Елена Жукова – Лиса. Экзамен на выживание (СИ) (страница 108)

Оторвавшись от его губ, Лиса вновь как завороженная, посмотрела в зеленые глаза, ожидая приказа. «Я люблю Кри…Люблю…я». В голове потерялись слова от волшебной спасающей фразы. Она лихорадочно пыталась ее вспомнить.

– Дорогая, ты так нетерпелива. Что за неуважение? – наигранно отчитывал ее Лир. – Мы не одни. Посмотри, кто заглянул к нам в гости.

Лиса перевела безразличный взгляд в сторону, куда он указывал. Около стены бледный как мел, с ничего не понимающим взглядом стоял ректор. Он был явно ошарашен, пытаясь осознать, чему свидетелем сейчас был.

– Лиса. – прошептали его побелевшие губы.

– Поздоровайся же, Лиса. – эльф наслаждался сценой.

– Добрый вечер, асс ректор. – Лиса произнесла слова, не чувствуя внутри никакого волнения.

– Нет. Скажи по-другому, дорогая. – эльф хотел еще большего. Большего унижения, большей боли. – Скажи, добрый вечер, Кристиан.

Лиса удивленно посмотрела на эльфа. Имя отозвалось в душе болью, подняв волну воспоминаний. Она перевела взгляд на ректора, стоявшего и без сомнения, ожидавшего от нее чего-то. Кристиан. Посмотрела в его пасмурно-серые глаза. «Весь мир для меня сейчас в тебе, Лиса. Весь мир». Воспоминание острой болью пронзило сердце, вызывая непрошенные слезы. Она опустила взгляд на его губы и тут же словно почувствовала их поцелуй, сладкой волной омывающий тело, смывающий наносное желание, отодвигая пелену заклятия.

– Кристиан! – воскликнула она. Теперь она видела, что руки его в каких-то браслетах, от которых тянется цепь к стене. Прикован.

Лир, по вскрику понявший, что его заклятие под угрозой, развернул ее к себе, пытаясь поймать взгляд, фиксируя ее голову руками.

– Посмотри на меня. Посмотри. Ты помнишь только меня. Ты видишь только меня.

Лиса вырывалась. Закрыла глаза и попыталась не слышать его слов. Он приковал его. Перед закрытыми глазами Лисы снова возник образ Кристиана. Бледный, на скуле синяк, рубашка в кровавых пятнах, порванная в нескольких местах. Ноги. Он стоит босой. Да и стоит – это громко сказано. Браслеты наверняка магические. Но что она может… Может. Она собрала всю силу и уже приготовилась ударить, как услышала слова эльфа.

– Попробуешь применить силу, Лиса, и я тут же убью и его, и твоего дружка.

Лиса открыла глаза. Эльф не улыбался. Лишь указал кивком куда-то за спину. Там около другой стены лежал бесформенная куча. В неровном свете факелов Лиса смогла опознать лишь разорванную одежду. Все остальное выглядело как кровавое месиво. Избитый до кровавых подтеков и вздувшихся гематом, в углу зала лежал Эш. Она закрыла рвущийся изо рта крик рукой.

– А теперь посмотри мне в глаза, Лиса. – приказал эльф.

– Лиса, нет. – Кристиан попытался рвануться к ней. – Нет, не делай этого.

Лир поднял руку, накидывая воздушную петлю на шею бессознательного орка. Голова его потянулась вслед за петлей. Лиса услышала его стон.

– Отпусти его. Отпусти. Я сделаю, как скажешь. – проговорила она, осознавая, что впервые после заклятия говорит с эльфом.

Бросив последний осознанный взгляд на Кристиана, она перевела его на эльфа.

– Вот так-то лучше. – Лир подцепил пальцем ее подбородок, приподнимая и приближая к себе ее лицо. – А ты, Крис, спрашивал, зачем мне орк. Вот видишь и пригодился. Теперь Лиса, слушай меня. Ты любишь только меня. Ты видишь только меня.

Лиса с отчаянием почувствовала, как пелена заклятия, с таким трудом ослабленная, вновь накрывает ее.

– Лиса, не слушай. Не слушай. Я люблю тебя. Слышишь? Я, Кристиан, люблю тебя. – хриплый голос перебил эльфа, но тот легко перебросил петлю с орка на мага и теперь захрипел он.

– Ты слышишь только меня. Ты любишь только меня, Лиса. – эльф повторял это снова и снова, до тех пор, пока Лиса не расслабилась в его руках, подчиняясь. – Вот так лучше.

Лир отпустил петлю, и Кристиан закашлялся.

– Мерзавец. Мерзавец. – зашипел маг, руками хватаясь за горло. – Отпусти ее. Она тут ни при чем.

– Ни при чем? – вскипел эльф. – Она-то как раз при чем.

Он остановился, беря себя в руки.

– Лиса. – позвал эльф. Лиса услышала его сквозь вязкую пелену и посмотрела, вновь ожидая лишь его приказа. – Целуй меня.

Она послушно выполнила приказ. Кристиан прикрыл глаза, не в силах видеть это.

– Не нравится? – спросил эльф, отстраняя Лису. – А если я скажу ей раздеться прямо здесь? Понравится? Если стану касаться ее, ласкать ее, любить ее прямо здесь?

Лиса слушала их разговор, отстраненно понимая, что речь о ней. И все же слышала, хоть и не реагировала.

– Мразь. – выплюнул Кристиан.

– Считаешь? – осклабился Лир. – Я тоже так считал, когда увидел вас с Мартой.

– Мартой? – Кристин нахмурился, а потом просветлел лицом. – Мартой?! Но я не был с ней! Ты что, считаешь, что я мог так поступить и поэтому мне мстишь?

– Я видел вас своими глазами! – закричал эльф, брызгая слюной. – Там, в саду.

Кристиан какое-то время молчал, а после с отвращением сказал:

– То, что тебе показалось, было помощью. Ей стало плохо, потому что она носила твоего ребенка, Лир. И я всего лишь расстегивал ворот ее пальто, давая глотнуть свежего воздуха.

– Я тебе не верю. Она таскалась за тобой как собачонка. Крис то, Крис это. Тьфу.

– Мы вместе работали над совместным проектом. Поэтому ты так много обо мне слышал.

– Нет. Все это ложь. И не смей называть то, что она вынашивала, моим ребёнком. Это был твой ублюдок.

– Ты не в себе, Лир. У нас с Мартой ничего не было. Мы просто вместе работали, а потом она погибла.

– Ты все врешь! И хорошо, что эта дрянь погибла. Вместе с твоим ублюдком.

– Послушай себя. Что ты говоришь! Твоя любимая с твоим ребёнком погибли.

– Все это из-за тебя! Не было бы тебя, и я был бы счастлив. И мне не пришлось бы собственными руками…

– О чем ты, Лир? – Кристиан пытался отрицать то, что напрашивалось само. – Это ты подстроил тот обвал в горах, когда она ехала к родным? Ты?!

– Я что, должен был просто отступить, дав вам возможность насмехаться надо мной за моей спиной? Жалеть меня? Ни за что! Да, это я устроил обвал и прибил эту дрянь.

– Ты болен, Лир. Ни я, ни бедная Марта не виноваты в твоём безумии. Мы были лишь друзьями и коллегами. А она тебя любила, Лир. Всем сердцем.

– Ложь! Ты лишь пытаешься сейчас выкрутиться. Потому что твоя подстилка в моей власти.

– Асс Лир, все готово. – Лиса услышала, как будто издалека третий голос. На границе сознания отмечая, что уже слышала его прежде.

Лир расправил плечи, отодвигая все эмоции.

– Даже если это и правда, мне все равно она нужна, Крис. Так сложились обстоятельства. Теперь уже ничего личного. – он отвернулся от мага, и, посмотрев на Лису, произнес:

Лиса шла за эльфом и внутри у нее все кипело. Заклятие взяло верх на какое-то время и теперь, когда она все слышала и понимала, уже ничего не могла поделать с собственным телом. Ноги не желали повиноваться ей, зато глаза все прекрасно видели. Они пересекли уже ползала, когда Лиса смогла в полной мере рассмотреть открывшееся ей зрелище. Здесь было гораздо светлее, чем в остальной части зала. Толстые красные свечи, расставленные по контуру пентаграммы, чередовались с черными, замыкая фигуру. Рядом огромный черный камень с какими-то желобками и ремнями. «Алтарь. Жертвенный камень». – поняла Лиса. Кому предназначалось это место, долго гадать не пришлось. Но вот что поразило ее, так это человек, стоявший в самом углу зала, около заставленного бесчисленными колбами и минералами стола. Как и в собственном кабинете, он был спокоен и сосредоточен. И даже вежливо поздоровался с ней. Совсем так же, как в минувшую пятницу.

– Будь вежлива, Лиса. – велел Лир.

– Добрый вечер, магистр Молениус. – произнесла она, повинуясь приказу эльфа. – Как же Вы…

Договорить ей не дали.

– Лиса! – одного слова было достаточно, чтобы она вновь замолчала.

– Я отвечу на Ваш вопрос несколько позже, адептка Варрама. – все также вежливо проговорил магистр, переливая содержимое подозрительно-кровавого цвета из только что откупоренной склянки в сосуд странной формы.

Лир подвел ее к камню. Внутри Лисы кипела борьба. Но тело послушно легло на холодную каменную поверхность и не проявило ни малейшего сопротивления, когда эльф пристегнул ее руки и ноги к имеющимся здесь ремням. Лиса прикрыла глаза, пытаясь почувствовать хоть мизинец на собственном теле, но ее разум будто плавал в какой-то субстанции, а тело, тем временем, полностью от него отключилось. Девушка с ужасом представляла, что сейчас произойдет. Ведь она уже столько раз видела жертв этого ритуала. И теперь, теперь Лир намеревался принести в жертву ее. Тяжелый, скрежещущий звук вывел ее из состояния внутренней сосредоточенности.

Открыв глаза, Лиса посмотрела вверх, откуда исходил звук. Потолок переливался всплесками. Казалось, будто она находится в подземной пещере с водоемом, и вода отражается на потолке. Блики играли на каменных выступах. Оказалось, что потолок зала вовсе не ровный и уж точно не белый. Это и была какая-то пещера. А прямо над ней в потолке было вырезано отверстие размером с алтарный камень. Взгляд Лисы потерялся в темном провале идущей от зала круглой шахты, выходящей прямо в ночное небо.

Она старалась вспомнить, как выглядит Факультет Ментальной Магии снаружи, и поняла, что видела его лишь издали и однажды. А вот была ли на его крыше высокая труба, никак не могла припомнить. Тут же всплыли в памяти слова Альмиры Фламо. «Потолок живой». Чем достигался этот эффект, Лиса не могла понять, ведь ни на отблеск свечей, ни на пламя факелов это не было похоже. Все эти мысли промелькнули в голове и исчезли, оставляя ее один на один с проблемой заклятия. Запертый в безвольном теле разум отчетливо понимал, что нужно что-то делать с этой проблемой и делать именно сейчас, если она не хотела быть разрезанной на кусочки.