Елена Верная – Мой нынешний бывший босс (страница 11)

Глава 9

Суета рабочего дня поглотила меня полностью. Я про обед вспомнила, когда передо мной поставили контейнер с салатом, и я удивленно подняла взгляд на Титова.

— Это что? — я нахмурилась.

— Это обед, который закончился полчаса назад, — ответил мужчина и ушел, а я осталась таращиться на салат.

Огляделась по сторонам и увидела секретаршу, которая прикидывалась фикусом, замерев у стеллажей с папками.

— Алена, если ты будешь прятаться от босса, ты ничему не научишься, — я понимаю, что девушка по-прежнему боится Титова.

— Просто он очень строгий, — потупив взгляд, отвечает наша общая с Романом секретарша. — И страшный, — вдруг добавляет она.

— Страшный? — я удивленно смотрю на девушку.

— Ой, я не в том смысле, — на лице Алены появились красные пятна от смущения. — Я в том смысле, что мне страшно, стоит ему на меня только взглянуть.

— Не переживай, он хороший и справедливый, — улыбнулась я девушке.

— А вы давно его знаете? — секретарше явно любопытно.

— Не так чтобы уж очень давно, но мне доводилось с ним работать ранее. Я была временной помощницей в другой фирме, — я сделала неопределенный жест рукой.

— Ой, значит, вы знаете, что это за история с девушкой, которая покончила с собой из-за него? — Алена оживилась, и у нее даже глаза заблестели.

— Нет, первый раз слышу, — я удивленно посмотрела на девушку. — Видимо, это было до меня.

— Жаль, — секретарша приуныла.

— А кто тебе это сказала? — я прищурилась, глядя на девушку. Она и дня не отработала, а уже выудила какую-то темную историю про Титова.

— Да слышала от кого-то в курилке, — девушка растерялась, не зная, что ответить, и это показалось мне странным. Титов в этой компании меньше недели. Я понимаю, что его обсуждают направо и налево, и за перекуром, и за обедом. Но почему Алена утаила, кто ей сказал эту информацию — вот в чем вопрос.

Я показала девушке все ее обязанности, исправила все, что она успела накосячить, и облегченно выдохнула. И вовремя. Рабочий день заканчивался. Титов на глазах у Алены вышел из кабинета и замер перед секретарским столом, за которым сидела, показывая все девушке.

— Собирайся, я домой отвезу, — он сказал это так, словно мы в отношениях или знакомы сто лет, или… любовники. Я смутилась от промелькнувшей мысли, но делать при Алене какие-то замечания Роману не стала. У меня сейчас будет чудесная возможность в машине поговорить с ним. Я быстро собрала вещи, переобулась и, показав девушке, как закрывается приемная, вышла вслед за Титовым.

Естественно, нам встретились коллеги. Естественно, завтра наш совместный выход из офиса будут обсуждать и смаковать во всех подробностях.

Мужчина галантно открыл передо мной дверь, я села, пристегнулась и задумалась. А что, если мужчина делает это намеренно? Чтобы отомстить за то, что я в свое время не призналась ему, что я Мила? Решил опозорить меня по максимуму, а потом турнуть. Коварная многоходовочка. От этой мысли стало как-то так паршиво и гадко, что я решила не ждать ничего и самой поговорить с Титовым.

— Роман, что ты делаешь? — я сама не поняла, как так я перешла с «вы» на «ты». Я вообще заметила, что в неформальной обстановке я называю Титова на «ты», а на работе обращение «вы» само по себе вырывается.

— Машину веду, — Титов растерялся от моего вопроса. — А что?

— Я про вот это вот все, — и я обвела рукой машину.

— Не понимаю, в чем проблема? — мужчина нахмурился и вдруг, крутанув руль в сторону, начал притормаживать. Я догадалась, что он ищет место для парковки. Да, он прав, такие разговоры надо вести не в движущемся транспорте.

Машина остановилась, и я собралась с духом.

— Роман, я бы хотела поговорить про наши отношения, — начала я и сообразила, что фраза звучит нереально заезженно и банально.

— Говори, — Титов поворачивается ко мне и серьезно смотрит на меня.

— Я не понимаю тебя, — я решила сказать, как чувствую, не подбирая слов. И пусть покажусь наивной, глупой девочкой, но что уж поделать, какая есть. — Тогда ты не помнил, как меня зовут, и называл исключительно по фамилии, которую я тебе же и напоминала. Потом тот вечер в образе Милы, и ты был совершенно другим, — я запнулась, так как перед глазами промелькнуло все, что было между нами в тот вечер. — Когда же ты увидел меня здесь, в офисе, ты повел себя со мной, словно мы старые друзья-коллеги. Но ты не знал еще, что я Мила, — я нахмурилась, так как пришла в голову одна мысль: — Или знал?

— Нет, не знал. Продолжай, — мужчина взял меня за руку, и это нисколько не помогало мне говорить. Я то и дело отвлекалась на то, что Титов поглаживает ладонь, вырисовывая на ней узоры.

— Да, в принципе, и все. Просто у меня один лишь вопрос к тебе: почему тебя так штормит в отношении меня. А, и еще один: что между нами? Потому что в офисе все уверены, что мы спим вместе, и ты ведешь себя так, словно это так и есть, — я вопросительно приподняла брови.

— Тебе важно все знать заранее? Понимать статус? — мужчина улыбнулся краешком рта.

— Да, и это важно было бы любой нормальной женщине, — я напряженно жду, что ответит мне мужчина.

— А что ты скажешь, если скажу, что и тогда я помнил, как тебя зовут. И эти два с половиной года тоже помнил? — Титов смотрит на меня исподлобья, выжидательно.

— Я скажу, что не верю, — может, он хотел поразить меня, но пока что у него это не выходило.

— У меня нет возможности доказать тебе обратное, это может сделать лишь время, — мужчину задели мои слова. Все же такие мужчины, как Титов, не привыкли к отказам. — И да, я бы хотел, чтобы наши отношения вышли на другой уровень.

— На какой? — я замерла в ожидании ответа.

— На тот, на котором я могу сделать так, — и мужчина положил мне на коленку руку и плавно начал движение вверх, а у меня побежали мурашки по всему телу от его прикосновения. — И вот так, — мужчина склонился ко мне, и наши губы оказались на расстоянии нескольких миллиметров друг от друга.

— Это официальное предложение? — выдохнула ему в губы, а Роман довольно улыбнулся.

— Более чем, — взгляд у мужчины потемнел, и он неотрывно смотрит на мои губы, но словно ждет разрешения, встречного шага от меня.

— Я могу подумать? — а вот этот вопрос оказался для Титова неожиданным. Наверное, он ожидал, что я радостно брошусь ему на шею или оседлаю его прям здесь, на обочине проезжей части, прямо в машине, чтобы мужчина оценил уровень моей радости.

— Можешь, — растерянно отвечает Роман и отстраняется, а я демонстративно поглядываю на часы. Он заводит машину и выруливает на дорогу. Мы едем в полнейшей тишине, но я вижу, что мужчину гложет что-то. Когда мы оказались у моего подъезда, и Роман вопросительно посмотрел на меня, словно находясь в сомнениях, я замерла и с вопросом посмотрела в ответ.

— Мне показалось, что ты хочешь что-то спросить? — я жду.

— Да, — кивает мужчина. — Меня, признаться, удивило твое желание подумать. Что-то не так?

— Нет, все так, — я так и думала, что его мучает именно этот вопрос.

— Тогда в чем дело? — мужчина хмурится. — Ты сомневаешься в моей серьезности и искренности?

— Небольшие сомнения есть, не скрою, — признаюсь.

— У меня была причина, по которой я был вынужден игнорировать тебя тогда, — Титов смотрит в сторону, словно ему неприятно вспоминать.

— Это из-за девушки, которая пыталась покончить с собой из-за тебя? — я внимательно смотрю на Романа.

— Да, но откуда ты знаешь? — он удивлен и поражен одновременно.

— Мне сегодня об этом сказала Алена. А это было тайной?

— Лет шесть-семь назад, когда я только встал на должность управляющего директора и начал разъезжать по стране, организовывал работу в поглощенных новых компаниях, у меня была неприятная ситуация.

— Роман, после которого девушка решила свести счеты с жизнью, когда ты ее бросил и уехал? — я усмехнулась.

— Нет, — Титов ответил резко и был очень серьезен, поэтому я поняла неуместность своей усмешки. — У нас ничего не было, но я видел ее взгляд. Она была бесповоротно в меня влюблена, и, признаться, мне это тогда невероятно льстило. Потом ко мне пришли из полиции и стали задавать вопросы. А когда я спросил, в чем дело, то оказалась, что девушка пыталась покончить с собой, наглоталась таблеток. Ее еле удалось откачать, но она впала в кому. И кроме предсмертной записки у полиции не было ничего, чтобы разобраться в сути произошедшего. А в записке она рассказывала обо мне, своей любви ко мне и о том, что на такую дурнушку, как она, я никогда не посмотрю. Никаких обвинений выдвинуто не было, но полагаю, что меня подозревали в доведении до самоубийства. Но, уверяю тебя, я не догадывался о том, что все настолько серьезно. Поэтому, когда я увидел такой же взгляд у тебя, испугался, что возможно повторение той ситуации. А еще больше меня пугало, что ты мне тоже нравилась. Я боялся, что если проявляю хоть грамм симпатии к тебе, а потом охладею, то все может закончиться еще хуже, чем в прошлый раз, — рассказал мужчина.

— Теперь все стало понятнее, — да, у меня теперь все встало на свои места. — Если ты не афишировал эту историю, откуда Алена о ней знала?

— Ты у нее не спросила? — Титов тоже хмурится.

— Спросила, но она сказала, что услышала якобы от кого-то из коллег, — я поджала губы. — Но я работала в самом болтливом коллективе в нашей фирме. И если бы такого рода слухи ходили, то я бы услышала о них.