Елена Воздвиженская – Вдовья трава (страница 37)
Игорь был вне себя от счастья. Телефон нашёлся. Теперь не нужно ждать, когда в семье появится необходимая сумма на покупку нового. Всё обошлось, исчезло, словно сон. Соцсети, ролики, музыка – всё теперь снова доступно в любое время, в любом месте. Игорь всегда на связи, всегда онлайн. Счастье. Вечер пролетел, как единый миг. Мальчик уснул одетым на расправленной кровати, сжимая в руке своё сокровище. Настенные часы отсчитали полночь. Почему-то погас фонарь за окном во дворе – может ветер виноват? Вон как разбушевался, гудит и воет в проводах, совсем как зимой, терзает уже почти голые деревья. Что-то разбудило мальчика. Уж не шум ли ветра? В комнате стоял абсолютный мрак. Экран телефона светился. Ноль пятнадцать на экране. Игорь машинально пробежался по рабочему столу. Стоп, что это. Этого значка вчера не было. Чёрный круг с огненной загогулиной внутри, напоминавшей взбешённую змею. Хотя, он вчера добавил достаточно приложений – это, видимо, шло в нагрузку. Ладно, посмотрим. Игорь нажал на иконку. На экране появилась извивающаяся яркая лента. Зазвучал рэп – его любимая композиция.
– Ничего себе! – довольно подумал Игорь.
Он уже привык, что телефон угадывает его предпочтения, выбирает из контента только то, что нравится ему. Полистав приложение, Игорь был приятно поражён – программа выбирала понравившиеся ему хиты из сети, проигрывая их в произвольной последовательности. Неплохая штука, чтобы приятно убить время. И бесплатная. Лента росла и постепенно заполнила собой весь экран. Она двигалась ритмично, в такт музыке. Закончилась первая композиция, сразу же началась другая. Игорь, забыв про сон, завороженно смотрел на экран. Вспомнил про наушники – всё-таки ночь на дворе – но шевелиться было лень. Какое-то оцепенение сковало тело. Меж тем лента уже вышла за размеры экрана, танцуя прямо на кровати, при этом продолжая расти. Игорь попытался закрыть приложение, но вдруг понял, что не может этого сделать – телефон не слушался. Музыка становилась всё громче и громче, лента уже доставала до потолка, напоминая танцующего удава.
Мальчик накрыл телефон подушкой, но лента-змея не исчезла. Выдернуть аккумулятор – не вариант. Аккумулятор в этой модели был встроенным. Игорь вскочил, пытаясь выбежать из комнаты, но тут же почувствовал болезненный укол в шею. Так жалила пчела или оса. Жгучая боль пронзила тело до самого позвоночника. Он потёр кожу ладонью – ничего. Подбежал к висевшему на стене зеркалу, включил свет. Змея продолжала свой дьявольский танец, отбрасывая мечущиеся тени на стены и пол. Кожа на шее была чистой, лишь слегка покраснела от прикосновений ладони. Тут Игорь почувствовал, что сознание покидает его. Комната вместе со змеёй закружилась, перед глазами замелькали чёрные точки, всё поплыло перед ним и провалилось во тьму.
Глава 2
Утром Антона разбудил истошный крик Кати, долетевший из детской. Ещё толком не проснувшись, Антон подскочил с постели и рванул в комнату сына. Игорёха лежал на полу около двери. Кожа его была мертвенно бледная с оттенком синюшности, но сердце билось – медленно и тихо. Скорая помощь быстро увезла мальчика в больницу. Растерянно ища одежду для сына, мать нашла под подушкой смартфон. Аппарат молчал, экран не светился. Она переложила его на стол и тут же забыла о нём.
Антон и Катя тихо сидели на кушетке рядом с дверью реанимации. Вскоре вышел усталый доктор – невысокий мужчина с аккуратной бородкой, кивком головы пригласил их следовать за ним.
– Скажу прямо, – начал он, теребя в руке ключ от кабинета, – Ситуация очень непонятная. Пока непонятная. Мы взяли необходимые анализы, поэтому точнее скажу потом. Сейчас только могу объявить, что его жизни ничто не угрожает. Ключевые показатели в норме.
– Доктор, – тихо спросила Катя, – А эта ситуация… она могла быть вызвана смартфоном?
– Исключено, – категорично заявил доктор, – Это точно не воздействие телефона.
Прошёл месяц, но Игорь в сознание так и не пришёл. Он сам дышал, сердце билось ровно, поэтому из реанимации его перевели в отдельную палату интенсивной терапии. Врачи консультировались с другими врачами, менялись схемы лечения, только бледное тельце сына едва подавало признаки жизни. Катя и Антон практически ночевали в больнице.
По карнизу стучали крупные капли дождя. Улица была пустынной, лишь нахохлившиеся воробьи сидели кучкой под козырьком подъезда, прячась от влаги. Катя возвращалась домой. Работа, потом больница. Всё без изменений. Остаться бы с сыном, да пришла её мама, отправившая дочку домой. Действительно, этот месяц превратил цветущую женщину в бледное привидение, едва державшееся на ногах. Она похудела, осунулась, под глазами прочно прописались синяки. Сейчас бы упасть, отключиться без всяких сновидений, будто нажав на кнопку «выкл», но нужно закинуть вещи в стиралку, приготовить ужин для Антона, ну и прибраться хоть чуть-чуть.
Женщина вошла в подъезд. Её шаги гулко раздались в акустике бетонных стен. Почтовый ящик был забит до отказа. Квитанции, реклама, реклама… Как её много, этой рекламы. Тысячи тонн древесины изводят, чтобы напечатать эти крохотные и не крохотные бумажки, которые всё равно тут же полетят в мусоропровод, увеличив и так немалую кучу мусора, а деньги за загубленный лес войдут в стоимость рекламируемого товара. Зачем? Одна бумажка выскользнула из рук, плавно опустилась на грязный пол. Катя, не желая оставлять после себя мусор, машинально подняла её. Резкое движение головой отозвалось головокружением. Медицинский центр «Персефона» предлагал широкий спектр услуг, включая услуги приглашённого из Москвы невролога с международным сертификатом и прочими завлекающими народ регалиями. Машинально сунув визитку в карман, Катя поднялась на свой этаж и вошла в квартиру.
На следующий вечер позвонил взволнованный Антон, дежурящий у постели сына – у Игоря началась аритмия. Врачи сделали всё, сердце восстановило ритм, но экстрасистолы всё же не ушли совсем. Они есть, и их достаточно много, чтобы бить тревогу. Что такое «экстрасистолы» Катя не знала, и это ещё больше пугало её. Бросив всё, она отпросилась пораньше с работы – там уже знали про её беду, поэтому отпустили без разговоров. Вызвав такси, Катя тут же примчалась в больницу. Мрачный, усталый взгляд Антона не сулил ничего хорошего.
– Дела такие, – подытожил врач, – Сердце вашего сына не справляется с нагрузкой и поэтому выдаёт такую «свистопляску».
– Доктор! – зарыдала Катя, – Скажите уже, наконец, что с Игорем?!
Доктор вздохнул, перелистал историю болезни.
– Ну, успокойтесь, для начала, Катерина. Ваш мальчик будет жить полноценной жизнью. Непременно. Всё наладится. Мы делаем всё возможное и очень стараемся. Сейчас важно провести полное обследование, чтобы исключить возможные патологические процессы.
– Господи! – захлёбываясь от слёз, выкрикнула Катя, – Он без сознания уже месяц, а вы всё твердите о каких-то исследованиях!
Доктор посмотрел в окно на припозднившихся голубей, что взгромоздились на карниз, пытаясь заглянуть в светящиеся окна кабинета.
– Мы делаем всё, что в наших силах, Екатерина Николаевна. Аритмия началась только сегодня ночью – раньше её не было. Вы же хотели бы знать, что её вызвало? Не волнуйтесь, мы уже связались и с областным детским кардиологическим центром, и с Москвой. Кое-что уже прояснилось, но нужно понаблюдать.
Катя сухо попрощалась с доктором, и всхлипывая, вышла из кабинета. Антон терпеливо сидел у двери. От него пахло спиртным. Катя хотела было упрекнуть мужа, но, понимая, что ему тоже нелегко, передумала. Она присела рядом с ним, достала из кармана рекламный листок и набрала номер.
– Медицинский центр «Персефона», администратор Наталья, слушаю вас, – раздался в трубке приятный женский голос.
– Мне бы врача… невролога? Он ещё принимает?
– Конечно-конечно, – отозвалась Наталья, – Принимает. Он ещё неделю будет здесь работать.
Катя сбивчиво обрисовала ситуацию.
– Я соединяю вас с врачом, – коротко сказала Наталья.
В трубке что-то пропищало, затем раздался мужской голос:
– Доктор Семёнов, слушаю.
Катя ещё раз объяснила всё.
– Понятно, – после долгой паузы сказал доктор, – Нужно бы осмотреть пациента. Это будет стоить…
– Не важно! – крикнула в трубку Катя, – Я заплачу, сколько скажете, только побыстрее, пожалуйста, умоляю!
– Хорошо-хорошо. Но есть ещё моментик – я должен согласовать свой визит с лечащим врачом, ну или хотя бы поставить его в известность.
– Так он сейчас в больнице, – обрадовалась Катя, – Вы можете подъехать сейчас?
– В принципе, да, могу, – ответил Семёнов.
Минуты ожидания тянулись мучительно долго. Катя ходила по коридору взад-вперёд, Антон ушёл к сыну. Лечащего врача на месте не оказалось – уехал. Отменять вызов не стали. На худой конец, всегда есть дежурный врач. Наконец, зазвонил телефон.
– Я у входа, – сухо ответил подъехавший доктор.
Катя пулей метнулась по лестнице, прыгая с пролёта на пролёт. Её запыхавшаяся фигура появилась в вестибюле в тот момент, когда невысокий, средних лет мужчина с чёрным кожаным портфелем в руке уже входил внутрь. Русые волосы были старательно зачёсаны на отчётливо проявившуюся лысину.
– Вы – Екатерина? – спросил мужчина.
Катя, едва переводя дух, лишь энергично кивнула.