Елена Зикевская – Сказка о Шуте и ведьме (страница 27)

Саризула заметно смутился. Покосился на стул, снова на стол, где стояла грязная посуда.

— Позволите присесть, госпожа? — не дождался он приглашения. Но я даже не подумала, что ему нужно моё разрешение на это.

— Да, пожалуйста, — снова пригубила я настой, окончательно успокаиваясь. Джастер прав: этот купец ко мне пришёл, а не я к нему.

— Так что вы хотели, господин?

Присевший на стул Саризула покосился в сторону двери, где напряжённо замер его охранник. И я вдруг подумала, что, каким бы замечательным воином Визурия ни был, он проигрывает Джастеру в умении держаться.

Купец собрался с духом и снова посмотрел на меня.

— Думаю, я должен принести вам свои извинения, госпожа.

Что?! Извинения?! Всего лишь?! После того, что я пережила?! Да он что, совсем стыда не имеет?!

Наверно, что-то во мне изменилось настолько, что здоровый цвет лица Саризулы заметно поблёк. Но я не собиралась молчать и щадить ни его самолюбие, ни репутацию, ни кошелёк. Точнее, как раз кошелёк я собиралась щадить в последнюю очередь.

— Ваши люди меня избили, похитили, едва не изнасиловали и хотели убить, — холодно и мрачно перечисляла я преступления братцев. — Ещё они украли все мои вещи, в том числе первосортные зелья, которые стоят дороже вашего платья. Да если бы не Джастер, меня бы уже в живых не было! И вы считаете, что извинений за совершенные злодеяния достаточно?!

Саризула побледнел ещё больше, а его охранник и вовсе походил на натянутую до предела струну. И я внезапно поняла, что им страшно. Очень страшно. Потому что ведьма Янига на деле доказала, на что способны её проклятия. И Визурия наверняка описал своему хозяину ужасную смерть братцев в красках.

Хотя внутри всё вздрогнуло при мысли о проклятии, знать гостям об этом совсем не следовало.

Джастер же сказал, что со мной всё в порядке. Это просто остатки переживаний. Вот и всё.

— Я требую виру, господин Саризула.

Теперь побледнел и Визурия. Я заметила, какой полный отчаяния взгляд он кинул на своего хозяина. Как там Джастер его назвал? Цепной пёс? Вот и посмотрим, насколько купец ценит своего охранника.

К чести Саризулы, он не собирался сдаваться так просто.

— Я хочу предложить вам выкуп, госпожа Янига. Визурия много лет верно служит мне, и я не хочу его терять из-за этого недо…

— Ещё слово — и мы закончим нашу беседу! — рассердилась я уже не на шутку, и мой собеседник это понял. — Это обдуманное преступление, а не недоразумение! Если ваш верный слуга набрал себе таких подонков, то пусть расплачивается за это!

— Прошу, не гневайтесь, госпожа Янига. — Джастер перестал изображать статую и подошёл ко мне, остановившись за левым плечом. — Вы же добрая ведьма. Выслушайте уважаемого господина. Потребовать смерти Визурии вы всегда успеете.

Добрая ведьма? Он серьёзно? Я удивилась настолько, что гнев утих сам собой. Но показывать это гостям я не собиралась. Торговаться — так торговаться. Я и так Джастеру много задолжала…

Хоть что-то верну.

— Говорите, — хмуро кивнула я купцу.

Бедный Саризула нервно вытер со лба холодный пот. В его глазах страх потихоньку уступал место разуму.

— Я… — он сглотнул, пока ещё с трудом овладевая голосом. — Я могу предложить вам деньги, госпожа. Золото, разумеется.

Ещё бы он серебро посмел предложить за такое…

— Сколько? — Смотрела я по-прежнему хмуро.

— Пять… Десять "роз".

Десять "роз"?! За всё, что я пережила?! Двадцать, не меньше!

— Не гневайтесь, госпожа, — на моё плечо легко и предупреждающе легла ладонь Шута. — Уважаемый господин Саризула просто оговорился от волнения. Не так ли, господин? Вы же хотели сказать пятьдесят? — участливо поинтересовался он.

От озвученной суммы глаза Саризулы округлились, как две "розы", и он закашлялся, поперхнувшись словами. Да и я сама едва не открыла рот от изумления. Это же огромные деньги!

— П-п… пя… пятьдесят? — прокашлялся купец.

— А разве жизнь уважаемого Визурия стоит меньше? — невозмутимо поинтересовался Шут. — В таком случае, госпожа Янига сегодня подаст обвинение в канцелярию магистрата. Если не ошибаюсь, заседание по делу назначено за час до полудня, это уже скоро.

Заседание по делу уже назначено, и оно скоро? Долго же я спала… И о какой ярмарке он тогда говорил? Нам же тогда в ратушу надо!

— Смилуйтесь, госпожа Янига! — не выдержал купец, с чувством прижав сложенные ладони к груди. — Это же огромные деньги! Двадцать пять!

Я чуть не расхохоталась от неожиданности и восхищения, с трудом сохранив суровый вид. Вот это купец! Даже здесь торгуется!

— Это обычная вира за покушение, почтенный господин. А как же кража? — Джастер не собирался уступать. — Сорок девять. У госпожи только одно новое платье "бутон" стоило.

Вчерашнее платье стоило целый "бутон"? А сколько же стоил мой сегодняшний наряд?! "Розу"?!

Купец же окинул меня быстрым взглядом и обратился к Джастеру, окончательно уверившись, что Шут не просто мой охранник. Впрочем, я не собиралась его в этом разубеждать.

— Прошу прощения за дерзость, любезный, — Саризула позволил себе немного расслабиться, явно собираясь сбить цену, — но госпожа Янига прекрасно выглядит. И её платье…

— Осмелюсь заметить, — перебил Шут так невозмутимо и равнодушно, словно хозяин, отчитывающий прислугу, — госпожа Янига — могущественная и достойная ведьма. Или вы считаете, что из-за случившегося она должна выглядеть как побитая разбойниками нищенка?

Саризула нахмурился и замялся, не зная, как реагировать на подобный тон. Я же постаралась принять невозмутимый вид, как будто и в самом деле так могущественна, что одним щелчком пальцев могу синяки исцелить…

— Конечно, нет. — Купец решил сделать вид, что не заметил хамства ведьминого охранника. — Я имел в виду, что готов заплатить двадцать девять "роз" и предоставить новое платье для госпожи Яниги…

— Сорок восемь с половиной, — совсем чуть-чуть уступил Шут. — Госпожа вчера заказала фиалы для зелий у мастера Извара на две "розы". Ваши люди их разбили вместе с готовыми на продажу зельями. Всего пропало товара на пятнадцать "роз" полтора "бутона" девять "лепестков" и три "листка". Госпоже придётся всё делать заново, а это требует времени, сил и редких дорогих трав. Это не считая прочих испорченных вещей.

Что-о?! Эти мерзавцы разбили мои зелья?! Неделю моего лесного труда?!

Джастер снова предупреждающе сжал пальцы на моём плече. И это не укрылось от купца, как и моё отношение к услышанному, потому что он снова заметно побледнел.

— Полная сумма ущерба от кражи: двадцать "роз", "бутон" и четыре "лепестка". Вместе с вирой — почти пятьдесят пять "роз". Как понимаете, госпожа и так очень снисходительна и добра к вам, уважаемый Саризула, — невозмутимо припечатал Шут.

За окном, перекрывая шум города, раздался мелодичный звон городских часов.

— О, скоро заседание магистрата, — покосился в сторону окна Джастер. — Так что вы говорили, почтенный?

— С-с-сорок восемь! — Купец чуть ли не на колени рухнул, понимая, что спорить с Джастером бесполезно. — Больше не смогу, госпожа! По миру пойду!

— Что скажете, госпожа? Сорок восемь "роз" и прекрасное новое платье от уважаемого господина вас устроят? — смилостивился Шут, давая понять, что торг окончен.

— Так и быть, — кивнула я, старательно скрывая внутренний восторг. Демоны с этими братцами и разбитыми склянками! Новые сделаю… Сорок восемь "роз"! Это же целое состояние!

— И госпожа забудет про обвинения? — Саризула не был бы купцом, не обговорив все условия сделки.

— Да, — кивнула я, изображая милостивую ведьму.

— Договорились, госпожа Янига! — Саризула с облегчением протянул мне руку, закрепляя наш договор вежливым пожатием.

Деньги, как и заранее составленная бумага про виру, куда оставалось только вписать сумму, у него оказались с собой, и я не слишком этому удивилась.

Дождавшись, когда за незваными гостями закроется дверь, я счастливо рассмеялась. На столе блестела гора золота, я жива и здорова, Джастер со мной, и жизнь просто прекрасна!

— Чему радуешься? — вернул Шут меня на землю. — Собирайся, пойдём на ярмарку. Точнее, сначала в магистрат, а потом на ярмарку.

— Зачем? — Я недоуменно смотрела на него. — Ты же сказал, что все зелья…

— Духи уцелели, а зелья я восстановил, — хмуро буркнул он. — Но продавать их будешь завтра. Сегодня просто осмотримся. Ты же хотела погулять по ярмарке просто так?

Моя радость заметно угасла, потому что снова стало стыдно. Вот почему он такой мрачный и усталый. Я-то спала, а он всю ночь глаз не сомкнул. То меня спасал, потом вещи искал, потом зелья до утра делал, ещё и наряд новый мне нашёл, и про завтрак подумал… Ещё и меня сколько успокаивал…

— Может, тогда ты отдохнёшь? — Я робко смотрела на Шута. — А погуляем в другой раз.

— Не спорь, ведьма. — Джастер потёр лицо ладонями. — Дел и так много. Нужно ещё к аптекарю зайти и в книжную лавку. И не только туда заглянуть надо. Так что лучше вернёмся пораньше, и я лягу спать. А тебе дел хватит — порядок в своих вещах наводить и зелья заново заговаривать.

Я кивнула, но оставалось ещё кое-что. В конце концов, это будет честно и справедливо. Отсчитав половину монет, я пошла к Шуту, устало сидевшему на своей кровати.

— Джастер… — робко протянула ему пригоршню золота. — Возьми, пожалуйста.

— Что это? — Он хмуро посмотрел на деньги, а потом на меня. — Мы об этом не договаривались, ведьма.