Елена Зикевская – Отряд "Зеро" (страница 54)

Даже с погодой повезло: на море, несмотря на слой облаков, царил почти полный штиль. Бот пронёсся над ленивыми барашками волн и зарылся носом в воду совсем немного. Я открыл десантный люк, едва брюхо бота коснулось поверхности, и запах металла сразу перебился солёным привкусом морского воздуха.

Всё, время пошло.

За моей спиной бойцы, не теряя времени, один за одним оказывались в воде. Пора и мне. Быстро отключить все системы бота, кроме сигнального маячка, ранец за спину, надеть шлем, проверить герметичность, врубить систему дыхания — и в воду, за остальными.

Наверное, море было тёплым. В скафандре этого не ощущалось, зато видно, что вода очень чиста и прозрачна. Наблюдать едва заметные расплывчатые пятна остальных скафандров с активированной защитой привычно, хоть и не слишком приятно. Только электронный экран шлема показывал, где точно находится каждый из членов отряда.

Направление: зюйд-зюйд-вест, до цели пятнадцать километров, — Йен передавала приказы командира. — Цель: танкер «Кета-390», принять координаты цели.

Я нажал на коммуникаторе кнопку приёма. На экране шлема появилась радарная сетка с указанием направления и расстояния до цели.

Принял. Принял. Принял, — доложились мы все.

Пошли, — Ингвар нырнул, включая двигатели ранца и подавая пример. Мы последовали за ним.

Ранцы работали в полную силу: танкер уже вышел из порта и до его погружения у нас двенадцать минут.

«Кета-390», громадина водоизмещением около сотни тысяч тонн, медленно и верно выруливала на курс. Больше всего она напоминала чудовищных размеров глубоководную рыбу, только вместо плавников корпус танкера украшали рули, стабилизаторы и генераторы защитного поля, которое включалось, когда танкер пересекал определённую отметку погружения.

До этого момента оставалось полторы минуты.

К танкеру мы подплывали со стороны двигателей, чтобы нас не засекли в рубке управления. Снижая скорость, вдоль корпуса «Кеты» добрались до генераторов поля и по команде Ингвара включили магниты скафандров, надёжно прилипая к металлической туше.

Всё. Здесь нас не засекут датчики корабля, а защитное поле не позволит чудовищному давлению размазать отряд по корпусу. Теперь полчаса отдыха, пока идёт погружение.

Таймер показывал, что мы уложились в отведённое для первого этапа операции время даже с небольшим запасом.

Через несколько секунд меня прижало к корпусу активированной защитой танкера. Впечатление, как будто примотали одеялом. Датчики на экране шлема показывали нормальную работу всех систем жизнеобеспечения мои и каждого из отряда, а в нижнем углу мигали цифры таймера.

Всё шло по плану, опасности я не чуял, восторга и страха от погружения тоже — космос задевал душу куда сильней, — и потому я позволил себе мысленно потянуться к Чезу.

Затылок по-прежнему грело тепло, но мне хотелось убедиться, что солнечный скат всё понял правильно. Мысленный призыв натолкнулся на картинку «короны», полностью погруженной в процесс восстановления порванных связей. Для внутреннего взора это выглядело как прерывистые цепочки цветных огоньков, убегающих от обода короны по направлению к ногам и куда-то вглубь, за пределы доступных мне ощущений. Попытка мысленно проследить хотя бы за одной цепочкой принесла чувство погружения в туманные слои времени, чья глубина измерялась далеко не тремя десятками лет жизни Алексея Донникова. И в самом деле: архив — огромный. Похоже, этот самый Шут не поскупился, накачивая меня запароленной информацией. Наверняка там полно такого, чему очень порадуются и люди, и ириваны. Разноцветные огоньки разбегались в разные стороны, им навстречу поднимались бледно-жёлтые: процесс восстановления связей шёл полным ходом. Впечатлённый увиденным, я не стал мешать Чезу и переключился на реальный мир.

Погружение всё же захватило меня. Тренировки на полигоне не давали такой полноты ощущений. Там я всегда помнил, что вокруг полигон и обычная тренировка, что не уменьшало всех трудностей и не отменяло выполнения задачи. Но здесь и сейчас…

Чем сильней сгущались и гасли краски, переходя из голубого и синего в насыщенный чёрный, тем больше я чувствовал толщу воды, оставшуюся над нашими головами. Даже защитное поле танкера не умаляло удивительного ощущения погружения в бездну и балансирования на грани между жизнью и смертью. Это был почти космос: в свете прожекторов танкера, идущего по подводным маячкам, настоящими метеорами и звёздами вспыхивали и исчезали подводные обитатели. Силовая защита не подпускала их к корпусу, чтобы они не повредили оборудование, но ничуть не мешала наблюдать за всем, что происходило вокруг.

Я искренне восхищался проплывающей мимо огненно-красной медузой-кометой, серебристым звездопадом промелькнувшей стаи каких-то мелких рыбёшек и «военной» эскадрильей пробарражировавших следом за ними узкомордых и длинных хищников. А проплывшая над тушей танкера не менее внушительная туша какого-то зверя или рыбы, с настоящей иллюминацией на брюхе и в сопровождении стаи ярко-желтых светящихся рыбок, словно огромный пассажирский лайнер в окружении шатллов, вовсе привела меня в настоящий восторг.

Джо, ты как ребёнок, — в мыслях Йен укора почти не было: под моим влиянием она тоже невольно любовалась окружающим. — Ингвар велел тебе напомнить, что мы на задании, а не детский сад на прогулке. А то от тебя, с того момента как ты за штурвал сел, радостью «фонит», как от древнего реактора радиацией. Весь отряд слышит.

Понял, — я улыбнулся, провожая взглядом очередное порождение моря, на чьём боку просияла цепочка неоновых огней, и усилил эмоциональные щиты, попутно настраиваясь на серьёзный лад.

Таймер в углу экрана показывал, что до прибытия оставалось чуть меньше десяти минут.

Подводные города представляли собой довольно фееричное зрелище. В полной темноте появилось около десятка огоньков, разбросанных по шельфу. Каждый огонёк, точнее ярко освещённый купол, словно парил в толще воды, под куполами светились цепочки огней, а над каждым городом сигнальный маяк. Частота передачи сигнала у каждого маяка своя, и попутать города невозможно. Наш танкер миновал пару куполов и теперь приближался к своей цели.

Цепочки огней под куполами опоясывали технические уровни и ярко освещали шлюзы. «Кета», сбавив обороты на самый малый, неторопливо выравнивала морду на открывающиеся створки грузового шлюза.

До прибытия две минуты, — даже через Йен чувствовался холодный и уверенный настрой Ингвара. Лучи прожекторов скользили по бокам танкера, и, если бы не оптическая защита скафандров, нас могли бы обнаружить. Тем временем «Кета» спокойно проплывала мимо огромной толщины створок в глубину неярко освещённого подводного причала.

Всё. Пора.

Пошли, — короткая команда Скальда. Отключить магнит, запастись остатками воздуха из баллона и сбросить ранец: его унесёт в море через сливную систему шлюза. Наша цель наверху, по правую руку, — третья слева вентиляционная решётка с огромным вентилятором за ней. Сейчас они все закрыты, воздуховодная система заработает, когда закроется шлюз и начнётся откачка воды. Но там, чуть ниже решётки, технический вход в вентиляционную систему и узкий, на одного человека, решётчатый мостик вдоль всех четырёх вентиляторов с этой стороны шлюза. На другой стороне то же самое, но тот вход ведёт вниз, в служебные уровни, а этот — в город.

Пока «Кета» пришвартовывалась, мы быстро преодолели пару десятков метров до стены, пользуясь кратким затишьем внутренних течений. На мостик мы встали в момент, когда створки шлюза пришли в движение, закрываясь и поднимая внутренние волны. За поручни все уцепились мёртвой хваткой, чтобы не снесло обратно, в море. Теперь, пока не начали слив воды и не включили верхние прожекторы шлюза, надо успеть попасть внутрь. Да и подышать нормально тоже хочется: запаса воздуха в скафандре совсем немного.

Чик поколдовал над электронным замком двери, махнул рукой: «Готово». Цепляясь за поручни мостика, мы быстро забирались в систему. Внутри оказался короткий вертикальный колодец, заполненный водой, за ним — воздуховодная система, где можно дышать. Йен шла передо мной, я замыкал, чувствуя на себе особое внимание Ингвара.

Впрочем, это не удивительно. Я его понимал. Скальд будет наблюдать и контролировать меня до конца, и не только потому, что это моя первая операция в составе отряда. Будь на моём месте обычный боец, принятый в отряд «по правилам», Ингвар не стал бы так пристально следить за ним. А здесь… После недавних событий, если бы Даггер не была связной и моей напарницей, Скальд наверняка предпочёл бы поставить меня для удобства контроля если и не рядом, то поближе к себе точно. По крайней мере, я бы на его месте поступил именно так.

Я закрыл за собой дверь, электронный замок неслышно встал на место, и дышать хотелось всё больше. Впрочем, осталось проплыть-пройти три метра до вертикального подъёма в «воздушный» коридор, четыре метра вверх по скобам шахты — и я уже за решеткой третьего вентилятора. Все остальные ушли вперёд, в график мы укладывались. И я тоже не задерживался, на ходу переключая системы скафандра на обычное дыхание. Электронный экран шлема подгрузил планы вентиляции и подсвечивал направление движения.