Елена Юркевич – Приятный на вид (СИ) (страница 14)

Неожиданно на кухне появилась Дженнифер и выхватила пульт:

— Извини, но сейчас будут показывать повтор интервью с моим любимым Майком Блэком. Он такая душка!

Дженнифер переключила канал, и на экране появилось лицо Майка. Моника едва сдержала раздражение.

Рокер давал интервью в номере какого-то роскошного отеля. Дженнифер впечатляло, как он свободно откинулся на кресле и непринужденно и уверенно держался — наверняка сказался опыт бесконечных съемок. Моника рассматривала тело брюнета. Его чёрный джемпер с вырезом в форме буквы «V» выгодно подчеркивал широкие плечи и намекал на отлично накачанную мускулатуру.

В голове Моники вдруг всплыли воспоминания. Она вспомнила фильм, в котором снимался Майк, а точнее сцену в душе, где он, без сил, прислонился к стене, предоставив струям воды смыть с его обнаженного тела кровь убитого брата. Да, внешне он был необычайно привлекателен и сексуален. Жаль, что почти все красивые мужчины не обладают такой же красивой душой.

Репортерше, сидевшей напротив рокера, было около тридцати пяти. Она с обожанием смотрела на звезду и задавала свой следующий каверзный вопрос:

— Ходят слухи, что вас заинтересовала главная роль в картине «Кровожадный вампир». Однако, её отдали другому актёру из-за вашего конфликта с режиссёром. Не желаете прокомментировать?

Не переставая улыбаться, Майк небрежно поправил часы, слегка повернув их на запястье.

— Мой конфликт с режиссёром я обсуждать не намерен. Могу лишь сказать, что наши творческие взгляды не сошлись. Кроме того, в настоящее время я бы хотел отдохнуть перед мировым турне.

Журналистке пришлось примириться с тем прискорбным обстоятельством, что ответ рокера не смог послужить поводом для сплетен.

— Где планируете провести свой отдых?

— Думаю, вам известно, что пять лет назад я купил остров. Вот, хочу провести время там. Остров — мое снятие стресса. Мой способ вернуться к нормальной жизни. Для меня это место становится идеальным убежищем и спасением от давления звёздной жизни. Как только я чувствую подавленность из-за концертов и этой суеты вокруг меня, то говорю себе: «Расслабься, ты можешь поехать на остров и исчезнуть».

— Для тех, кто не знает, остров Майка Блэка длиной 1,4 км находится примерно в 100 километрах от столицы Багамских островов — Нассау, и стоит 2,8 млн. долларов. А чем именно вы планируете заниматься на острове? — с ангельской улыбкой поинтересовалась репортер.

— Да как любой нормальный человек: купаться, загорать. Ещё буду играть на гитаре, сочинять песни и рисовать. Мне очень нравиться рисовать лица, особенно глаза. Ведь глаза отражают душу человека. Мне всегда хочется поймать эмоцию — то, что происходит «внутри» этих глаз. Я люблю, когда мне удается разглядеть в людях то, что скрыто за внешней оболочкой, и я стараюсь показать им то, чего они сами не видят. Ну, и разуметься, мне нравиться рисовать обнажённые женские тела, — ответил Майк и сменил позу — закинул ногу на ногу.

— Кстати о женских телах. Мы вплотную приблизились к моей любимой теме. Поговорим о женщинах.

— О-о-о! Ну, как обычно. Не было ни одного интервью, в котором не задавали бы вопросов о женщинах.

Преодолев некоторую неловкость, журналист снова пошла в наступление:

— Вопрос, собственно, заключается в следующем: почему вы меняете женщин с такой скоростью? Ведь среди тех, с которыми у вас были интрижки, присутствовало и немало красоток!

— Как известно, король Франции, Людовик, был очень любвеобильным монархом. И при этом имел жену — первую красавицу во всем Париже. Как-то кардинал спросил его: «Ваше величество, у вас такая прекрасная жена, но вы имеете еще и любовниц. Разве ваша жена не может полностью удовлетворить ваши потребности?» Ничего не ответил ему на это король, а только пригласил на обед. На обед кардиналу подали прекрасно приготовленную индейку, которую он очень любил. Съев индейку, кардинал получил приглашение и на завтра. На следующий день ему опять подали индейку и снова пригласили на обед. Так продолжалось неделю. Кардинал приходил на обед, и ему неизменно подавали одно и тоже — индейку. Но как бы не любил кардинал хорошо прожаренную индейку, на седьмой день она ему уже опротивела, и он взмолился: «Мой сир, нет ли у вас чего-нибудь другого?» Король удивленно спросил его: «Но ведь вы так любите индейку!» — «Но ведь я ем ее уже седьмой день,» вскричал кардинал. На что король, прищурившись, заметил ему: «Вот видите, кардинал, как бы вы не любили индейку, но иногда хочется и булочку».

— Так значит, вы не верите в моногамию?

— Да. Я не верю в долговременные отношения. Не бывает половинок. На мой взгляд, теория о том, что каждому человеку судьбой предназначен другой, ошибочна и даже вредна. Мир крайне ненадежен. И люди в нем ненадёжны. Я считаю, что зацикливаться на одном человеке и строить на него планы — глупо.

— Чего вы ищете в женщинах?

— Девушка наполовину мое лицо и часть имиджа. Она должна разделять моё мировоззрение, обладать схожими вкусами и амбициями, у нас должны быть схожие взгляды на жизнь. Тогда у неё будет шанс удержать меня хотя бы месяц. Но это крайне сложно. Моя основная проблема с девушками в том, что рано или поздно мне становиться скучно.

— Вы согласны с выражением «Любовь делает нас слабее»?

— Нет. Любовь делает сильнее. Ослабляет исключительно страх потерять и повышенная потребность в самой любви. Это относительно простые комплексы, над которыми нужно просто работать.

Дослушивать интервью у Моники не было никакого желания. Она допила остаток кофе и пошла в коридор, обулась, накинул куртку, взяла телефон, ключ и вышла из дома.

***

Майк подъехал к дому Моники на своём лимузине как раз в то время, как она вышла из ворот и увидела его лицо из открытого окна автомобиля. Моника посмотрела на него так, что если бы взгляды могли убивать, то брюнету уже не осталось бы ничего иного, как лежать в лимузине с застывшим лицом и торчащим во лбу ножом длиной в дюжину дюймов.

— Здравствуй, Моника, — Майк, увидев девушку, расцвел улыбкой, за которой Монике почудилась ядовитость и коварство.

— Добрый день, — ответила сдержанно, даже холодно, девушка.

Брюнет без стеснения осмотрел черную блузку с вырезом в форме буквы «V» и узкую синюю юбку Моники.

— Мы, помниться, неправильно расстались. Всё это время я о тебе думал, переживал.

— Да, скажи спасибо, что я не подала в суд за попытку сексуального домогательства, — ответила она невозмутимым тоном.

— Спасибо, конечно, но вряд ли тебе бы это удалось. Без доказательств никто не поверит. Я — личность известная. О тебе бы подумали, что ты очередная сумасшедшая фанатка, которая решила срубить бабла за счёт звезды и выдумала эту историю.

— Ты, наверное, забыл, мой «милый», что я записала наш разговор на диктофон.

— Ах, моя глупая девочка, я повторю ещё раз: я — звезда! С моими деньгами и войском адвокатов эта проблема решиться быстро. Но давай не будем о плохом, — Майк вышел из лимузина и протянул ей букет алых роз, их было около сотни, — Прими в знак примирения и будем считать, что я искупил свою вину.

Мужчина был одет в чёрные джинсы и майку, белый пиджак и того же цвета ботинки. Моника почувствовала исходящий от него аромат: он пользовался одеколоном с цитрусовым запахом.

Она уставилась на букет с таким выражением, словно созерцала дохлого скунса.

— Мне ничего от тебя не нужно!

— Почему ты так холодна?

— А чего ты хотел? Чтоб я на шею кинулась или прыгала от радости? С какого перепугу?!

«Такая мысль приходила мне в голову. Так бы поступила любая на твоём месте,» — думал Майк.

— Ещё раз извини за тот неприятный инцидент. Я понимаю, что сильно напугал тебя. В своё оправдание могу сказать, что мне категорически нельзя пить, я корю себя за эту слабость.

«Плюс сыграли роль твои смачные губы, классные сиськи и упругая жопа,» — подумал Майк, но вслух продолжил:

— Позволь мне побыть и другим, нормальным человеком. Не хочу, чтобы ты думала, что я козел. Позволь угостить тебя кофе.

— Какое тебе дело до того, что я думаю? Не стоит беспокоиться о мнении каждого. А насчёт кофе — не думаю, что это хорошая идея. Так что ты со своим «веником» можешь убираться восвояси.

Мужчина отрицательно мотнул головой:

— Пока ты меня не простишь и не примешь букет, я никуда не уйду.

— Простила! — девушка взяла букет, — Теперь убирайся! Не хочу тебя видеть!

— У меня ещё для тебя подарок, — парень достал из кармана синюю коробочку.

— Пытаешься меня подкупить?

— В знак примирения. Хочу загладить свою вину, — он хлопнул ресницами, — Что непонятного?

— Ты сума сошёл? Не надо мне никаких подарков.

— Ты посмотри сначала — для тебя покупал, — он взял её руку и вложил коробку.

— Да не надо мне ничего! Что за тупое животное упрямство? Ты не баран по гороскопу? — и она отдала ему подарок обратно.

У Моники было одно желание: выкинуть эту коробку вместе с содержимым и владельцем. Что он к ней со своим подарком привязался? Знает она эти приемчики: прими подарок, потом расплачивайся.

Улыбка спала с губ Майка. Он открыл коробку, в ней лежали серёжки с бриллиантами.

— Нравится? Это настоящее бриллианты.

— Нет! — Моника потеряла самообладание.

Майк захлопнул коробку, не понимая, что ему делать дальше.

— Не любишь украшения?

— Люблю, но я предпочитаю покупать их сама. Разумеется, я принимаю подарки, но от близких мне людей, — брякнула девушка, ошарашив Майка.