Елена Труфанова – Под знаменем черной птицы (страница 66)

— Только не слушай эту чушь, — мысленно добавила она.

— Не переживай, мне просто было любопытно, отличается ли знаменитая левая грудь от правой.

Он погладил обе груди, затем чуть приподнял их вверх, будто взвешивая. Айвен наклонилась к коту и прошептала на ухо:

— Левая на четыре грамма тяжелее и сосок у нее немного больше. Нравится быть несовершенной, знаешь ли. Но еще одна такая шуточка, и ты услышишь, как цвыргла кричит во время спаривания. Это незабываемый опыт, поверь.

Дальше кот просто поднял ее на руки и донес до кровати, аккуратно уложил и навис сверху, не давая сбежать. Айвен мстительно обняла его ногами за талию, с чувством, до легкого хруста в позвоночнике.

— Думаешь, здесь удобнее говорить о физических дефектах? — она стянула с кота футболку, одновременно заготовив длинный и обстоятельный монолог о его несоответствии экстерьеру правильного имуса. Не сейчас, так позже точно пригодится.

— Здесь удобнее не говорить.

— Да, а мне нравится. Это так необычно.

Айвен смотрела прямо ему в глаза, не без удовольствия наблюдая за расширившимися зрачками, дергающимися ноздрями, чувствовала тяжёлое дыхание котенка, и очередную ветку, упирающуюся ей в пах. Надо думать, то, что видел и чувствовал котенок, отличалось ровно настолько, насколько положено разницей между мужчиной и женщиной. Но это же кот, боги двуединые, она лежит в постели с котом! Как Айра, или любая другая любящая разнообразие прим-леди. И ей хорошо, и хочется продолжения, наверное, впервые в жизни.

Анрир чуть склонил голову набок и напрягся, если и не дословно услышал мысли, то направление их понял точно. Айвен же осторожно поцеловала его, снова без системы, просто как захотелось. Котенок же нарочно медленно провел левой рукой по ее телу, приласкал грудь, опустился ниже и попытался стащить шорты. Но Айвен только сильнее обхватила его ногами, а после с чувством потерлась, застонав от удовольствия. Кот вдавил ее в матрас и тоже поцеловал, почти до боли сжав ягодицу, прямо через плотную ткань шортов.

— Не хочешь раздеться? — он говорил почти на ухо, обжигая его дыханием. — Или ещё поболтаем?

— Да. Самое время поговорить о кракене. Меня интересуют все технические детали. Вот нравится болтать.

— Не болтать тоже весьма недурно.

Он осторожно, но достаточно настойчиво стащил с себя ноги Айвен, расстегнул ее шорты, попробовал их снять, но это же не просто вот так взять и отдаться кому-то. И ещё коту. Пускай и умному, но коту. И он же начнет думать, что вместе с тремя обещанными часами удовольствия получит власть над Айвен. Или она перестанет себя контролировать и обожжет котенка, глубоко, болезненно. Каково ему будет после случая в брачную ночь?

Айвен сама не заметила, как сжала ноги и вцепилась в покрывало, Анрир же натянул ее шорты на место и чмокнул Айвен в щеку.

— Сейчас вернусь.

После вышел из комнаты, бросив Айвен наедине с сомнениями, горящим телом, задранной майкой и шортами, которые вроде бы вернули на место, но лучше бы выбросили.

Его почти разрывало от желания. И даже отрезвляющее заклинание «этожтварь» абсолютно не спасало. Твари жестокие, злые, эгоистичные, красивые, но абсолютно неестественные, будто те самые механизмы. Айвен другая. Сильная, умная, веселая, хоть и шуточки у нее сомнительные. И невероятно сексуальная. Даже когда ест, что бы она там себе не воображала. Или это ему от переизбытка гормонов так кажется?

Анрир обошел вокруг хижины, спустился ниже по склону, заглянул в небольшой склад, организованный здешним двойником, и направился обратно к Айвен.

И в лесу, когда он прыгнул, она совсем не испугалась, наоборот, обрадовалась. Не ждала подвоха, нападения, доверилась ему. Хотя, когда сообразит, что с поцелуями и изображением страсти он переигрывал, потому как нападать на шамана никто бы не стал, наверняка разозлится. Или нет. Сама-то точно не страдала в этот момент. И в хижине тоже. Пойди пойми, что у нее в голове, такая мешанина из «хочу», «боюсь» и «не должно», что плохо становится.

Айвен все так же лежала на кровати, только чуть повернулась на бок и сняла майку. В голове ее царил тот же хаос, но вожделения было как будто больше. Или это Анрир выдает желаемое за действительное? Здесь от одного запаха с ума сойдёшь.

— Держи! — он свалил на кровать ружьё, гранату и связку метательных ножей. — Теперь сможешь чувствовать себя защищённой.

Айвен недоверчиво прищурилась и сложила оружие на пол.

— Ты же знаешь, один кот эффективнее всего этого. И его мне сейчас не хватает.

Она перекатилась на спину и поманила Анрира пальцем. Только в мыслях метания стали сильнее, и желание никак не перевешивало стыд за то, что возникло оно в отношении кота. Можно было бы и подтолкнуть Айвен в нужную сторону, и вряд ли бы она осталась недовольна итогом, только вот потом все равно наступит раскаяние. И она будет грызть себя, злиться на Анрира, вспоминать этот случай при каждой их встрече.

— Знаешь, — он поднял с пола рубашку и смял в руках, наденет позже, на улице, — я пока гулял передумал. Да и таблеток у тебя больше нет. Так что отдыхай, завтра смогу провести тебя к порталу, переберешься в резиденцию или в любое другое место.

После Анрир развернулся и вышел, поймав отголоски разочарования и недоумения Айвен. Он обошел дом и щедро полил на голову холодной водой из стоявшей там кадки. Особенно легче не стало, но надо было с чего-то начать. После он огляделся вокруг и плеснул водой второй раз. С этой стороны хижины располагался крутой обрыв, а внизу все заросло деревьями, закрывшими почти все холмы. Раньше такого не было, просто поле с пожухлой травой. Надо будет расспросить здешнего двойника, как быстро меняются растения. И появлялись ли здесь подозрительные устройства. Да, это хорошее направление для мыслей.

А Айвен в хижине встала и прошлась по комнате. Сводящий Вместе свидетель, если она выйдет сюда, то обзаведётся настоящим запахом кота. Стойким таким, какого не добиться за один раз. И пусть сама разбирается с сомнениями.

Айвен несколько раз прошлась по комнате, попила воды, а после все же вышла на улицу, бросила в сторону непонятное заклинание и подобралась к Анриру. Демонстративно стащила шорты и переступила через них, после оперлась спиной о одну из толстых балок, поддерживающих крышу, и провела пальцами по губам.

— У тебя вкусный поцелуй.

Вот это она зря. У всякого самоконтроля есть границы. Анрир оперся рукой о стену, и замер так, чтобы не соприкасаться с Айвен. Но все равно чувствовал жар, идущий от тела прим-леди, раздражающий запах тощего кота и ее собственный запах желания и готовности.

— Расскажи мне о ребенке, который ждёт, о своем выпускном, о том, как я похож на Роука и Кирара. Или любую другую глупость, иначе тебе придется распрощаться с девственностью.

Айвен пожала плечами обняла его за талию и притянула к себе.

— Ничего на ум не приходит.

Ха-ха-ха. Не дождется. Больше ни словечка глупостей она не скажет. И не подумает. Ни единой лишней мысли, кроме того, что вот эта конкретная балка даже при их силе не обрушится, как ни толкай, в отличие от стены хижины. Та бы продержалась всего семь минут, это дольше, чем горит спичка, но надо брать с запасом. Потому-то Айвен здесь и стоит. И не сдвинется. Все же есть в кроватях что-то пугающее, ведь кровать — это серьезно, ну а балка — место для подростковых обжиманий, как раз того, чем они с котёнком и занимаются.

Но в следующую же секунду Айвен почувствовала серьезность угрозы насчёт девственности. Котенок притянул ее за затылок к себе и поцеловал, одновременно лаская грудь. Правую. Айвен же отстраненно подумала, что как много в их жизни несоответствий, на любимую левую руку котенка приходится правая, не такая знаменитая грудь. Он хмыкнул:

— Я тебя потом научу.

Чему интересно? Она и так знает всё-всё о анатомии и физиологии. Даже «Методы экстремального секса» и «Соитие в условиях иных мерностей пространства» штудировала от скуки. А это пособия не для слабых духом и плотью.

Но почему-то содержание всех пособий сейчас выветрились из головы, приходилось действовать наобум, а то и вовсе просто подчиняться котенку, с мыслью, что он-то в этом лучше разбирается. Но вроде бы он пока не жаловался на ситуацию, значит, не так все и плохо. И без пособий. Айвен расстегнула брюки котенка, опустилась их ниже и с удовольствием сжала его ягодицы, запустив в них ногти. Давно мечтала так сделать. Он довольно простонал, раздел Айвен, подхватил ее под бедра и приподнял вверх. Она же обняла за плечи и сама потянулась вверх, замолчав сразу несколько ценных замечаний о рациональности, физике и анатомии. Тем более на практике они оказались не такими уж ценными, и через несколько секунд Айвен уже тихо стонала от непривычного чувства наполненности, и чужих движений, когда только и остаётся, что держаться покрепче, но не слишком, чтобы не сломать котенку пару ребер или тазовые кости, и двигаться в ритм. И разрываться между желаниями довести все до итога или растянуть как можно дольше.

А ещё она сбилась со счета, трижды отмеряв секунды на тринадцатую минуту. Да и не стоило доверять подсчётам, которые выглядели как три, четыре, двенадцать, пять, пять, пять… Но закончилось все точно раньше, чем через три часа. Не сказать, что Айвен была этому не рада, скорее просто сделала мысленную заметку уколоть кота. Она же пока наслаждалась затухающим оргазмом, после которого тело будто лишилось костей, потому и позволила котенку отнести ее в хижину, уложить в кровать и напоить водой. Он ещё и накормить пытался, но Айвен отмахнулась. Удивительно, но после сладко-тягучей обессиленности на нее накатил небывалый подъем, энергия так и бурлила. И ее было совершенно точно больше, чем утром. Анрир же повалился рядом раскинул руки и закрыл глаза, но, судя по дыханию, не спал.