Елена Юркевич – Приятный на вид (СИ) (страница 21)
Кому: Адриан Мейсон
Наверное, ты прав. Хочу побольше хороших оценок.
От кого: Адриан Мейсон
Кому: Дженнифер Райз
Молодец. Я вижу ты очень старательная. Я буду следить за процессом твоего обучения. На следующих занятиях мы проверим, как ты усвоила прошлый материал и добавим что-то из нового. Так что готовься. Надеюсь, ты не забыла что мы проходили? Поцелуи с языком буду спрашивать в первую очередь.
От кого: Дженнифер Райз
Кому: Адриан Мейсон
Помню, но многое придётся повторить. Так сказать, закрепить знания.
От кого: Адриан Мейсон
Кому: Дженнифер Райз
Что ж, если надо, будем закреплять.
По поводу прошлой встречи, что тебе больше всего запомнилось?
От кого: Дженнифер Райз
Кому: Адриан Мейсон
Мне неловко об этом говорить.
От кого: Адриан Мейсон
Кому: Дженнифер Райз
Мы не говорим, мы переписываемся. Мне интересны твои ощущения, и поэтому я тебя спрашиваю тебя здесь, так как тут проще об этом говорить. В реале ты бы точно постеснялась отвечать. Это же было у тебя в первый раз.
Моника залилась краской и закрыла ноутбук. Читать дальше ей не хотелось. Дженнифер, конечно, девочка взрослая, рано или поздно всё равно познала бы эти вещи. Но для Дженни это её первый опыт, и хочешь не хочешь, а она это чувствует очень глубоко.
Она набрала миску ледяной воды и вылила её на спящего в гостиной брата.
— Ты в своём уме? Ты что творишь?! — закричал ошарашенный Адриан.
— Ты обещал её не трогать! Я прочитала вашу переписку!
— У меня с ней всё серьёзно! И ты не имела права читать мои личные сообщения!
— Думаешь, я поверю в этот бред? Ты больше недели ни с кем не протягивал. Прибереги свои лживые оправдания для какой-нибудь несмышленой простушки.
— Я не вру! Мне она действительно очень нравиться. Я люблю её.
— Ладно, но если она будет из-за тебя страдать, обещаю, я превращу твою жизнь в ад.
Глава 20
Роковой поцелуй
Не удерживай того, кто уходит от тебя.
Иначе не придет тот, кто идет к тебе.
Карл Густав Юнг
***
Джонни пригласил Монику на благотворительный светский раут «Красно-чёрный бал», который проводиться раз в году. Обычно по традиции мужчины должны были приходить в чёрных костюмах, а девушки в красных платьях. Вечер считался самым элегантным и роскошным: обед из пяти блюд, за которым следовали танцы и благотворительная лотерея. Все вырученные средства перечислялись в фонд борьбы с раком груди.
Мероприятие проводилось в шикарном поместье площадью в семь акров. Участок за домом был искусно превращен в бальный зал на открытом воздухе, дополненный столами с красными скатертями и сияющим хрусталем. Повсюду мягко горели свечи, погружая гостей в романтическую атмосферу. Площадка для танцев была окружена фигурно подстриженными кустами и деревьями. Официанты разносили шампанское на серебряных подносах, а возле бассейна играл струнный квартет классическую музыку.
Джон взял Монику за руку и ввел в блестящее общество. Все шло прекрасно. Он весь вечер не отходил от нее, смеялся над ее шуткам, касался ее руки и талии, часами не сводил с нее своих ярко-голубых глаз. Он не делал никаких попыток общаться с кем-то еще, и душа ее так и парила.
Пробормотав что-то насчет жажды, Джон направился прямиком к одному из баров, оставляя девушку в компании семейной пары, которые были инициаторами этого мероприятия и владельцами дома.
Слушая бесконечные тирады хозяйки дома о садоводстве, девушка время от времени наблюдала за окружающими людьми. И вдруг её взгляд остановился на Майке. Его уж она точно не ожидала тут увидеть! Он был в великолепном черном костюме без галстука. Расстегнутые верхние пуговицы рубашки открывали ключицы. Рокер ощупал её взглядом сверху донизу и многообещающе облизал губы. Его взгляд невольно задержался на красном переливающееся платье, которое плотно облегало тело. Прилегающий лиф был низко вырезан на груди. Моника как всегда была одета на все 100 %. Ярко и сексуально Это было то самое платье, которое ей подарил Майк. Её шею украшало массивное золотое ожерелье, инкрустированное алмазами и рубинами
Он медленно приближался к ней. Тем временем хозяйка дома уже пошла встречать новых гостей, и Моника стояла в полном одиночестве.
— Моника, какой приятный сюрприз! — на его губах мелькает тень улыбки.
— Не уверена насчёт того, что он приятный, — небрежно отвечает Моника.
У неё сразу пропало настроение. Она смотрела на него брезгливо и презирающее, обвиняя в испорченном вечере из-за его появления.
Рокер предложил ей руку:
— Пойдем танцевать.
Моника уже собиралась отказать, как он схватил её за запястье и потащил на танцпол. Шатенка уже хотела вспылить, возмутившись его наглостью, но ей не хотелось портить репутацию своей семьи и привлекать всеобщее внимание. Она молча вложила свою ладонь в его — теплую и сильную.
Пара медленно двигались под мелодию Mozart — Sonata for 2 Pianos in D, K 448 — I. Allegro con spirito. Молчание продолжалось долго. Майкл с удовольствием ощущал в своей руке узкую ладонь, с наслаждением вдыхал аромат её нежных духов. Даже на высоких каблуках Моника доставала ему лишь до подбородка.
В Монике было что-то, что против воли тянуло его к ней. Шатенка роскошно выглядела, восхитительно пахла, ее голос был мелодичен, и Майк до боли хотел узнать, была ли ее кожа на ощупь такой же шелковистой, как он представлял в своих фантазиях. Ему хотелось погрузить ладони в ее волосы, прикоснуться к пухлым мягким губам, провести пальцами по совершенной линии скул, вдохнуть нежный аромат ее кожи, от которого все внутри него сжималось.
— Ты мне очень нравишься. Я постоянно думаю о тебе, — прошептал он ей на ухо.
— Оставьте эту соблазнительную лапшу для ушей какой-нибудь законченной дурочки. Неужели тебя заклинило на мне? Послушай, мне очень нравиться Джон, и у нас всё серьёзно. Лучше найди себе другую жертву для соблазнения. На меня твой шарм, увы, не действует. Тебе мало женщин, мечтающих оказаться под тобой?
— Так случилось, что я хочу именно тебя. И ты будешь моей. Будешь делать, что я захочу и как захочу, а свое нравится — не нравится, оставишь для кого-нибудь другого на далёкое будущее.
— А ничего, что я не хочу? — губы шатенки изогнулись в презрительной и какой-то хитрой улыбке.
— Ничего, — отмахнулся он беспечно, — Я знаю, что у тебя сейчас финансовые трудности. Но если ты будешь со мной милой, ласковой, послушной, заботливой, будешь потакать всем моим прихотям и извращённым фантазиям, то я бы мог тебя содержать.
— А теперь послушай меня, ты, надутый индюк! У меня нет никаких финансовых трудностей, да и если бы и были, то неужели ты думаешь, что я бы опустилась до уровня куртизанки и начала бы тебя благодарить за столь «лестное» предложение?! Даже не надейся! — лениво растягивая слова и нахально смотря на него, сказала девушка.
Майкл перестал вникать в ее лепет и смотрел по сторонам, как чувствовал. Вдруг замаячила знакомая фигура — это был тот самый блондин, которого он видел на фото с Моникой.
Рокер прижал девушку сильнее и начал целовать. Шатенка, неожиданно для неё, почувствовав на своих губах жар губ мужчины- влажных, нежных и властных, замерла. Девушка чувствовала беспомощность, вызванную его горячим телом, и неуемной сексуальностью. Она не могла управлять своими инстинктами и ответом собственного тела на его. Внутри был такой трепет, что отодвинуться не было сил, и хотелось, чтобы это мгновение длилось и длилось бесконечно. Вдруг ей стало противно от собственной слабости.
С двумя коктейлями в руках Джон отправился искать свою спутницу.
Конечно же, в его планы не входило стоять столбом и смотреть, как она целует другого мужчину. И не просто мужчину, а самого Майка Блэка. Блондин в ужасе наблюдал, как его соперник рукой обхватил её сзади ниже талии и прижал сильнее к себе. В нём проснулась дикая ревность, какой он никогда в жизни не испытывал. Это же он должен был быть тем, кто её обнимает, тем, которого она любит! Джон был собственником, не смотря на кажущуюся джентльменскую учтивость и мягкость при общении со слабым полом.
Майк, целуя девушку, смотрел в глаза Джону: «Ну, что теперь понял, что она моя?»
В какой-то миг Моника открыла глаза, увидела, что Майк смотрит куда-то за ее плечо и, сильно оттолкнув его, обернулась. Напротив, метрах в пяти от них стоял Джонни, смотрел на неё растеряно и брезгливо. Он демонстративно развернулся и пошёл прочь, принимая своё поражение на любовном фронте.
— Что ты наделал?! — возмутилась девушка, заглядывая ему в лицо.
— Не люблю соперников.
Лицо девушки перекосилось от злости, пальцы сжались в кулаки.
— Ненавижу! — процедила она и побежала за Джонни, чувствуя вину, и стала мысленно искать себе оправдания.
— Джон! Джонни постой! — догнала его Моника, — Ты не правильно понял!
— А что я не так понял?! Может, я слепой?! — обычно спокойный мужчина становился все агрессивней.
— Прости меня, это было ошибкой. Он сам поцеловал меня. Я этого не ожидала, — девушка с трудом сдерживала слезы.