Елена Жукова – Лиса. Аркан пророчества (страница 9)

– Ты погубишь ее, орк, – Янис говорил негромко, но голос его был отчетливо слышен всем присутствующим.

Лиса выбралась из-под руки Эша и яростно шагнула навстречу офицеру. Брат поймал ее, но она, нервно дернув рукой, освободилась.

– Уезжай, Янис, – гневно сказала она офицеру, ткнув пальцем туда, куда ему следовало уехать, – уезжай и больше не возвращайся. Иначе я за себя не отвечаю. Слышишь?

– Значит, ты решила? – он не желал сдаваться и лишь опасливый взгляд в сторону орка выдавал причину его неподвижности. Губы офицера скривились в презрении. – Поедешь к мертвецу?

Лиса в последний раз взглянула ему в глаза и, увидев там все ту же беспочвенную надежду, медленно выдохнула и покачала головой.

– Прощай, Янис.

– Я все равно найду тебя, Лиса, – крикнул он ей вслед.

– Очень тебе это не советую, – орк взял Лису за руку.

Она потянула Эша за собой и первой забралась в возок, даже не обернувшись к яростно сжимавшему кулаки Янису. За ней в возок нырнула Юма. Эш пропустил Гаса вперед и, встретив мрачный взгляд офицера, вновь покачал головой и постучал по возку, давая знак вознице и Нельгу.

Глава 6

Лиса сидела, прижавшись к теплому боку Эша и не могла понять, в какой момент она допустила, чтобы Янис сделал неверные выводы. В тот, когда она разрешила ему себя поцеловать? Но ведь после этого уже прошел не один разговор. И она уже не единожды дала понять, что между ними не может быть ничего. Что давало ему надежду? Что? Она в сотый раз заглядывала себе в душу, искала там что-то похожее на симпатию и находила лишь жалость. Жалость. Подумать только, как мало нужно для беспочвенных надежд. Эш погладил ее руку, вырывая из плена обвинительных выводов. Эш. Как он оказался здесь? А ребята? Как им посчастливилось встретиться? Как удалось найти ее? В голове девушки роились тысячи вопросов. А в душе теплом разливалась благодарность. За спасение, за то, что не остановились, успокоившись тем, что все уже решено. Слова благодарности готовы были сорваться с ее губ, но она отчего-то молчала, рассматривая сидящих напротив Гаса и Юму, глупо при этом улыбаясь.

Юме никак не удавалось спокойно усидеть на месте, и от этого сестра то бросала взгляды на Лису, пытаясь рассмотреть в той что-то, то протирала не успевшее затянуться льдом окошко возка, то недоверчиво косилась на Эша. Лисе, прекрасно знавшей сестру, было видно, что ту раздирает любопытство и желание похвастать. Но возок качался, дорога стелилась под полозья словно вода, а в кабинке все еще стояла тишина, которую никто не решался нарушить. Наконец, не выдержав, Юма стукнула кулачками по собственным коленкам.

– Нет, каков своевольник! – возмущенно пропыхтела она, сдувая кудрявый локон, выбившийся из-под вязаной шапки. – Указ Императора! Указ Императора! Меня выгнали, даже не дали посидеть рядом с тобой! А ведь ты после своего приступа беспомощна как ребенок. И этот…

Юма ткнула подбородком в сторону оставшегося на дороге Яниса. Кулачки у девушки так и не разжались. Она даже не заметила, как Имрин успокаивающе положил руку ей на запястье.

– Юма, – попробовал было встрять он, но девушка лишь дернула плечом, отмахиваясь от слов молодого человека.

– Этот, – продолжила она, – даже не потрудился толком объяснить, да что там, не дал даже ни о чем спросить. Теперь-то это понятно почему. А тогда…тогда пришлось искать помощи.

– Я поверить не мог, что тебя перебросили, а меня оставили, – взялся пояснять Гас, поняв, что другого выхода, как поддержать рассказ девушки, у него не осталось. Он перевел взгляд на Юму и Лиса могла поклясться, что раньше не видела во взглядах у зубрилы столько тепла. Тот поправил очки знакомым жестом, скрывая неловкость. – Нисса Эйс появилась на пороге со слезами на глазах и поначалу я подумал, что…что с тобой что-то случилось, Лиса. Что очередной приступ обернулся чем-то…ну, не важно. Но оказалось, что тебя забрали и в сопровождении стражи отвезли в терем под предлогом переброски. Это было странно. Я подумал, что за мной тоже должны были прийти и решил, что раз уж этого не избежать, можно и самому явиться, а не ждать сопровождения. Когда же мы с мастером Таннаэныном приехали в терем, то стража сначала вообще не поняла, о чем мы пытаемся им сообщить. О какой переброске речь. А потому нас проводили к старшему и тот с удивлением сообщил нам, что никакого приказа не получал. Прибывший из столицы офицер предъявил свои документы и письмо с требованием оказания всевозможной помощи подателю письма в поисках сбежавшей адептки.

– Старший, конечно, вспомнил тебя. Он выделил столичному посланнику сопровождение в виде одного из стражников, – вновь перебила его Юма, – ты-то не видела уже, а я заметила, что, когда мы приехали в терем, тот второй оставил своего временного командира и, наверное, вернулся к месту службы. А этот выставил меня за дверь, заявив, что тобой теперь займется местный лекарь. Знаешь, Лиса, может он и красавчик, но мне он сразу не понравился.

Юма замолчала. Молчала и Лиса. Она посмотрела на сестру. Потом на Гаса. И наконец, подняла взгляд на Эша. Брат кивком спросил, в чем дело.

– Я даже передать не могу, как благодарна всем вам, ребята, – голос ее чуть сел, но в маленьком пространстве кибитки ее было хорошо слышно. – Не знаю, как вам удалось собраться вместе и как здесь очутился ты, Эш, но без вашей помощи…

Голос ее совсем сел и она, сдерживая непрошенные слезы, мотнула головой, тут же зашипев от боли. Эш склонился к ней, заглядывая в лицо.

– Что? – коротко спросил он.

– Голова, – также коротко ответила Лиса, – Ничего. Пройдет.

Широкая ладонь Эша легла ей на затылок, а его пальцы принялись ощупывать голову и, найдя искомое, дернулись, лишь только Лиса снова зашипела от боли. Она возмущенно отстранилась от брата.

– Он что, ударил тебя? – уточнил Эш.

– Представляешь? – с удивлением произнесла она, рукой нащупывая приличную шишку на затылке.

Эш стукнул кулаком по стенке возка. Юма испуганно посмотрела на великана.

– Останови, – крикнул орк. Но белизна за окошком возка говорила о том, что вновь поднялась пурга и возница вряд ли слышит его.

Эш сжал зубы так, что его клыки вытянулись еще сильнее, а желваки под кожей заходили ходуном.

– Эш, перестань, – бросилась успокаивать взбешенного брата девушка.

– Останови, я сказал, – упрямо стукнул он снова, с рыком поясняя кажущийся очевидным вывод. – Я думал, он пытается лишь удержать тебя и только потому не тронул его. Но он посмел…Нет, Лиса, сейчас это другое дело. Я теперь несу за тебя ответственность. Ты не забыла?

– Перестань, – Лиса была благодарна пурге и тому, что возница не заметил стука. Пытаясь успокоить брата, она поднялась и положила ладони ему на грудь, даже через теплый свитер чувствуя, как сильно и гулко бьется сердце орка. – Эш, прошу тебя, этим уже ничего не изменить. Я не хочу, слышишь, не хочу больше его видеть. Да услышь же меня. Не нужно. Не нужно.

Она замотала головой и снова скривилась, прикрыв глаза. Голова гудела словно колокол. Эш, скорее испугавшись, чем успокоившись, усадил ее обратно. Пальцы Юмы легли на виски сестры, и орк принялся внимательно наблюдать за обеими девушками. Юма, с упреком покачав головой, сетуя на сестру, вдруг протянула Гасу руку и попросила.

– Подержите меня, асс Имрин, пожалуйста.

Тот ничего не понял, но за руку девушку взял. Та задорно улыбнулась.

– Покрепче, если можно, – еще не договорив, она распахнула дверцу возка. В кибитку залетел снег, вместе с морозным воздухом вмиг выдувая накопленное тепло. А девушка, зажмурившись от метущего снега, высунулась из возка и потянувшись, провела второй рукой по крыше кибитки. На большее ей времени не хватило, так как в ту же минуту уже была втянута Имрином обратно. В руке у Юмы была горстка снега. Гас, потеснил ее, закрывая дверцу. А после с возмущением взглянул на девушку. Пытаясь поймать равновесие на неустойчивом полу, она в то же время старалась проморгаться от налипшего на лицо снега. Гас вдруг растерял все свое возмущение и даже его вопрос: «Что же Вы делаете?» как-то затих на его губах. Он провел рукой по лицу девушки, смахивая снежную влагу, а Юма, открыв глаза, вдруг покраснела, оказавшись с ним лицом к лицу слишком близко в тесной кибитке возка. Однако момент прошел и она, потеснив теперь уже Имрина, приложила снег к голове Лисы. Та зашипела.

– Что Вы делаете?! – повторенный вопрос зубрилы потонул в Юмином замечании.

– Конечно, в снегу ты и без меня навалялась, но сомневаюсь, что кто-то прикладывал тебе холод к шишке. А всем известно, что это первейшее средство от ушибов. Ну, и как ты сама могла об этом забыть?

Лиса сдержала улыбку. Слишком поспешные движения и вопросы Юмы говорили лишь о том, как неловко та себя чувствовала. Пожалев сестру, Лиса поддержала ее.

– Я была занята несколько другим, знаешь ли. И мне некогда было вспоминать науку нирры Альмы.

– Ага, – прокомментировала Юма, – вот вернусь домой и пожалуюсь ей…Если вернусь, конечно.

Лисе пришлось поднять на сестру удивленный взгляд, но та лишь дернула плечом, не желая объяснять.

Ледяные струйки потекли зашиворот, заставляя девушку вздрогнуть и сменить удивление во взгляде на возмущение.

– Терпи. – Юма была неумолима. – Как маленькая.