Елена Жукова – Лиса. Зов Великой Пустыни (страница 21)

– На дружбу, Янис, – закончила за него Лиса. – Я и раньше вам об этом говорила.

– Значит, вы все же с ним, – зло заметил он.

Ей не понравился его тон. Но, к счастью, экипаж в этот момент остановился, и продолжать разговор не пришлось. Янис, бросив в ее сторону взгляд, значение которого она не смогла распознать, открыл дверцу и вышел, ожидая, чтобы подать руку и помочь выйти.

Лиса спустилась и, вскользь поблагодарив спутника, вновь сунула руки в карманы, сожалея что оставила перчатки. На Центральной улице было холодно и пустынно. Редкие прохожие, скорее всего возвращавшиеся из гостей, торопились домой, ежась от покрепчавшего мороза.

Проулок, в который свернул Янис, начинался от Центральной улицы, а заканчивался тупиком. Дом, в заднюю стену коего он упирался, не имел с этой стороны окон. Боковые же дома хоть и были жилыми, но в ночную пору свет не пробивался ни через одно из окон. Видел ли кто-нибудь, как произошло убийство, или нет, сейчас было трудно сказать.

Янис, проследивший за тем, куда смотрела Лиса, уверил ее, что завтра же утром они займутся опросом жителей этих домов, но надежды на то, что свидетель найдется, было мало. Праздничная ночь, горячительное и усталость лишали возможных свидетелей остатков бдительности.

Дойдя до места, Ламар остановился. Лиса остановилась еще раньше. Пришлось подвесить над местом пару светляков, чтобы вывести из тьмы мрачный переулок, благо их она уже научилась делать, почти не задумываясь. Рядом с Ламаром снег, нападавший утром, был изрядно примят. Видимо, тело отца лежало именно там. Лиса надеялась, что на месте почувствует душу отца или услышит его зов, но улица была погружена в ночную тишину, гулкую и вязкую. Из-за того, что это было местом убийства, а, может просто потому, что ночь выдалась не из легких, Лисе вдруг показалось, что дома нависли над ней огромными черными тенями, будто живыми чудовищами, повернувшимися сейчас к ней своими безглазыми лицами.

Девушка поежилась и, отведя взгляд, принялась осматривать снег. Как и говорил Янис, вокруг места, где лежало тело отца, он был будто аккуратно разметен частой метелкой. Лиса заметила перевернувшиеся ящики, о которых упомянул офицер. Видимо, изначально те лежали около двери одного из домов, сложенные на утро для приходящего молочника. Но теперь они были разбросаны по кругу, будто специально разложены вокруг тела. Лиса поежилась снова, но уже не от мороза. Подтвердившаяся догадка заставила ее сжать руки в кулаки прямо в карманах. Она знала, на что это было похоже.

– Серая тень, – тихо проговорила она, чувствуя, как, произнося эти слова, выпускает свой страх на волю. Теперь он пропитывал весь воздух вокруг нее.

Несмотря на то, что слова были произнесены почти беззвучно, Янис услышал их. Он подошел к девушке и, глядя ей прямо в глаза, спросил.

– Откуда вам известно о серых тенях?

Она не знала, являются ли сведения о тенях секретными, поэтому постаралась сделать как можно более спокойный вид.

– Не помню, по-моему, о них мне рассказывал какой-то возница, – отмахнулась она. Не сказать, что соврала, но и всей правды не сказала.

Янис задержал на ней взгляд на мгновение, а после развернулся и еще раз со стороны осмотрел следы.

– Похоже на то, – согласился он, закончив осмотр. – Вы, Лиса, кладезь знаний. Что еще вы скрываете?

Девушка помедлила с ответом.

– Усталость, быть может? – перевела она тему, поняв, что больше ей здесь делать нечего. Пора было возвращаться в пансион.

Янис, уловив в ее словах однозначный намек, кивнул.

– Вы правы. Мне, пожалуй, пора отвезти вас, как и обещал.

Лиса молчаливо согласилась, и погасила светляки. Сели в экипаж. Длинноночье подходило к концу и, как всегда перед рассветом, темнота стала еще гуще. Она разлилась, заглушая, казалось, даже свет фонарей на Центральной улице. Лисе стало жутко. А вдруг серые почувствуют ее, а вдруг отец не смог противиться и выдал, куда и зачем направлялся? А вдруг ее уже поджидает одно из этих существ там, в Университете? Мысль о том, что на территорию Университета не так-то легко попасть, немного успокоила. Встречаться со старой знакомой не хотелось. До дрожи в коленках.

Ламар, чувствуя, что ее молчание не оставляет ему выбора, тоже хранил тишину. Он вышел из экипажа и пошел рядом с ней к воротам, следуя обещанию. Нир Гас вновь проворчал, что вообще-то открывать ворота ночью ему не велено. Однако, увидев, что это Лиса, поджал губы и все же отворил створку. Яниса же, собравшегося шагнуть внутрь, остановил.

– Говорять же вам, не велено никого пущать по ночам, – тролль уперся, собираясь грудью держать оборону.

– У меня личное распоряжение ректора, – процедил сквозь зубы Янис. – Я обязан довести адептку до пансиона.

– А-а-а, – протянул тролль, пропуская офицера. – Личное. Тогда ладно. Хотя с чего бы это ассу ректору лично беспокоиться об адептке, ума не приложу.

Под это привычное ворчание привратника молодые люди углубились в университетский парк. Даже те адепты, что любили гулять по ночам, к утру расползлись по пансионам, и теперь в парке царила та же тишина, что и в городе.

– Лиса, – тут же нарушил ее Ламар. – Пожалуйста, не сердитесь на меня из-за того, что я там наговорил. Я лишь хотел сказать, что все еще надеюсь. Понимаю, что совершенно беспочвенно, но все же.

– Янис, вы не слышите, что я вам говорю? – рассердилась девушка. – Мое сердце занято. Занято, понимаете? Я люблю его. И всегда любила. И вам об этом прекрасно известно. Так, пожалуйста, не мучьте ни себя, ни меня.

Офицер не ответил. Это напряженное молчание было Лисе очень знакомо. Когда очень хочешь закричать, но не смеешь. Ей стало жаль его. Ведь он не виноват в том, что она любит другого. Поэтому она продолжила.

– Я ценю вашу дружбу. И всегда буду рада вас видеть.

Ламар не смотрел на нее. Просто молча шел рядом. А у девушки возникло ощущение, что она ходит по кругу, ведь они уже говорили об этом.

Вид пансиона ее порадовал. Наконец-то тянущий за душу разговор и столь же тянущее молчание будут окончены. Когда они остановились около дверей, она хотела попрощаться, но неожиданно была порывисто схвачена в объятия и, не успев ничего толком понять, почувствовала, как губы Яниса захватывают ее губы, без стеснения сминая их. Нескольких мгновений хватило на то, чтобы осознать, что он без ее на то позволения целует ее. Целует не нежно и робко, а со всей страстью, и одна его рука прижимает ее к телу офицера, а другая держит за шею, не оставляя шанса вывернуться. И, как только это осознание достигло цели, Яниса отшвырнула от девушки плотная воздушная волна. Стихия подчинилась ей легко, встав надежным препятствием между ними.

– Никогда, слышите, никогда больше не смейте так делать!

Возмущению ее не было конца. Она чувствовала, как дрожь негодования охватила ее.

– Пусть так! Пусть хотя бы так! – выкрикнул он. – Вы сами еще не знаете, чего хотите, Лиса! Вы не пробовали, может и я не так уж плох. Может, ваш выбор ошибочен?! А я буду ждать. Ждать, Лиса! Слышите? Потому что я верю, что вы будете со мной. Верю!

– Безумец! – сорвалась она. – Я никогда не стану вашей. Потому что я уже его.

Он собирался преодолеть разделяющий их барьер, но ее слова его отрезвили. Только расценил он их по-своему. Злость перекосила его лицо. Но лишь на мгновение.

– Все равно! – сказал он. – Я прощаю вас.

Лиса молча развернулась и, еле сдерживаясь, чтобы не ударить его, открыла дверь. Спорить с ним было бесполезно. Требовалось успокоиться самой и утихомирить клокотавшие внутри Стихии.

– Я буду ждать, Лиса, – крикнул он ей вслед, но его слова перекрыл грохот хлопнувшей двери.

Девушка, не чувствуя ног от усталости, добрела до своей комнаты, твердо решив несмотря на желание рухнуть в кровать и поспать оставшиеся до утра часы, все же забежать в душ и умыться. Хотелось смыть поцелуй Ламара и его прикосновения. А еще она безумно сердилась. На Ламара – за своевольство, на Кристиана – за то, что оставил ее, на отца – что не был настойчивее. Но больше всего на себя. Муки совести грызли душу и облегчить ее страдания уже, к сожалению, никто не мог.

«Нет, вы гляньте какой нахал!» Неожиданное восклицание Янки заставило Лису подскочить. Хорошо, что она услышала голос ящерки уже в ванной комнате, а то точно что-нибудь уронила бы и разбудила мирно спящую Миранту.

«Нет, мало его отгородить. Нужно было все-таки пыхнуть на него огнем!»

– Так пыхнула бы, – не сдержалась Лиса. – Он и вправду это заслужил.

«А что, можно было?» – радость в голосе саламандры была явно неподдельной.

– Нет. Нет, конечно. Прости, злюсь на него, а срываюсь на тебе. Это совсем никуда не годится. Сейчас спать. А завтра просто необходима медитация.

«Знаешь, – проговорила Янка. – Я же чувствую, как ты устала. Давай я завтра не разрешу тебя будить, пока сама не проснешься? А? Только вот выбегу на ночь, лапки разомну. Хорошо?»

Тепло от этой нехитрой заботы вызвало вдруг слезы, заполнившие глаза и грозившие вот-вот политься по щекам. Лиса быстрее умылась, тщательно оттирая губы, пытаясь скрыть за этим расшалившуюся чувствительность.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.