Елена Зикевская – Ашу Сирай (страница 65)

Вот если бы у нас было две комнаты, тогда я бы не чувствовала себя в её присутствии… сестрой Джасира.

Пока я размышляла, спорщики приближались и остановились почти у наших дверей. Неразборчивые голоса стали отчётливей, и я прислушалась, стараясь разобрать гортанные и эмоциональные речи.

— …мой господин! Чем я прогневала тебя, что ты выкидываешь меня на улицу, как негодную вещь⁈ Чем я, несчастная, прогневала Тёмноокого, что он лишил меня твоего покровительства⁈ За что мой господин обрёк меня на ужасную судьбу стать джихайен⁈

— О-о, Тёмноокий! За какие прегрешения ты послал мне эту женщину⁈ Я уже потерял двадцать таланов, а теперь она хочет лишить меня покоя! Умоляю тебя: не кричи! Ты потревожишь сон моих дорогих гостей! Ступай куда хочешь, я отпускаю тебя, покинь мой дом!

— Как мой господин может так говорить⁈ Мой повелитель со всем уважением заботиться о своём госте, но совсем не хочет заботиться о Кайре⁈ За то он прогоняет меня⁈ Куда я пойду в этом чужом городе⁈ У меня нет семьи, и мой господин отказался от меня! О, Тёмноокий! Неужели мой повелитель решил променять меня на дикую пустынную кошку, что носит на поясе оружие, как мужчина⁈ Я слышала, что она хороша собой и вчера не скрывала своего лица от моего господина! Бесчестная женщина! Как она может открывать своё лицо в чужом доме и при моём господине⁈ Пользуется тем, что её муж слеп, и ведёт себя как распутная дрянь! Пришла из своих песков и хочет соблазнить моего повелителя⁈

Что-о⁈ Это я-то распутная и бесчестная⁈ Да что там эта лохудра о себе возомнила⁈ Да я её… Я из неё капусту сделаю! Я ей все патлы под корень обрежу так, что её даже в «бездушные» не возьмут! А потом так прокляну, что она прямо сейчас родит!

— Яния…

— Тихо, Янига, успокойся.

Рука Джастера легла на моё плечо и только сейчас я поняла, что пытаюсь дотянуться до Живого меча, который почему-то оказался за Джастером, а Бахира смотрит на меня с тревогой.

— Да, что она себе позволяет! — гневно зашипела я, пока Шут отодвигал Живой меч подальше, удерживая меня второй рукой. — Да я ей!..

— Уймись, я сказал.

В голосе Джастера прозвучал такой приказ, что я испуганно сникла, и послушно села прямо. Бахира, нахмурившись, неодобрительно качала головой, но я не могла понять, кого она осуждает: меня или эту самую Кайру.

Тем временем спор продолжался.

— Что ты говоришь, женщина⁈ — возмущался хозяин дома. — Как у тебя язык повернулся так оскорблять сестру почтенного элрари⁈

— О, мой господин! Не иначе, как эти злые люди околдовали тебя! Это происки злых духов! Только они могли нашептать моему господину такие нечестивые мысли! Я слышала, что поверив словам этого слепца, мой повелитель велел убить своего преданного слугу и…

— Замолчи, женщина! Не смей называть почтенного элрари злым духом! Иначе, клянусь Тёмнооким, мне придётся наказать тебя за такие слова!

— А как мне его называть, мой повелитель⁈ Только злой дух может пожелать честной женщине такой злой участи! Если я стала неугодна моему господину, он мог бы продать меня, но он желает, чтобы я ушла из его дома и стала джихайен! Или даже «бездушной»! Только джай-на мог внушить такие мысли моему господину! Мой господин! Ты поверил злому навету бродячего слепца, чья дикая кровь перемешана с песком и пылью! Я слышала, что этих людей называют детьми песка и ветра из-за того, что их женщины спят со всеми мужчинами подряд и не знают, кто отец их детей! Не иначе, как этот безродный проходимец околдовал тебя! Мой господин должен сходить в храм и попросить Взывающих об очищении…

— Замолчи, женщина! Премудрый элрари слеп, но он видит дальше и больше, чем видел я, когда покупал тебя! Воистину, это я был слепцом, когда не узрел змеиный яд за красотой этого цветка!

— Зачем мой господин так говорит⁈ Я буду послушной и преданной женой для моего повелителя!

Я молча слушала оскорбления, кипя от негодования. В Эрикии я бы никому не позволила так говорить о себе. Да и Джастер наверняка тоже не стал бы молчать.

А здесь, из-за этих глупых законов, я вынуждена терпеть и молчать, а Джастер вместо того, чтобы распахнуть дверь и обрушить справедливый гнев на голову этой самой Кайры, делает вид, что ничего не происходит! Да как он так может это терпеть⁈

Ему же не надо с ней драться, просто выйти и сказать, чтобы она замолчала!

— Сын мой… Эта женщина… Её слова смешали золото истины с грязью лжи! Она оскорбляет само имя матери! Разве мы ничего не должны сделать? — Бахира была со мной согласна.

— Не беспокойся, ами. И ты тоже не кипятись, Янига. — Джастер снова обнял колени, не обращая внимания на громкие крики спорщиков. — Всё будет хорошо.

— Она нас облаивает, как хочет, а ты говоришь, что всё хорошо⁈ — негодующе вспыхнула я. — Да чтоб у неё на языке огневик вскочил и не проходил, пока не научится о людях хорошо думать и только правду говорить!

Слова проклятия вылетели у меня изо рта быстрее, чем я успела сообразить, что вложила в них силу. Ой мне…

Я испуганно посмотрела на Джастера, который нахмурился, поджал губы и смотрел в пол. Бахира недоумённо переводила взгляд с меня на него.

— Яни…

За дверью раздался испуганный женский вскрик.

— О, мо… — слова сменились всхлипываниями и испуганным неразборчивым мычанием.

— Вот видишь, глупая женщина, до чего довёл тебя твой злой язык! Не иначе, как сам Тёмноокий покарал тебя за твои лживые слова! Я немедленно пойду в храм и вознесу ему молитвы в благодарность за встречу с мудрейшим элрари! Подумать только, всю жизнь я мог провести рядом с такой женщиной! Я содрогаюсь от одной мысли об этом!

Ответом были новые рыдания и неразборчивое мычание.

— Я иду в храм, женщина! Оставь меня в покое! У меня ещё много дел! Ты получила своё наказание от самого Тёмноокого, не гневи его и меня ещё больше! Иначе, клянусь, я отдам тебя Взывающим!

Кайра взвыла и зарыдала, что-то невнятно мыча, а Назараид отсылал её прочь. Шаги и голоса удалялись. Я виновато смотрела в пол, боясь поднять глаза на Шута и удивляясь тому, что не чувствую ни тошноты, ни головокружения, как было в Кронтуше. Точнее, я вообще ничего неприятного не чувствовала.

Может потому, что проклятие слабенькое, не на смерть?

— Что случилось, Джасир? — Бахира разбила тяжёлое молчание. — Почему Яния…

— Помнишь, я говорил, что госпожа Янига обладает волшебной силой, ами?

— Да, сын мой.

— Так вот, она только что прокляла ту женщину за её слова. У этой женщины на языке появилась болячка.

— Вот как, — Бахира задумчиво смотрела на меня, а я чувствовала, что щёки просто горят от стыда. — Я поняла, Джасир.

— Я… я не хотела… — виновато пробормотала я, упёршись взглядом в покрывало и понимая, что в порыве чувств говорила с Джастером на своём языке.

— Если бы не хотела, проклятие бы не сработало, — спокойно ответил Шут на языке маджан. — И раз всё закончилось, будь добра, Янига, налей мне вина, если оно ещё осталось. Или воды. Пить хочу.

— Хорошо, — отозвалась я, вставая и подходя к столику.

Бахира прошла в нашу половину и подошла ко мне.

— Не переживай, Яния. — Она с доброй улыбкой взяла мои руки в свои. — Ты поступила верно, не позволив этой женщине дальше говорить дурные речи.

Я только вздохнула, но ничего не успела сказать, как Бахира продолжила.

— По закону маджан, мужчина не может поднять оружие на женщину, чей язык лжив и зол, а несправедливые речи направлены на него или его семью. Наказать за это может только другая женщина и таким наказанием является прижигание или рассечение языка железом. Яния не знала об этом, но всё исполнила как истинная маджан. Я горжусь тем, что назвала тебя своей дочерью.

Она с улыбкой обняла меня, а я от изумления только хлопала глазами, не веря услышанному. Я — то думала, что Бахира не обрадуется, узнав о моём ведьмовском даре и проклятии, а она мной гордится…

— Спасибо… — смущённо пробормотала я, не зная куда смотреть.

— Держи, — Бахира с улыбкой протянула мне кубок и стала наливать в него вино. — Джасир ждёт.

С полным кубком я пошла обратно к Шуту. Он держал Живой меч на коленях, едва уловимо улыбался и задумчиво гладил рукоять пальцами.

Мужчина не может покарать женщину за злые слова, а женщина может…

И я вдруг поняла, что он нарочно сначала подлил масла в огонь моего негодования, а потом хмурился, чтобы не показать удовольствия от того, что я сделала.

Вот как так он даже слепой меня насквозь видит и… Нет, не заставляет, но всё поворачивает так, что я сама делаю, что ему нужно.

«Ашу Сирай очень хитёр и ловок со словами…»

И в самом деле, очень хитёр и ловок. Никто не сравнится с его умом и хитростью.

— Вот вино.

Я коснулась плеча Джастера. Он перестал гладить Игвиля, протянул руку, и я вложила в его пальцы кубок.

— Спасибо, — он кивнул и пригубил напиток.

— Налить тебе чифе, Яния? — поинтересовалась Бахира за моей спиной.

Я покачала головой и села рядом с Шутом. Пить мне не хотелось, зато вопросы у меня были.

— Джастер… — я робко взглянула на него: спросить или лучше не стоит?

— М? — Он спокойно пил вино.

— Почему я ничего не почувствовала?

Шут опустил кубок и повернул голову в мою сторону.