Елена Золотарева – Королева-молния. Собирая сердце. Вампиры (страница 42)

— Думала, я прощу тебе все это? — пощечина прилетает так неожиданно, что мое ватное тело не успевает отреагировать. Я понимаю, что меня окружили прозрачной материей, которая затрудняет не только движения, но и тормозит мозг. Только вот на мой природный дар это не действует. Искры образуются даже без моей воли. Они срываются с кончиков моих пальцев, немного блуждают в вязком пространстве вокруг меня, но все же прорываются сквозь него, устремляясь к Элен.

Падающий тенью с небес, Рик закрывает ее собой, но несколько посланников моей ненависти все же успевают коснуться ее лица, оставляя глубокие красные отметины. И я понимаю, что Рик нарочно сделал это: сохранил жизнь, но позволил изуродовать.

— Ее должны судить! — пытается объяснить мне свое решение сохранить ей жизнь.

— С каких пор тебя устраивают вторые роли? — рычит, кривясь от боли некогда красивая женщина, — зачем ты защищаешь ту, что не выбрала тебя? Она предала вашу любовь! Слышишь?

Элен трепыхается в его руках, а я вижу напряженные мышцы, удерживающие хрупкое тело, и меня сжирает ревность. Это не нормально! Это делает больнее не меньше, чем начавшаяся борьба.

Рик не отвечает. Как обычно, он выше всех эмоций, его взгляд уверенный и цепкий. И уже не направлен на меня. Будто ему плевать на слова Элен, которые по сути являются правдой. Если он меня все еще любит, конечно…

Тут же я понимаю, что чувства, тщательно утрамбованные поглубже в сердце, прорвались, и я рискую снова скатиться в никому ненужные страдания. Это прошло. Все прошло. Любви больше нет.

Элен затихает, ее тело дрожит от боли. Пока она не восстановит силы, Элен не представляет опасности, и Рик словно тряпку, отбрасывает ее в сторону, чтобы броситься на помощь Лорен. Та в образе волка истекает кровью, но вгрызается в бок одного из магов.

Я вижу, как Янина и Ники пытаются сдержать группу врагов, которые еще не переступили черту. Их лица напряжены, лбы покрыты испариной, губы сжаты в тонкие линии. Но благодаря их стараниям, вампиры могут по одному выводить из строя магов, не причиняя им смертельного вреда. Я хочу помочь друзьям, я выбираюсь из ослабевшего магического кокона, бегу в их сторону, но замираю.

Макэйо и Зехир уничтожают друг друга в рукопашном бою, и эти звуки ломающихся костей, тяжелых стонов, выбиваемых кулаками, и горящих красных глаз, пугают настолько, что мое сердце замирает. Я вижу, как Зехир успевает вытащить нож Макэйо. Тот самый, в котором его жизнь. И я хочу перехватить его, подсказать мужу, что он в опасности, но дьявол успевает отбросить его подальше, в сторону Элен, прежде чем, его взгляд гаснет.

Макэйо руками отрывает его голову от тела, которое мгновенно превращается в дым. Мак рычит, подняв руки к небу, будто благодаря бога за помощь, и кровь с его рук исчезает. От предателя не остается и следа.

Очнувшаяся белобрысая гадина, рывком бросается к ножу. Знакомая с традициями вампиров и магов, секунду оценивает обстановку, и делает вывод, что в этом клинке сила Рика, стоящего в паре шагов от нее. Бегающий взгляд выдает ее замысел. Она не раздумывает, не сомневается. Поднимает руку и пускает смерть в его сердце.

— Рик! — кричу, испугавшись, что он пострадает.

И на моих глазах Макэйо сжимает плечи Рика, чтобы оттолкнуть от беды, которая вонзается уже в его сердце.

— Мак… — сдавленно шепчу, чувствуя, как голову сдавливает тисками.

Макэйо замирает, и его взгляд ищет меня.

— Мак! — спотыкаясь лечу к нему, чтобы…чтобы…

Понимаю, что я ничего не могу сделать…

— Не-е-ет! — реву, пытаясь удержать оседающего на пол вампира.

— Виктория… — читаю по губам, — моя Виктория…

Слезы льются по щекам, я не в силах сдерживать их. Макэйо бледнеет на глазах. Я обнимаю его лицо, кладу его голову на свои колени, а он целует мои запястья, будто прощается.

— Я всегда с тобой. Моя Колыбель Океана. Моя жизнь. Моя душа.

Его глаза устремляются в небо, превращаясь в голубые льдинки. Последний выдох касается моей щеки…

Я прижималась к нему, гладила волосы, водила пальцами по прохладным щекам, но Макэйо больше не смотрел на меня. Сначала думала, это мои слезы, но когда пальцы погрузились во что-то влажное, поняла, что тело Макэйо превращается в пар. Холодный и густой он пах солнцем и морским ветром. Так же как когда-то Макэйо. Я всматривалась в очертания крупного тела, не понимая, как он может растворяться на моих глазах. И слышала неистовый рев, который, как оказалось, издавала сама.

И вот часть меня ушла. Макэйо больше нет, но и меня прежней нет. Это были мои до и после.

Втянув поглубже последние капельки пара, я будто получила его силу, его благословение. И теперь должна была стать достойной его — человека, которого выбрала себе в мужья.

Внутри стало слишком тихо. И сомнений в том, что я должна прекратить эту бойню, больше не было. Не вставая с колен, которые еще ощущали тепло Макэйо. Я закрыла глаза и пустила разряд в сторону тех, кто пришел с войной. Нужно было сделать это сразу.

Никогда не чувствовала себя настолько сильной. И отдавала эту силу, чтобы уничтожить тех, кто убил мою любовь. Перед глазами сияли мои молнии, я видела каждого, чья душа устремлялась в небо. И все ждала, когда же замечу, что и Элен отправляется в преисподнюю.

Пронзительный крик прорвался сквозь звон в моих ушах, и я, наконец, увидела то, чего ждала. Темное пятно взмыло в воздух, отравляя собой все вокруг, и метнулось обратно к телу, что было надвое разодрано…Риком.

Он сделал это. Не я. И пусть. Макэйо отомщен.

***

Мне снилось море. Северное, холодное, пугающее.

Я стояла на берегу высокого обрыва. Шаг, и меня поглотит эта бездна. Я хотела туда. Но она не принимала.

«Твоем место среди живых» — бездна шептала голосом Макэйо. Я соглашалась, но продолжала смотреть на черную воду, будто в ней жила моя душа.

— Возьми это.

Рик не поднимал на меня глаз. Стоял с опущенной головой, держа на открытой ладони клинок с инициалами РЛ. Ричард Линдсей. Вещь, в которой была заключена его сила. Его жизнь. И сейчас он передавал ее в мои руки.

— Я больше не могу так жить. Без тебя не могу. С тобой не позволяешь ты. Реши мою судьбу.

Я коснулась ледяной стали пальцами, представляя, как она легко проникает в плоть. Точно в масло. Рик замер и наконец взглянул мне в глаза. На прощанье.

— Прощай, — шепнула, утопая в черных зрачках.

И вонзила нож в себя.

Эпилог

Несколько месяцев спустя.

— Виктория! Милая, просыпайся! — Кэсси распахнула окно пуская в комнату солнечный свет и морозный воздух, — ух! Сколько снега! Сейчас бы в лес! — мечтательно пропела тетушка.

— Ну так и давайте все отменим!

— Как же, отменим! — хмыкнула, присаживаясь на край кровати, — подружка твоя всех швей загоняла, наряды тебе готовила.

Узнаю Янину. Я цокнула языком, подкатив глаза. Эти смотрины мне порядком надоели. И хоть отец сказал, что замуж выходить мне не обязательно, но делать вид, что рассматриваем кандидатов просто необходимо для репутации.

После того эпичного сражения моя сила пропала. Впрочем, как и память. Медики сказали, что так бывает, если мозг считает, что стресс слишком силен и может негативно отразиться на психике. Поэтому, он как заботливый хозяин, прячет негативные воспоминания, давая жить без тяжелых эмоций.

Зато оставила мне маленькое благословение, которое мирно росло в Колыбели Океана, дожидаясь часа своего рождения. Это была частичка того счастья, о котором я, к сожалению, забыла, единственное, что осталось от моего мужа, погибшего в том же бою. Мужа я тоже не помнила…

Несколько месяцев я лежала без сознания. Мое тело было помещено в хрустальный гроб, такой же, в котором была похоронена королева Шарлин, даже после смерти излучающая силу. Моя же после всплеска невероятной силы, уничтожившего почти всех врагов на крыше вампирского замка, постепенно угасала, пока не исчезла вовсе. Но сразу после тех событий, мало кто мог находиться рядом — всех било током. Малышку, что росла во мне, спасло только чудо. И руки человека, оставшегося неизвестным. Он единственный рискнул жизнью дотронуться до меня и остался жив, даря жизнь и моей крохе. Жаль, что ее отец не увидит рождения своей дочери.

Зато сейчас я была безопасна для всех.

— Кто там у нас сегодня? — кажется, я познакомилась уже со всеми отпрысками именитых семейств магов и вампиров, но так и не нашла того, рядом с которым мое сердце забилось бы чаще.

— Неужели забыла? — Кэсси скорчила такую гримасу, будто я должна была помнить расписание, — сегодня ужин с главой магов. Ричард Линдсей. Полукровка. Не женат и не был! — последнюю фразу выделила особо.

— Оооо, — заныла я, — очередной индюк, так и не сумевший подобрать идеальную даму для столь важного себя?

— Я бы на твоем месте не спешила делать выводы. Между прочим, он лучше всех подходит тебе по статусу!

— А, — отмахнулась от тети, вставая с кровати на теплые шкуры, — у тебя все хороши. Вот и вышла бы хоть за кого!

Тетушка покачала головой, и поплелась открывать дверь, в которую должны были вот-вот постучать. Я тоже научилась это чувствовать.

— Для королевы Виктории, — послышался девичий голос, а за ним шлейф любопытства.

Тетушка вкатила тележку, на которой стояла огромная корзина полная белоснежных цветов.

— Подснежники? — в восхищении я сложила руки на груди, не веря глазам. Здесь была устроена настоящая поляна из живых цветов, которые вместе с землей поместили в низкое плетеное лукошко. Снег прикрывал тонкие стебельки, а под ним светились розовые и фиолетовые головки крокусов.