Елена Золотарева – 4 Мужа Для Землянки (страница 16)

— Брат! Я умоляю тебя! Не надо, — Туат пытался быть спокойным, но только в такой обстановке это вряд ли у него получилось бы.

— Отвали! И хватит меня успокаивать! Твои фокусы с глазами действуют только на девчонок!

Фокусы с глазами? Вот от чего мне срывало крышу при взгляде в его глаза. И это были не мои фантазии. Он гипнотизировал меня!

— А ну-ка иди сюда, драный кот! Лисичка тебе сейчас твои глаза выцарапывать будет!

Высекая искры, я влетела в разгромленное пространство, схватила первый попавшийся обломок, похожий на ножку стула и метнула его в Туата.

Промахнулась, конечно же, но боевого настроя не растеряла.

— Ты меня, как какую-то жалкую фанатку, решил трахнуть прямо в первые минуты знакомства! Строил мне глазки, кобель паршивый, и песни пел про доверие?

Я подняла обломок хрустального графина за уцелевшую ручку, и от всей души запустила в засранца!

Но не долетев буквально пары сантиметров до его головы, кувшин, словно по невидимой стене сполз вниз и разлетелся на мелкие осколки. При этом я почувствовала знакомый удар. Оглушительный, тяжелый…почти такой же, как во время знакомства с Сидом.

— Спасибо, брат! — с облегчением, улыбнулся Туат, — если бы не ты, наша женушка лишилась бы и второго мужа.

Так-так. Становится еще интереснее.

Значит Сид тоже применял ко мне нечто запретное, от чего я была готова валяться в его ногах.

Я перевела гневный взгляд на второго предателя, от чего Сид сделал шаг назад.

Вообще, я даже представить боялась, как я сейчас выгляжу, но то что моя межбровка стала еще глубже, это точно. Интересно, у них есть ботокс? Или только огурцы со сметаной?

— А ты чем удивишь? — вовремя вспомнив о морщинке я потерла лоб, чтобы снять напряжение, и только сейчас заметила, что Оушен как-то странно одет.

Сине-зеленая чешуя покрывает его тело до шеи, вплотную облегая мускулы, делая его тело еще более мощным, грозным.

Не межбровка, так горизонтальные морщины появятся с этими мужиками!

— Какого черта здесь вообще происходит? — не выдержала я, окидывая взглядом погром.

Выбираясь из-под стеклянных обломков показалась рука куратора, и трое подуспокоившихся мужчин ринулись его доставать.

— Мы обсуждали очередность. Ведь целый месяц пропадает, — отряхиваясь от осколков ответил Олд.

— Ах очередность! — я ослепительно улыбнулась и по очереди посмотрела в глаза каждому из троих мужей, — Хрен вам, а не очередность! Никто! Мне! Не нужен! Ждите своего месяца!

И вильнув хвостом, ушла, по хрустящим осколкам, оставив пораженных моей бравадой мужчин одних.

15. Ты немного опоздал.

После случившегося скандала я запретила появляться в моем доме всем троим, благо имела на это полное право. Теперь-то и встречаться с ними не хотелось. Один порнухой с моим же участием меня соблазняет, второй посылает возбуждающие импульсы, третий… А что третий? Оушен, вроде самый порядочный из них. Во всяком случае, то, что я таю от его синих глаз, еще не значит, что он каким-то образом на меня воздействует. Хотя, надо бы присмотреться.

И все же меня мучал вопрос! Эта драка была из-за меня, или из-за спермотоксикоза? Нужна ли им конкретно я, или им все равно, кто станет баночкой для спермы? Как и любой женщине, мне хотелось верить в свою уникальность и в их любовь…Но в нашем случае было еще кое-что. Договор. И это меняло дело.

А что, если они хотят побыстрее наплодить отпрысков и уйти в закат, подальше от чокнутой землянки? Что, если они хотят меня не по любви, а просто, как красивую картинку?

Но я же их тоже не люблю…Так почему жду от них высоких чувств?

Может быть, действительно, стоит подружиться, выполнить свой долг по заселению планеты и разойтись с миром, оставшись друзьями, не требуя, не ожидая чего-то особенного, вроде искренней любви, привязанности и желания навсегда быть вместе?

— Если вы желаете, можно было бы отправиться в гости, — Олд не унимался, пытаясь хоть как-то растормошить меня.

— К кому? К свекровям? Избавьте от такого счастья…— не глядя на него, я бросала крошки хлеба птицам.

— Зачем к свекровям? На планете живут еще несколько женщин-землянок. Уверен, вам есть, что обсудить.

— И ты молчал все это время? — не помня себя от восторга, я кинулась на шею куратору и завизжала как дитя!

За пару часов мои няньки собрали чемоданы, и я уже стояла у гравитса, предвкушая знакомство с такой же отмороженной, как и я.

Может ее опыт замужества окажется более удачным, и я возьму кой-чего на вооружение.

Широкая дверь серебристой летающей тарелки отъехала вверх, выпуская немного пара. Совсем не страшно! И очень волнительно! Сейчас я взлечу на настоящем инопланетном корабле!

Но весь мой задор обломали три туловища в скафандрах.

— Я не поняла, они тоже летят? — я застыла в дверях, не желая проходить внутрь.

— Если ты забыла, ты наша жена, — огрызнулся Туат. Остальные стояли молча, играя желваками, но лениво изображая полнейший пофигизм.

Ну и шут с вами! Не терять же такую возможность, только из-за этих!

Я прошла на свое место, и вскоре мы взлетели.

Никакой особой эйфории от полета я не испытала. Все те же ощущения, что и в самолете. Вот только на месте бывшей Австралии мы были уже спустя минут семь.

Пока наш аппарат парковался, по террасе суетливо бегала смешная барышня: маленькая, кругленькая, розовощекая и невероятно улыбчивая.

Не сказав ни слова, это милая женщина прыгнула мне на шею, и то, что она была меньше меня ростом на полторы головы ее не остановило. Так рады мне еще не были никогда!

За минуту я узнала, что зовут ее Аня, она из Новосибирска, и заморозили ее в 2027 году.

После очередного бокала приветственного коктейля с насыщенным цитрусовым вкусом, мы расположились в уютной беседке, густо заплетенной цветущей лианой.

— Ты откуда, подружка? — она улыбнулась, и на щеках проявились ямочки.

— Я отовсюду! Папа – испанец, родилась в Канаде, умерла в России.

— Тьфу на тебя! Что ты такое говоришь!

— Ты знала, на что шла? — прежде, чем задать этот вопрос, я убедилась, что мужчины заняты своими разговорами.

— Конечно! Я мечтала об этом полжизни! А почему ты спрашиваешь?

— Да так…И давно тебя разбудили?

— Видишь парней? — она кивнула в сторону бассейна, где плавали трое мальчишек лет семи-восьми, — это наши младшие! Старший уже получил свою землю и живет там. Скоро и внуки будут.

— А его жена тоже из наших?

— Ага. У этих, — она покосилась на мужчин, — совсем бабы плохие.

— Страшные?

— Дурные! – залилась она смехом. — А ты, давно проснулась?

— Две недели.

— Эй! Не вижу радости в глазах! Мы с моими первые пять лет из кровати не вылезали. А ты какая-то потухшая.

— Да я вообще-то не собиралась участвовать в этом. Легла на ЭКО, а проснулась здесь.

Толстушка от удивления закрыла рот пухлой ладошкой.

— И что?

— И вот что…— Я окинула взглядом своих благоверных, стреляющих из рогатки по банкам вместе с мужьями Ани и их мальчишками.

— Ты научила?

— А то! У этих инопланетных только высокие технологии! Но наша рогатка тоже по вкусу пришлась!

Аня хоть и сочувствовала мне, но грустить долго точно не умела. Не ее это. Поэтому, вскоре она бегала за детьми, брызгалась водой из бассейна, и раздавала команды помощникам. А мужья, то и дело заигрывали с ней, трогали, гладили, щипали, угощали чем-то вкусным. И совершенно не соперничали за ее внимание. Ее хватало на них на всех.