Елена Золотарева – Королева-молния (страница 50)

Как все это понимать? Сам Рик говорил, что в городе магов я в безопасности, что вампиры охотятся на меня, а отец, хочет забрать к себе. И теперь он сам готов меня отдать ему…

— Я служу вампирам. В нашем мире, как и у людей есть разведка, двойные агенты и прочие люди, добывающие информацию и козыри. Когда вампиры узнали, что дочь Шторма найдена, кланы раскололись. Одни были за то, чтобы вернуть тебя в дом, другие не хотели допускать в клан полукровку. Пока между ними шла война тебе нужно было находиться в безопасности. И лучшим местом был город магов.

— Почему вы не избавились от Альберто сами? Он угрожал мне! Он хотел использовать меня!

— Мы не можем убивать тех, кто не приносит явной угрозы чьей-то жизни. Да, он мерзкий, но не убийца. Законами кланов запрещено причинять вред друг другу.

— Но я убила…

— Ты была вынуждена защищаться. Тем более, что на твоих глазах он посягнул на жизнь Макса.

Вспоминая распластанное тело в луже воды и крови, стало не по себе. Озноб прокатился по спине, а желудок сжался в тугой узел.

— Макс жив, хоть и в ужасном состоянии. Вампиры успели выкрасть его, прежде, чем люди Элен ввели бы ему умертвляющую сыворотку.

— Хочешь сказать, что вампиры — порождение ночи и дьявола гуманнее магов?

— Вампиров слишком мало, поэтому для них ценен каждый, в ком есть их кровь. Теперь, когда у власти сторонники кровных уз, каждый из нас, полукровок, под их защитой.

Я не верила своим ушам. Разбудите меня кто-нибудь! Скорее!

— Теперь все вопросы решены. Рядом с отцом ты будешь в безопасности.

— Он отказался от меня…

— Он был молод. Ему пришлось сделать это под давлением правящего клана. Тех, кто и еще полгода назад отказывался принимать тебя в семью. Теперь их нет. Отец ждет тебя.

— Выходит, ты женился ради моего спасения? Чтобы в этот день меня могли выкрасть?

— Это не было свадьбой. Церемония посвящения в братство капель. Я точно знал, что кроме пары человек, присутствующих на церемонии, этот я зык не понимал никто. Но Элен думает, что мы женаты. И мне придется создавать видимость этого брака. Какое-то время.

— По-настоящему? — я вспомнила укусы на шее Элен, то, как она целовала его в день свадьбы, как приглашала прийти, чтобы посмотреть на их первую брачную ночь…

— Пусть тебя это не тревожит, — отворачиваясь к окну, ответил Рик.

Значит, по-настоящему.

Легко сказать: «Пусть тебя это не тревожит». Ведь жить с этим мне. Мне каждую ночь засыпать с мыслью о том, что где-то в городе магов Рик «создает видимость брака» с Элен, ложась с ней в одну постель. А уж она-то своего не упустит. Как вспомню ее многообещающие виляния бедрами перед Риком на вечеринке Лорен, так словно получаю удар в сердце. А поцелуи на свадьбе! Пусть Рик и был отстранен и холоден, но она… что творила она! Я думала, ее язык из ушей Рика вылезет, а потом она сожрет его голову. Ее руки клеймили каждый сантиметр его тела, оставляя метки «он мой». И, если она при людях вытворяла такое, что же происходит в их спальне, когда нет сотен пар чужих глаз?

Хватит! Прекрати думать о чужом муже! Пусть даже и фальшивом. Ночи у этой парочки будут самые настоящие.

Лучше подумай, что будет, когда ты попадешь к вампирам!

В городе магов я узнала, что такое жажда власти и холодный расчет. И что-то подсказывает мне, что вампиры более изощрены в способах достижения своих целей.

Не нужна дочь — они выбрасывают ее из своей жизни. Понадобилась — подсылают двойного агента и забирают ее обратно. Игрушка. Маленькая, хрупкая и безмолвная.

Пусть Рик пытался разубедить меня в том, что отец отказался от меня, допустим, что его действительно вынудили сделать это. Но почему все так резко изменилось? Почему целых двадцать лет я была не нужна, и за мной лишь присматривали, а теперь, когда моя сила проявилась, я снова стала нужной?

Как мило, папочка!

— Мне нужно уйти на пару дней, — низкий тихий голос за моей спиной, отвлек от размышлений.

Рик стоял позади меня, и я чувствовала его дыхание на своих волосах. Он был так близко, но между нами оставалось несколько сантиметров. Я чувствовала, как вибрирует воздух между нашими телами, как они притягиваются, словно два магнита… А, может, мне просто хотелось это чувствовать.

Если обернусь, я не устою. Мои губы сами потянутся к нему, руки лягут на жаркие твердые плечи, и я не отпущу его ни на пару дней, ни на секунду. Но я не имею права на этого мужчину. И я не имею права на слабость, тем более, что передо мной человек, идеально выдававший себя за своего в городе магов, в то самое время, пока состоял на службе у вампиров. Двойной агент. Где гарантия того, что все эти вздохи и признания, взгляды и поцелуи не очередной план?

Никому. Нельзя. Верить.

Я с трудом сделала первый шаг, чтобы разорвать это притяжение. Спустя несколько шагов, мне стало легче дышать, и я вернулась на свою кровать.

— Вокруг дома я поставил защиту. Никто не сможет пройти сквозь нее, кроме Лорен. Она присмотрит за тобой.

Надо же! Он позволил Лорен присмотреть за своей игрушкой… А еще посадил игрушку в вольер, где вместо решеток — защитные кольца.

Я равнодушно накрылась с головой голубым стеганным одеялом и отвернулась к стене.

— Дрова на крыльце. Я не стал заносить их в дом, слишком мало места. В погребе еда. Вам должно хватить.

Надо же, какая забота! Игрушка не должна голодать.

— Не забывай пить отвары. Я сложил нужные травы в банку. Вместо чая пей их.

Конечно, ведь игрушка должна быть здоровой.

— Спальный мешок и теплая одежда, на случай, если похолодает, сложены в углу, — его голос был. виноватым? Или мне так показалось? — Будь осторожна! Я скоро вернусь. А ты подумай…

Рик немного постоял молча. Моя спина зудела от его взгляда, еще немного, и меня начнет потряхивать. Но Рик сделал несколько шагов по скрипучим половицам, распахнул дверь, еле держащуюся на проржавевших петлях, и вышел.

Напряжение камнем свалилось с плеч, и только теперь я смогла вздохнуть спокойно.

У меня есть всего пара дней, пока Рик будет чем-то, а скорее, кем-то, занят. Убежать я не смогу — защитные кольца, поставленные им, не выпустят меня. Но ведь я тоже могу установить свою защиту. Такую же, как делала Ольга. И тогда уже Рик не сможет войти в мой круг. Так я хотя бы выиграю время. А там, глядишь, и придумаю что-нибудь. В конце концов, призову на помощь Алису, или постараюсь найти выход сама. Вопрос один: как установить защитное кольцо?

Ольга хранила все свои ведьмовские штучки в сундуке под обеденным столом, но, наверняка, самое необходимое она забрала с собой.

Я подорвалась с места, но, запутанная в одеяло, оступилась и с грохотом упала на прогнившие доски пола. Подо мной что-то хрустнуло, в бедро впились трухлявые обломки, а кожу обдало прохладой и сыростью.

Впиваясь ногтями в доски, и распластавшись, чтобы не провалиться, я отползла на уцелевшую часть пола. Черт! Мои приключения когда-нибудь закончатся? Или я скоро получу прозвище вроде «Вика — 33 несчастья»?

Почувствовав под собой твердую прочную поверхность, я медленно встала на четвереньки, дотянулась до корявого огарка свечки, стоящей у окна.

Темнота подполья манила сильнее, чем страх, отталкивающий от этой мрачной дыры. Я была уверена, там есть нечто, что поможет мне!

Желтый свет свечи, подрагивающий от сквозняка, осветил маленькую комнатушку. Она больше походила на каменный мешок, но украшенные рунами стены гранитная плита, выполняющая роль стола и книга в черном кожаном переплете, подтвердили мои догадки. Я нашла потайную комнату!

Времени на раздумья не было. Я должна обследовать ее, тем более, что ничего опасного, на первый взгляд, там не было. Ну что может быть в рунах или книге? Это ведь просто картинки, просто буквы, просто слова…

ГЛАВА 40

Подвал был слишком глубоким. Если у меня и получится спрыгнуть, не сломав ноги, то вылезти из него мне будет точно не по силам.

Вспомнив, что у дома стоит приставная лестница, с помощью которой Рик поднимался на крышу нашей лачуги, я решила воспользоваться ею.

Пока я воевала с тяжелой, наскоро сколоченной лестницей, которая никак не поддавалась мне, и только вонзала в кожу ладоней десятки заноз, снова начался ледяной дождь.

Лес вокруг затих, а мое кряхтение и тихие маты нарушали пение мелких капель дождя, ударяющихся об оцинкованное ведро, стоящее у крыльца.

Когда ненавистная лестница, наконец, была в доме, порывом ветра захлопнуло дверь, и я почувствовала, как сильно похолодало. Надо бы разжечь печь. Хотя, еще не так холодно, потерплю немного. Главное — узнать, что в той комнате.

Сломать острые края деревянных досок, мешающих опустить вниз лестницу, не составило труда. Стоило лишь немного надавить, как с них посыпалась труха, и острые края отвалились.

Прихватив пару свечей, я спустилась в тайное место, и наконец, отряхнула руки от грязи и деревянной пыли. Пронзенные занозами ладони горели, но мне было уже все равно!

Стены тайника были выложены из обломков серых горных пород. Черная копоть и густая паутина наводили больше ужаса, чем темнота. Благо, пауков я не заметила, иначе, весь мой интерес исчез бы в мгновение ока.

Крошечная комнатка, два на два, не более, с небольшой нишей в стене, в которой стояла толстая книга темным корешком наружу, масляная лампа, деревянная резная шкатулка и пучок засушенной лаванды, перевязанной черной атласной лентой.