Елена Яр – Теория магической невероятности (страница 2)

– О… Мэтью Даррен… – с придыханием сказала Ильза, слегка порозовев щеками.

В принципе, соседка могла не продолжать, я уже представила, что она может сказать: красавчик-препод – влажная мечта многих студенток. Возьми меня на свою кафедру. Или на своей кафедре. В зависимости от стадии распущенности претендентки.

– Даже и не думай его соблазнить, – доверительно понизив голос, сказал Ильза. – Его преподавательская этика крепче гранитной плиты! Многие пытались да ушли ни с чем. Так что придется учить, Герти.

– Мне не надо учить, – отрезала я, вынужденно добавив в актив новому профессору положительный балл. – Я все знаю. Мне надо лишь сдать. Так что вопрос вот в чем: он пристрастен? Может докапываться? Валить? Его отец этим грешил в былые годы.

– Ну, старшего Даррена я не застала… – задумчиво протянула Ильза. – А Мэтью известен только с положительной стороны. Строгий, но справедливый. Спецом не валит, но за красивые глаза еще никому оценку не поставил. Безукоризненно вежливый, просто так собак не спустит, хотя если есть повод, то отругает будь здоров. Нормальный, короче, он препод, если выучила – сдашь.

Такой положительный во всех отношениях человек лично у меня вызывал массу подозрений. Я бы ему не доверяла. Собственно, и не буду.

– Слушай, Ильза! – Раз уж соседка решила сдать мне все академические тайны, грех этим не воспользоваться. – А тут недавно был скандал с продажей артефактов, не знаешь, чем дело кончилось?

Я кидала удочку в неизвестный водоем. Просто наудачу. Если я все еще не забыла студенческие будни, то кто-то точно продает артефакты без сертификата. И возможно, кто-то попадался на этом или был заподозрен. Мне срочно нужен такой человек, и так, чтобы не вызвать подозрений.

– Недавно? – Соседка задумалась. – Лиза Эшвуд, наверное. Год назад ее вышибли из академии: продала кому-то из мажоров бракованный артефакт… или не бракованный… или не мажору… Точно не помню, но ее как раз тоже восстановили, как и тебя. Надеюсь, она не возьмется за старое и сможет доучиться. А зачем тебе?

– Да я в архиве на утилизации работала, к нам тот артефакт притащили на утилизацию. Просто интересно стало.

– Хочешь, я для тебя узнаю подробности? – внимательного глядя на меня, уточнила она.

– Не, не хочу, – отмахнулась я беззаботно – еще не хватало мне подозрений. – Так, к слову пришлось. – И тут же перевела тему: – Что по ванной? Будет график использования?

И Ильза вдохновенно начала описывать мне наш будущий быт.

*

Процент выполнения плана Герти: 80\100

Комментарий: Вера в будущее восстанавливается.

Я движусь в нужном направлении, и это внушает оптимизм.

День 3

План Герти: Заключить сделку с артефактором.

Не вызвать подозрений

*

Покупать артефакт у студента – это дело рискованное. Недоучка – он и есть недоучка. Хотя последний мой опыт сотрудничества с профессионалом тоже показал себя неважно. Этот мерзавец подпольный мастер Бамбони, когда я выбила у него нехилую скидку, установил на свои игрушки таймер. И надо же такому случиться, что именно при заселении в академию, они как раз и самовозгорелись. Жалко до слез, особенно учитывая мое плачевное финансовое состояние.

Последние деньги ушли на приличный гардероб для академии, плюс осталась небольшая заначка на жизнь. Но теперь ее придется отдать за новые артефакты, и остро встанет вопрос финансов.

Но думать об этом буду потом.

Сейчас у меня встреча с Лизой Эшли.

Девица была симпатичной, светленькой, почти милой. Но цепкий взгляд опытного дельца сводил на нет нежную воздушность образа.

– Мне нужен артефакт сокрытия. Случайно не знаешь, где найти? – я перешла сразу к делу.

– В лавке Олдоса Паксли на Старой Конюшенной, – слегка усмехнулась она, продемонстрировав похвальную осторожность. – При условии, что у тебя есть разрешение на такой вид артефактов.

– Разрешения нет. Так же как нет и желания об этом болтать направо и налево. Зато есть наличные.

– Магическая клятва?

– Легко.

– Срок?

– Пара дней.

– За срочность обычно берут доплату.

– Срочность – это вчера. А я даю пару дней.

Мне нравился этот деловой разговор без лишних сантиментов. То, что нужно. Четко, быстро, не теряя времени.

Мы закрепили взаимный договор клятвой о неразглашении и обсудили детали. Цена заставила меня взгрустнуть, в активе не оставалось практически ничего, и вопросом финансов стоило заняться вплотную. Но я понимала, что это она еще не драла с меня три шкуры, хотя могла. На черном рынке я бы выложилась вдвое.

Мы ударили по рукам, и теперь Лиза наконец улыбнулась не просто вежливо, а почти тепло.

– И что ты планируешь скрывать? – уточнила она.

Я хмыкнула:

– Не разочаровывай меня, ты же умненькая девчонка. Если бы я и правда планировала что-то скрывать, то точно бы в этом не призналась. К тому же карманникам это не нужно – все, что хочу, я легко спрячу в пространстве. А со мной все просто – я их перепродам за двойную цену.

Я немного кривила душой – прятать я могу лишь предметы. В данном случае мне было необходимо скрывать магическое действие, которое дает мощный всплеск энергии, которую ничем, кроме артефакта сокрытия, не замаскируешь. Но я надеялась, что отвлекающий маневр сработает – так и вышло.

Ее брови взлетели вверх.

– То есть ты собираешься на мне нажиться?

– Именно.

– А если я сама найду твоего покупателя и перебью цену?

Она была уверенна и спокойна, но я знала этот взгляд. Видела его в зеркале. Ей нужны были деньги, а не возможность обставить меня. Поэтому я ничем не рисковала.

– Удачи его найти, – ухмыльнулась я, про себя добавив: «Тем более, что его не существует в природе».

Она кивнула, пристально меня разглядывая. Мне в голову пришла мысль, что все те, кому позволили вернуться и завершить дела в академии в этом году, притащили с собой кучу тайн. Устояло бы наше славное учебное заведение после такого эксперимента.

– Нахождение в пространственном кармане не портит артефакты? – внезапно спросила Лиза.

– Для предметов они не опасны. – Наша магия обросла кучей дурацких мифов, и такие вопросы задавали очень часто.

– Я бы хотела на это взглянуть своими глазами. Давай я сделаю тебе скидку, а ты позволишь посмотреть хотя бы разок туда, в твоё хранилище?

– Карманы не портят предметы. Но они очень портят людей, – жестко ответила я.

– Я слышала, – немного разочарованно протянула Лиза. – Но вы же постоянно суете туда руки. И ни у одного карманника ничего еще не отсохло.

– Мой отец однажды зашел в свое хранилище. – Я сощурила глаза и внимательно поглядела на девушку. – Он пробыл там всего пять минут, а после этого не смог вспомнить мою мать. И эта часть памяти к нему так никогда и не вернулась. Уверена, что хочешь рискнуть?

– Н-нет, спасибо, обойдусь, – посерьезнела она.

Я немного кривила душой: в карман можно было заглянуть – и я регулярно проделывала это, когда прибиралась. Да и многие карманники подглядывают внутрь при необходимости. Но каждый из нас знает, что лишь вход у самых створок безопасен. Дальше – необратимые разрушения и, вероятно, смерть.

Я провожала взглядом удаляющуюся фигуру Лизы Эшли, пребывая в задумчивости. Поэтому голос, раздавшийся за спиной, заставил меня вздрогнуть.

– Налаживаете полезные связи, Каннингем?

Я медленно повернулась к Мэтью Даррену и вежливо улыбнулась.

– Если вы так называете дружбу, профессор, то безусловно – да.

Все было строго в рамках приличий – социальная дистанция, его поза, вежливый наклон головы. Но меня не отпускало ощущение, что он меня изучает, словно я задача на экзамене, а не простая студентка. Впрочем, он дал мне понять, что будет пристально наблюдать за мной, подозревая во всех смертных грехах. Или о чем там ему рассказывал отец – прошлый декан.

Я представила себя орехом, а его – беззубой белкой, и меня сразу отпустило.

– Мисс Эшли, безусловно, уникальный эксперт… в области дружбы. Ну и в части нестандартных способов пополнения студенческого бюджета.

– Боюсь, за пять лет отсутствия в академии я упустила все свежие сплетни. – Каюсь, я позволила иронии прорваться в мой тон, но гневной отповеди от преподавателя не последовало. Напротив, он заулыбался еще шире.