Елена Золотарева – Королева-молния. Собирая сердце. Вампиры (страница 38)

— Замок защищен. Все, кто находится внутри в безопасности. Это все, что тебе нужно знать.

Крепко прижав к себе на прощанье, Мак поторопился уйти, поручив меня бабушке и тете.

— Кэсси! — закричала с порога на тетушку, нервно перекладывающую с места на место шкатулки с украшениями, — что происходит?

Вместо истерики и слез, красивая вампирша вытянулась в грациозную струнку, подняла кверху свой изящный носик и улыбнулась.

— Свадьба, дорогая. Сегодня твоя свадьба!

Игнорируя мои вопросы, Кэсси ловко маневрировала между приглашенными мастерами, готовящими образ невесты века. Моя комната превратилась в гудящий улей, в котором не было место страху, опасениям, только суета, блеск бриллиантов и бесконечные вспышки.

В конце концов, если бы нам всем грозила опасность, свадьбу, наверняка, отменили бы. Этой мысли стало достаточно, чтобы успокоиться, и я выдохнула, отдаваясь в руки профессионалов.

Глава 49

Стоя у высокого зеркала, приставленного к стене, я видела прекрасную девушку, чей блеск в глазах отражал россыпь бриллиантов. Но это не счастье сияло.

Теперь, когда пути назад уже не было, я понимала, что не так я представляла свое счастье. Ум дотошно доказывал, что все идет как надо, что я сделала верный выбор, что именно такое положение дел принесет мне счастье и покой в будущем, но сердце…

Оно страдало. Не по Рику. По тем чувствам, что мне довелось испытать к этому мужчине. Это было похоже на катание на огромных качелях над обрывом: захватывающе, страшно и прекрасно одновременно. Но разве можно жить в этом эмоциональном раздрае всю жизнь? Рано или поздно эта буря чувств улеглась бы, любовь к нему стала пресной, скучной. А глаза бы открылись. Я бы увидела истинное лицо человека, которого считала идеалом. И как бы больно было признать, что идеалом-то он никогда и не был.

С Макэйо все по-другому. Во мне не бушует ураган страстей, я спокойна и рассудительна. Мне приятно его общество, он внимателен, заботлив и добр. А что касается постели…даже не думала, что мне настолько может понравится происходящее.

Мак не настаивал, но каким-то чудом подводил меня к тому, чтобы я показала, чего же хочу. Раскрепощал меня, заставляя себя чувствовать то нежным цветком, то ядерной бомбой. Он постепенно вовлекал меня в игру, в которую играют двое, и мне это безумно нравилось. Только вот пока обменяться кровью я была не готова.

— Уверена, гости со стороны жениха будут в восторге от твоего платья, — Кэсси еще раз разгладила шлейф, и ее лица коснулась радуга.

Я выбрала синий — цвет родного дома Макэйо. Мне захотелось сделать это, потому что я как будущая королева не смогу взять его титул, фамилию. Он не заберет меня от отца, и я не стану частью его семьи официально. Я навсегда останусь Шторм, дочерью правителя вампиров и королевой объединенных миров. Это не я буду при нем. Он при мне. Поэтому мне хотелось отдать дань уважения его происхождению и решимости стать вторым после меня.

Темно-синий бархат мягко, словно океанские волны, обнимал фигуру. Неглубокий вырез на груди служил каймой для чудесной Слезы Океана, которую я надела так же в знак почитания семейных ценностей герцога Пацифики. Россыпь алмазной крошки точно звезды на вечернем небе блестела, собираясь в созвездия, а книзу сияла метеоритным дождем, сплошь покрывая ткань.

Отец, наблюдавший за сборами, тихонько сидя в углу моей комнаты, наконец, встал. Слуги и родственники мгновенно расступились, давая дорогу главному из вампиров, и с благоговением смотрели на то, как отец любуется дочерью, мысленно благословляя ее на счастливую жизнь.

— Как жаль, что твоя мама не с нами.

Я опустила глаза и задержала дыхание, чтобы сдержать слезы. Мамы действительно не хватало, но жизнь так устроена…И я благодарна за то, потеряв мать, мне хотя бы позволили обрести отца и человека, с которым я навечно свяжу свою судьбу.

— Будь счастлива, дочь моя!

Отец крепко сжал мои плечи, и я точно видела, как его глаза заблестели и в уголках скопилась влага. Чтобы не показать мне свою слабость, он обнял, прижимая к груди, поцеловал в лоб и жестом подозвал помощниц.

Девушки подошли, неся на шелковой подушечке белоснежного цвета бриллиантовую тиару. Стройные ряды прозрачных камней венчал огромный сапфир, сияющий как океан под бликами утреннего солнца.

— Мы случайно встретились на Мадагаскаре, — начал отец, с тоской глядя на камень, — твоя мама, одетая в джинсы, кеды и вооруженная маленькой лопаткой и ломом, бежала на автобус. Группа, с которой она должна была ехать на поиск месторождения, уехала, забыв ее в магазине у вокзала. Такая взволнованная, расстроенная и божественно красивая, она чуть ли не плакала, когда водитель закрыл двери прямо перед ее лицом, и моргнув фарами, помчался в горы. Я предложил подвезти ее, и она, нехотя, согласилась. Каждый день я караулил автобусы, пребывающие из того поселка, а она никак не возвращалась. И вот в одно утро старый чадящий «бычок» показался на дороге и мое сердце остановилось. Я знал, что увижу ее. И больше не отпущу.

— Папа! — слезы лились ручьем, и было плевать на макияж, краснеющие глаза и припухший нос. Это такая же история моей семьи, как и сегодняшняя свадьба. История несбывшейся несчастной любви, которая, дай бог, станет последней в нашем роду.

— Ирина подарила мне тогда этот камень. Огромный неотёсанный булыжник, который я хранил много лет, оказался сапфиром, — папа взглянул на диадему и, удобно перехватив ее, занес над моей головой. — «Фамильная драгоценность!» — заливисто, как колокольчик смеялась твоя мать, целуя меня.

Бриллианты, ровными дорожками собранные в форму простого низкого кокошника, легли на мою голову, и помощницы мгновенно закрепили тиару, молчаливо отступая.

— Семья — это самое ценное, что есть в нашем мире. Береги ее…

— Пора, — шепнула Кэсси, давая команду распахнуть двери моих покоев.

Выставленные по обеим сторонам пажи, одновременно взмахнули хрустальными саблями, соединяя их концы в воздухе и приглашая меня пройти по этому хрустальному коридору в руки моей судьбы.

Глава 50

Не помню, как шла к алтарю. Кажется, я оглохла, ослепла, лишилась всех чувств. И лишь, когда почувствовала поцелуй в щеку, немного опомнилась и увидела грустно-счастливого отца.

Он вложил мою ладонь в руку Макэйо и накрыл своей, крепко сжимая. Без слов было все понятно. Он передал меня лично в руки, и теперь Макэйо отвечает за мою жизнь и счастье. Хотя эту функцию он взял на себя задолго до дня нашей свадьбы.

Я медленно вела глазами по серебристо-лиловому бархату, который странно смотрелся с костяными кольцами в форме черепов и украшением из битых ракушек на запястье. Но в этом был весь Мак. Не такой как все, он и ко мне относился по-особенному. Уверена, и наш брак будет не обычной нудной обязанностью соблюдать данные друг другу клятвы, а чем-то торжественно прекрасным, игривым и счастливым. Как улыбка моего почти мужа.

— Люблю тебя, — прочла по губам, и голос церемониймейстера заставил собраться.

После церемонии состоялся легкий ужин для близких родственников, и я была очень рада тому, что Рик так и не появился. Его место за столом пустовало. Впрочем, как и место Ворана, который всячески избегал общения со мной после того ужасного инцидента.

Когда же мы уже в качестве супругов спустились к гостям, нас встретили молчаливым поклоном, длящимся так долго, что я подумала, что их нарочно превратили в статуи, сложенные пополам. До сих пор не осознавая, что я уже ЖЕНА, я крепко держала руку Макэйо, и, смотря под ноги, шла вперед, мечтая, чтобы этот живой коридор из высокородных вампиров скорее закончился.

Напряжение, никак не отступало. Музыка, разноцветные огни, выступление артистов, литры крови и алкоголя плохо справлялись с поставленной задачей отвлекая внимание гостей ненадолго. Все ждали нападения, боялись, хоть и пытались улыбаться. Возможно, не самый лучший день для свадьбы, но когда свадьбы королевских особ были мероприятием для двух влюбленных сердец? Верно. Никогда. Так и моя стала поводом сплотить вампиров, и, если понадобится, дать уверенный отпор врагу. А о любви мы подумаем позже, когда все уляжется.

Черное пятно, словно космическая дыра, бросилось в глаза. Среди наряженных в блестящие цветные наряды гостей, один выделялся как мрачная туча на ясном небе.

Темный, молчаливый, тяжелый взгляд безразлично скользил по лицам. Он держался подальше от места, где мы принимали поздравления, даже не пытаясь поймать мой взгляд.

— Ты оторвешь мне руку, женушка! — Мак поцеловал мои побелевшие костяшки, которыми я сжимала его пальцы.

— Зачем он пришел?

Объяснять, кого я имела в виду, не пришлось.

— Он всегда будет твоей тенью, Виктория. Потому что…

— Замолчи! — громче, чем следовало, крикнула я, и тут же натянула улыбку, чтобы никто не догадался о нашей ссоре, — я ничего не хочу о нем слышать!

— Ты не забыла… — прикрыв глаза, Макэйо пытался спрятать ту боль, которую чувствовал.

— Нет. Но я прошу помочь мне поскорее сделать это.

Я положила ладонь на его лицо, и стала на носочки, чтобы наши лбы соприкоснулись.

— Давай уйдем. Хочу, наконец, остаться с тобой наедине.

Поблагодарив гостей за поздравления, под свист и пошлые выкрики, которыми было принято провожать новобрачных, мы покинули торжественный зал, и длинными коридорами, украшенными цветами белоснежных пионов, отправились в нашу спальню.