще мне хотелось, чтобы он взял меня за руку, но Рик шел хоть и близко, меня не касался.

Иногда нам встречались компании подвыпивших парней, кто-то горланил песни на французском, кто-то просто громко смеялся, но все непременно улыбались нам, даря ощущение безопасности.

— Рестораны уже закрыты, но рядом с площадью есть палатка с устрицами. Ты любишь устриц? — Рик остановился, преграждая мне путь.

— У тебя же есть целое досье на меня, включая вкусовые предпочтения!

— Есть. Но об устрицах там ни слова.

— О!!! Пусть тогда у меня останется хоть одна тайна! — рассмеялась я, пытаясь обойти его.

— Так мы идем? — шутливо прищурился Рик.

— Идем! Но не за устрицами. За десертом!

Напряжение, которое я ощущала последние несколько часов рядом с ним, наконец, спало, и я свободно вдохнула.

— Значит, идем за десертом!

Главная городская площадь встретила нас яркими огнями и десятками фотографов, расставляющих штативы. Взглянув на здание, похожее на огромный торт со свечкой, я узнала место, в котором находилась.

— Брюгге? Серьезно? Как в том фильме? И мы залегли на дно?

— Что ты имеешь против Брюгге?

— «Если бы я вырос на ферме и был дебилом, мне бы в Брюгге понравилось…»

— Только не говори, что это твой любимый фильм! — Рик так открыто смеялся, что внутри становилось тепло и радостно.

— Опять прокол с досье! Джо фанател от Колина Фаррелла и постоянно смотрел фильмы с ним. Мне, знаешь ли, пришлось выучить…

Мы впервые смеялись громко и открыто, и я жадно ловила каждую секунду, каждое мгновенье, боясь, что такого больше не повторится.

Пока Рик уговаривал официанта из закрывающегося ресторана продать нам пару порций еды, я рассматривала картины бродячих художников, которые спешили убрать свои холсты и разбрестись кто по домам, кто в паб.

— Заброшенный замок на западе Франции, 300 евро. Все средства, собранные от продажи картины, пойдут на его восстановление, — просто одетая европейка, со следами масляных красок на пальцах, пыталась вызвать жалость китайских туристов, и с такой тоской смотрела на свою картину, что это привлекло и мое внимание.

Необычная крепость, больше похожая на дворец, была практически полностью разрушена, у нее не было крыши, ров вокруг замка был заполнен мутной водой, напоминая болото, а из окон росли деревья. Но это делало его только прекраснее…

— Бельгийская картошка, колбаски и пиво! — Рик протянул мне огромный бумажный сверток, из которого доносились такие запахи, что желудок громко порадовался урчанием, и я даже забыла о том, что рассматривала картину.