Елена Юшкова – Диалоги и встречи: Женщина в русской и американской культуре. Сборник статей, материалов конференции (страница 6)

6. Susanna Rabow-Edling From one imperial periphery to another: The experiences of a governor’s wife in Russian Alaska [text of the paper] / Susanna Rabow-Edling. – Режим доступа: https://goo.gl/vMSP6r

7. №6 S [ain] t Petersburg. Feb [ruary] 13th 1859 Sunday night 11. o’clock//Letters from the Governor’s Wife: A View of Russian Alaska 1859—1862./ ed. by Annie Christensen. [pdf] 2006.– P.33.  

8.№49. Sitka. March 14/26 1862.// Letters from the Governor’s Wife: A View of Russian Alaska 1859—1862./ ed. by Annie Christensen. [pdf] 2006. – P.239.

9.Федорова Т. С Роль женщин в развитии культуры в Русской Америке [Электронный ресурс] / Т. С. Федорова. – Режим доступа: http://www.booksite.ru/fulltext/russ_america/02_25.html .

Образ женственности: Бетти Фридан о предназначении женщины в американском обществе

Одной из тех, кто первым публично заговорил о проблеме дискриминации по половому признаку на новом витке феминистского движения в США, была Бетти Фридан. Именно эта женщина в Америке в 60-е гг. ХХ в. подняла проблему равенства среди мужчин и женщин на новый теоретический уровень.

Бетти Фридан – общественный деятель, популярная американская писательница, профессор, основательница Национальной организации женщин США (National Organization for Women). Ее заслуженно считают самой влиятельной феминистской послевоенной эпохи.

В Америке период 60 – 70-х гг. был временем социальных потрясений в стране, когда студенческие, антивоенные выступления, борьба расовых и этнических групп за гражданские права определяли политический климат [2, с. 12]. Исследователи, политики и журналисты единодушны в том, что неожиданно массовая социальная активность женщин произвела своего рода социальную и культурную революцию в западном мире, кардинально повлияв на систему гендерных отношений.

В 1963 г. выходит книга «Мистика женственности» Бетти Фридан, которая станет самой известной из всех ее работ. Это произведение, которое произвело эффект разорвавшейся бомбы, выдержало более десяти переизданий и разошлось миллионными тиражами. Книга была написана как протест против работодателей, которые, как пишет Фридан, «выкинули ее за дверь», после того, как она подала заявление на отпуск по беременности и родам [4]. Это была, конечно, не первая серьезная публикация в мире на данную тему. Так, например, в 1949 г., была выпущена книга француженки Симоны де Бовуар «Второй пол», где впервые была поставлена проблема подавления феминного. Однако среди простых американских домохозяек эта работа не вызвала большого интереса.

«Мистика женственности» – книга, которая стала первым в стране серьезным социологическим исследованием того социального явления, которое превалировало в послевоенной Америке и шло под лозунгами «обратно к дому» или «назад к семье». Так, в конце 50-х гг. многочисленные женские журналы, реклама, телевидение убеждали, что представительницы среднего класса смогли добиться «женской американской мечты»: преуспевающий и заботливый муж, здоровые дети, дом в пригороде, автомобиль, красивая одежда, которую можно демонстрировать на вечеринках и благотворительных собраниях.

Пользуясь традиционными формулировками или замысловатыми понятиями фрейдизма, женщинам без устали повторяли, что они не могут желать себе лучшей судьбы, чем прославления собственной женственности [2, с. 15]. Специалисты им объясняли, как завлечь мужчину и удержать его, как кормить детей грудью, как купить посудомоечную машину, печь хлеб, как одеваться, как выглядеть и вести себя женственно. Их приучали жалеть невротичных, неженственных, несчастных женщин, которые хотят стать поэтами, физиками или президентами. Их научили, что женщинам, обладающим истинной женственностью, не нужна карьера, им не нужно высшее образование и политические права – одним словом, им не нужны независимость и возможности, за которые когда-то боролись старомодные феминистки. Именно такое понимание женственности становится объектом критики Б. Фридан. «Женственность, – доказывает она, – понятие несуществующее, выдумка мужчин. Этим термином прикрываются, чтобы оправдать женское неравенство, выключенность женщины из социально-культурной жизни. Строго говоря, женственности, и даже больше – женщины вообще нет: есть человек женского пола. И в мужской культуре этот человек человеком вообще не признается – просто считается носителем некой таинственной «женственности» [1, с. 44]. Тысячи специалистов в те годы с воодушевлением приветствовали женственность до мозга костей. Все, что требуется от женщин, – это с раннего девичества посвятить себя поискам мужа и рождению детей. Пропаганда женственности доводила до абсурдных поступков [4, с. 4]. Б. Фридан приводит пример, как у одной женщины в нью-йоркской больнице произошел нервный срыв, когда она узнала, что не может кормить новорожденного грудью. В других больницах женщины, умирающие от рака, отказывались принимать лекарства, которые, как доказали исследования, могли спасти их жизнь: считалось, что побочный эффект убивает женственность.

Идеалом общества США в 50-е гг. была американская жена – женщина, освобожденная научными достижениями и бытовой техникой от изнуряющего домашнего труда, от опасностей родов и болезней. Она здорова, красива, образованна, ее интересует только муж, дети и дом. Она обрела истинное женское предназначение. Жена и мать, она уважаема как полноправный и равный мужчине партнер [4, с.3]. Она сама может выбрать марку автомобиля, одежду, электробытовую технику, супермаркеты; у нее есть все, о чем может мечтать женщина. Она просто упивалась своей чисто женской ролью и с гордостью заполняла графу на опросном бланке: «Род занятий: домохозяйка».

Б. Фридан, дипломированный психолог и мать троих детей, видя ситуацию в обществе, задается вопросом: все ли женщины испытывают счастье от своей жизни? На основе интервью, в котором участвовали триста «благополучных домохозяек» среднего класса, она обнаруживает, что их жизнь омрачают внутренняя неудовлетворенность и сознание собственной ничтожности. Причины подобных ощущений женщины не могли назвать ни популярным психоаналитикам, ни мужу, ни самим себе. Убирая по утрам постели, ходя по магазинам, собирая детей в школу, отвозя их на машине на собрания бойскаутов, она задает себе молчаливый вопрос: «И это все?»

В начале шестидесятых годов проблема, у которой «не было названия» [4, с. 5], словно бурный поток, вырвалась наружу, разрушая образ счастливой американской жены. Средства массовой информации стали говорить о том, что американская жена действительно несчастлива, хотя почти каждый выступавший находил этому какое-то поверхностное объяснение, чтобы закрыть вопрос. Причину несчастья связывали с некомпетентными ремонтниками бытовой техники, с тем, что в пригородах детей приходится возить на слишком большие расстояния и др. Некоторые считали, что вся беда по-прежнему в образовании: все больше женщин получает образование, и, естественно, оно не позволяет женщине чувствовать себя счастливой в роли домохозяйки [4, с. 7].

От проблемы отмахивались, внушая женщине, что она даже не понимает, как ей повезло: сама себе хозяйка, не надо считать часы, нет подчиненных, которые только и ждут, как бы занять твое место.

Газеты писали: «Все признают, что временами их охватывает чувство глубокой безысходности и разочарования из-за нехватки времени для себя, из-за физической нагрузки, однообразия семейной жизни, из-за обреченности на все это. Но, тем не менее, если бы у женщины был выбор начать сначала, ни одна женщина не отказалась бы от своего дома и своей семьи» [4, с. 11].

Проанализировав поведение американских женщин в те годы, автор книги делает вывод, что это был самый настоящий кризис личности, выражающийся в кризисе женской идентичности как таковой. Если потребность женщины в самоуважении, в жизненных достижениях, в конечном счете – в самовыражении неповторимой человеческой личности не признается культурой, в которой она живет, то она вынуждена самореализовываться на единственном пути, ей открытом – в сексуальном удовлетворении, в материнстве, в обладании материальными благами. И заключенная в эти рамки, она остается на низшем уровне человеческого состояния, не допущенная к реализации своего высшего человеческого Я.

«Мистика женственности» на деле обернулась драмой женской личности, драмой подавления интеллекта, профессиональных и социальных интересов. Добровольно следуя устоявшимся гендерным стереотипам, женщины оказывались, по определению Фридан, в «уютном концлагере» семейной жизни, обнаруживая, что потребительские товары, муж и дети не в состоянии избавить от ощущения опустошенности.

«Проблема без названия», мучающая многих американских женщин, возникла благодаря роли, которую они отвели себе, и которая не позволяет им стать тем, чем они могли бы стать. Отсюда и все возрастающее отчаяние женщин, которые не нашли своего Я, хотя при этом они, возможно, и избежали чувства беспокойства и неудовлетворенности, всегда сопутствующего свободной творческой личности. Многие ученые выдвигали концепцию психологически здорового человека и вообще нормы и патологии в человеческом поведении. Нормальным может считаться только тот, кто стремится к полному раскрытию своих способностей [4, с. 158]. Имеется в виду, что человек может быть, счастливым, уверенным в себе, здоровым, не страдать комплексом вины, только если он развивается и реализует свой потенциал.