Елена Воздвиженская – Зара (страница 17)
Прошло полтора месяца. Вечером, когда Мария и Зара, управившись по хозяйству, сидели, отдыхая, на завалинке, Лисёнок играла рядом на траве с Нуаром и Чернышом, а Карлуша восседал на перилах крыльца (крыло его зажило, но летать он так и не стал, лишь прыгал наскоком), за воротами послышался звонкий и весёлый гудок машины. Во двор вбежал Серёга, а за ним следом вошёл председатель Владимир Николаевич.
– Ну что, Зара, – лихо подвернув пальцами ус, спросил председатель, – Новоселье-то будем справлять?
Зара ахнула и засмеялась:
– Ой, неужели это правда? Вот так радостная новость!
– Готов твой дом, Зорюшка, пора в него перебираться, – ответил Владимир Николаевич, – Готовься, завтра с утра поедем в новый дом!
– Так ведь там ни мебели, ничего нет, – огорошенно развела руки Мария.
– Ничего, мам, – подмигнул ей Серёга, – Справимся.
– А я бы и ещё с вами пожила, Зорюшка, – вздохнула Мария, – Уж больно я к вам привыкла, Лисёнок мне как внученька стала р
– Чой-то больно скоро вы избу-то подняли, – обратилась Мария к Владимиру Николаевичу.
– Вот те на, – рассмеялся тот, – Ещё недовольна она, поглядите-ка! Так уж старались мы всем миром, Мария, оттого и скоро!
– Та я что, я ничего, – смутилась добрая женщина, – Только больно уж не хочется Зару-то отпускать.
– Так ведь мы рядышком, – улыбнулась Зара, – В любое время мои двери открыты для вас всех.
– И то верно, – ответила Мария, – Надо вам и свою жизнь начинать на новом месте. Всё правильно. Ну, что ж, значит завтра с утра и поедем в новый дом!
Глава 18. Новоселье. Рубашка для утопленницы
Наутро, когда Зара проснулась, Мария уже вовсю хлопотала по хозяйству, хотя и было ещё раннее утро.
– Доброе утро, Зорюшка, – приветливо улыбнулась Мария, – А я вот вам пирожков с собой напекла да коровку подоила, молока вам приготовила банку. А вот тебе от нас с Сергеем ещё подарочек на новоселье.
И Мария протянула Заре большую, увесистую сумку, в которой лежали простыни, полотенца, наволочки, скатёрка и белые вышитые Марией занавески на окна.
– Да что вы, – всплеснула руками Зара, – Столько всего собрали! Да мне неудобно, я куплю сама потихоньку, у меня ведь есть пока деньги, к счастью.
– Деньги свои прибереги, придержи пока, – махнула Мария, – Пригодятся они вам. А нам с Сергеем столько не надо. Всё равно лежит в шкафу всё новое. Я ведь запасливая, люблю, чтоб было. Вот и пригодилось, как видишь.
– Спасибо вам! – обняла Зара добрую женщину.
Тут же за воротами раздался сигнал машины, это приехал Сергей на грузовике.
– Собирайтесь, поехали, – закричал он, выглянув из кабины.
Когда Зара вышла ко двору, она обомлела – кузов грузовика полон был разных вещей. Были тут и стулья, и стол, и комод, и даже деревце в кадке.
– Откуда же всё это добро? – растерянно спросила Зара.
– А это люди наши для тебя собрали, – ответил Сергей, – На первое время. Вещи, конечно, не новые, но добротные, хорошие. Я всё подправил и подкрасил.
Мария забралась в кабину и посадила Лисёнка к себе на колени, а та держала в ручонках своего Черныша. Зара же залезла в кузов, взяв с собой Нуара и Карлушу.
– Поехали, – сказал Сергей.
Когда они подъехали к новому дому, то Зара ещё издалека увидела, что рядом с домом происходит какая-то суета. Войдя во двор, она поняла, что люди уже всё ей приготовили – на окнах висели занавески, во дворе стояли столы, накрытые нехитрой деревенской снедью. Мужики тут же подхватили мебель и понесли в избу.
Зара села и заплакала.
– Да ты что, милая, – окружили её женщины, – Всё хорошо! Радость-то какая, новоселье!
– Как же я с вами рассчитаюсь за всё? Столько вы всего сделали для меня в трудный час. Спасибо вам за помощь!
– Ты давно с нами рассчиталась, – ответили бабы, – А сейчас давай-ка лучше праздновать!
Гармонист заиграл весёлую песню и все принялись усаживаться за столы, смеясь и радуясь хорошему дню, радостному событию и просто тому, что вот так собрались они все вместе. В деревне ведь как? И горе и радость – всё общее. И вот что интересно: если радость на всех поделить, то она ещё больше становится, а ежели горе – то оно напротив легше стаёт и меньше, на плечи всех поровну ложится. Удивительная она штука жизнь…
Дни потянулись потихонечку, дело шло к осени. Слава о Заре полетела за пределы деревни. К ней стали приезжать и из соседних деревень, и даже из отдалённых. Зара понимала, что на ней лежит большая ответственность, и порою страшно ей становилось от мысли, а вдруг она не сумеет кому-то помочь или же сделает что-то не так, ошибется и навредит человеку, но сомнения эти отступали всё дальше с каждым новым делом, ибо Зара видела и чувствовала, что силы её растут раз от раза, и дар её приумножается. Никому из обратившихся к ней людей, Зара не отказывала, кроме тех, что приходили за недобрым делом или же под видом благого, пытались обмануть Зару и таким путём заполучить её помощь и кому-то навредить через неё. Но таких она чуяла сразу, словно насквозь видела намерения человека. И сразу же давала им от ворот поворот.
Вечерами, когда Лисёнок уже сладко спала в своей кроватке, Зара садилась у окна, наливала себе чашку травяного чая, и подолгу сидела, глядя на реку, протекавшую внизу под холмом, на лес, что начинался через поле, на полную луну в небесах и была счастлива – у неё есть дом, есть любимая доченька и верные друзья. Но временами сердце её переполняла тоска. Она вспоминала своего мужа и слёзы застилали её глаза. Как не хватало ей его тёплых рук и ласковых слов, его поддержки и улыбки. Он иногда приходил к ней во сне, но утром она вновь просыпалась одна и понимала, что это всего лишь сон. А в другую ночь ей снова снилась бабушка и строго велела не горевать, нельзя вернуть мёртвого, нужно жить во имя живых, и что всё у Зары будет хорошо.
В одну из ночей, когда Зара сидела по своему обыкновению у приоткрытого окна и свежий ночной ветерок колыхал слегка занавески, по стеклу вдруг заскребли. Словно тонкая веточка процарапала. Зара вздрогнула и очнулась от своих мыслей. Она выглянула в окно, но никого не увидела. Лунная дорожка серебрилась по реке, колыша водную гладь. Юный рогатый месяц повис над лесом, посеребрив верхушки елей и сосен, залив всё кругом бледным светом. Внезапно тучки набежали на небо, заволокли месяц, повеяло сыростью с реки, начал накрапывать дождь.
Зара поёжилась. Хотела было прикрыть окно, как вдруг вновь услышала тихое поскрёбывание по стеклу. Она резко повернула голову и увидела тонкую бледную руку, что легла на подоконник.
– Кто ты? – спросила с тревогой Зара.
– Я за рубашечкой пришла, – жалостливо протянули из-за окна.
Зара вздрогнула и вспомнила про своё обещание. Рубашечку-то она давно уж заготовила, да только не приходила больше утопленница. Зара и забыла о ней в суете будней и с хлопотами по новоселью.
– Галочка, это ты? – спросила она в окно.
– Я, – прошелестело оттуда в ответ.
– Хорошо, – вымолвила Зара, сглотнув ком в горле, – Ты подожди, я сейчас выйду к тебе.
Зара тихо, стараясь не разбудить Лисёнка, прошла к комоду и вынула из нижнего ящика беленькую рубашонку, с кружавчиками и оборочками. Зара с любовью шила её вечерами, пока жили они у Марии, старалась, чтобы Галочка осталась довольна.
Нуар, увидев, что хозяйка направляется к двери, поднял голову, заворчал вопросительно.
– Спи, спи, Нурик, – шёпотом ответила ему Зара, – Всё в порядке.
Она накинула шерстяную безрукавку, так как ночи были уже прохладными, и легонько толкнув дверь, вышла на крыльцо.
В колеблющемся лунном свете месяца, который то выныривал из плывущих по небу туч, то вновь прятался за ними, Зара увидела белое пятно возле куста калины, что рос во дворе.
– Галочка? – позвала она.
Пятно качнулось и направилось в её сторону. Девушка не шла, а плыла над землёй и ни одна травинка не гнулась под нею. Поравнявшись с крыльцом утопленница остановилась и молча уставилась на Зару. Зара медленно спустилась со ступеней и встала перед Галкой, сжимая рубашечку в руках.
– Что же ты раньше не пришла? – спросила она у неё.
Галка покачнулась, длинные волосы её рассыпались по плечам:
– Нельзя мне туда. К людям. Ты ведь у Марии жила.
– У Марии, – кивнула Зара, – Но ведь сейчас ты вышла всё же к человеческому жилью, пришла ко мне.
– К тебе можно нам, – улыбнулась тёмными губами Галка, – Ты на границе стоишь между этим миром и иным. Между живыми и мёртвыми.
Зара поёжилась от её слов. Хоть и чувствовала она силу свою и превосходство над водяной девой, и знала, что та не сможет ей навредить, однако ж мурашки пробежали по её телу в эту минуту. А Галка продолжила:
– Раньше бабушка твоя, Иля, проводником была. Знали те, кто на той стороне, к кому обратиться. Да только я тогда ещё в вашем мире была, среди живых ходила. Но шептались деревенские, что умеет бабушка твоя не только живым помогать. А теперь вот твой черёд пришёл, Зара. Сила в тебе великая. Ты ещё сильнее Или будешь. А я лишь первая, кто к тебе обратился. Ещё будут. Судьба твоя такова. Кому-то надо и мёртвым помогать…
Ветер зашелестел в верхушках деревьев, в лесу заухал кто-то, застонал.
– Для кого тебе рубашечка нужна? – спросила тихо Зара.
– Сыночка своего не могу я найти, – ответила Галка, – Нет у него рубашечки крестильной, без крещенья он умер, оттого не могу я видеть его, игошкой он стал. А коли будет у меня для него рубашечка, то смогу я найти его, стоит только окликнуть да сказать: « Имя тебе даю Иван».