Елена Труфанова – Под знаменем черной птицы (страница 60)
— И потому шесть лет назад пригрозил мне пальцы по одному отрубить, если вздумаю тебя обидеть? — Бьорн тряхнул ее за плечи, затем указал на Бена. — Подумай не о себе, хотя бы раз, Бенджу нужна помощь, срочно. Знаю, ненавидишь меня, дикарем считаешь и убьешь не моргнув глазом, но сына спаси.
Кэсси трясло от злости на Бьорна, от страха за Бенджамина, от ненависти к Анриру, подстроившего все это, от отчаяния… Столько усилий, чтобы избежать тюрьмы, и вернуться ровно к тому, от чего бежала. Только в этот раз выбора у нее не было.
— Я позову Марка, он поможет.
Анрир лежал на диване в своем кабинете и пил сок. Хотелось бы чего покрепче. Но воистину не время.
— Давно он там горюет? — разгневанный шепот Кейташи резанул по ушам и нервам. Если уж князь двуликих лично явился наводить порядок, отдыху скоро придет конец.
— Семь часов сорок минут и три бутылки, — сразу же сдал Анрира предатель-секретарь.
— Насколько всё плохо?
— Крайняя степень.
Говорили они шепотом, в приёмной, но наверняка же догадывались, что Анрир их слышит. Никакого уважения к своему правителю и жалости к больному уставшему человеку.
— Сделай ему сахара с кофе, пойду поднимать страдальца. И шоколадом это сверху полей, так чтобы даже пищевод слипался от сладости.
— Его величество обещал нам аудиенцию, — в их диалог вклинился третий голос, даже не пытавшийся таиться. — Посольство Авроры относится к нему с большим уважением, но и нашему терпению есть предел. И за шесть часов ожидания он полностью исчерпался. Нужно обсудить ситуацию с вашими военнопленными. Если его величество не желает их выкупить, мы поищем другие варианты.
— Каннибалам Рыбьих островов продадите? Правильно, парни там мясистые, а Кассандру придется подкормить, — Кейташи говорил настолько серьёзно, что не знай его Анрир, уже бы бежал как можно дальше. И судя по эмоциям послов, те разделяли подобный подход. — Его Величество вряд ли кого-нибудь сможет принять в ближайшее время, он серьезно болен. Как только ситуация изменится, мы с вами свяжемся.
После Кейташи распахнул дверь и зашёл к Анриру. Послы ещё спорили, пытались проскользнуть в кабинет, но князя двуликих не так просто обойти. Он сел в соседнее кресло и поставил на журнальный столик чашку жидкого сахара с запахом кофе.
— Никогда не понимал как ты пьешь эту гадость.
— С трудом, — Анрир поленился вставать и ограничился тем, что повернул к Кейташи голову.
— Зачем? Или если достаточно долго не происходит неприятностей, начинаешь их создавать сам себе? Ни минуты без страданий?
— В детстве мне не разрешали есть сахар и другие сладости, потому я пообещал себе, что когда вырасту, буду есть его в неограниченных количествах. С тех пор так и пошло, успокаивает, знаешь ли.
— Феерическая придурь. Ну давай, делись своим планом.
— Нет никакого плана. Я очень устал и хочу отдохнуть. У всех такое бывает. Особенно когда всё, за что берешься, оборачивается еще большими проблемами. Сколько бы я не пытался, всё только рушится и становится хуже. Ты же знаешь, что с испытаниями нового оружия не все гладко. Тварь, в смысле Блудница не желает иметь со мной дел. Бьорн ухитрился попасть в плен. Вот скажи, каким идиотом нужно быть, чтобы увидев храм водных богов, не сбежать куда подальше, а попытаться всё же захватить госпиталь? Кэсси утопила Санаций. Она-то там откуда взялась? Все, не могу больше.
Анрир сделал большой глоток кофе, поморщился и впервые задумался над тем, что некоторые обещанием можно и нарушить, особенно такие детские. Сейчас-то у него никто не отбирает сладости. Хотя они всегда так успокаивали, дарили запретное чувства вседозволенности…
— Не хочу во всё это лезть. Где найдутся другие идиоты, нуждающиеся в бородатых немытых мужиках и одной профессиональной шлюхе? Пусть Марк с Креем сами со всем разбираются, а я пока отдохну, — Анрир поправил подушку и чуть передвинулся, чтобы удобнее было лежать. — Будь другом, принеси пару бутылок сливочницы.
Как бы его выпроводить? Сил действительно никаких.
— Я подожду, — уверенно ответил Кейташи, затем вытащил меч, специальный платок для полировки и пару раз повел по лезвию, напевая себе под нос незатейливый мотивчик.
— Подождёшь чего?
— Того как ты перестанешь играть в умалишенного и расскажешь свой план.
— Нет у меня плана.
— Я же говорю — подожду. Даже сочинил стих по этому поводу:
Анрир потряс головой и потёр виски.
— Это ужасно. Ты же знаешь что «холодна зима» это никудышный поэтический образ?
Кейташи нахмурился и поджал губы. Он всегда крайне болезненно относился к критике своего стихоплетного гения. Просто удивительно, как при таких низких способностях, его всё время тянется сочинять стихи. Почти как Анрира рисовать.
— Я вообще удивляюсь, как ты смог сдать экзамен по стихосложению? Он же входит в обязательную программу для дворянина княжества двуликих.
— У соседа списывал, — буркнул Кейташи. — Я ему помог сдать экзамен по метанию сюрикенов, он сочинил за меня стих. И не пытайся увести разговор в сторону, я жду краткое изложение дерзкого и безумного плана спасения наших дикарей. Иначе не засну от любопытства.
— Там их оставлю. Надоели.
— У меня до конца недели никаких дел. Ни единого. Могу сидеть здесь, полировать меч и декламировать стихи. Чувствую, сейчас родится еще один. Невероятный.
Анрир закрыл лицо рукой и потянулся к кофе. До чего же приторная гадость! Почти как стихотворения Кейташи.
— Погоди-погоди, следующий на подходе, он уже рвется наружу, чувствую поэтические схватки…
— Плана нет.
— За кого меня принимаешь? У тебя ботинки все еще мокрые, значит, бегал где-то. И когда тебя реально сваливает уныние, то ты пьешь водку, не сливочницу. И глаза, в них нет тоскливого безразличия, только хроническая хитрозадость.
— В глазах? — Анрир придвинул к князю тарелку с нарезанными длинными ломтями высушенного мяса неизвестного морского гада. Кейташи же пожал плечами, будто бы намекая, что это не худший образ за сегодня. — Нет у меня четкого плана, есть одна старая заготовка, но она не опробована в деле. Попробуй это.
Князь прищурился, взял один ломтик, повертел его и посмотрел на просвет.
— Буду ли я потом плеваться, клясться завязать с неизвестными продуктами и говорить, что все женщины в твоем роду путались со злыми духами, а сам ты лопоухая скотина?
— Непременно.
— По крайней мере, я буду говорить, это обнадёживает.
Кейташи поворчал ещё немного и положил ломтик в рот, с сомнением попробовал жевать, затем съел все целиком.
— Вкусно, интересная такая приправа, холодит язык. Что это?
Анрир тоже сжевал ломтик, но никакого холодка не почувствовал.
— Часть выкупа за нашего немытого короля елок и медведей.
— Решил накормить аврорцев рыбой? Коварно.
— По другому не умею.
Кто бы мог подумать, что именно в заточении Кэсси почувствует себя дома, впервые за шесть лет. Тюрьма на Эсоксе больше походила на дорогой курорт: просторные комнаты, живописные парки и бассейны с теплой водой, хорошая еда четыре раза в день и теплая вода в ванной без всяких ограничений. А что на окнах решетки и двери сделаны из закаленной стали — так это мелкие неудобства, на которые можно не обращать внимания.
А еще Кэсси принесли приличную одежду, косметику, сводили на прием к магу-лекарю, специализирующемуся на поддержании красоты, делали маски и обёртывания, в общем все то, что позволяет почувствовать себя счастливой. Потому приход одного из жрецов не принес радости.
Одетый в золоченый наряд лысый мужчина прошелся по апартаментам, спровадил стражника и сел напротив Кэсси. Первую минуту он молчал, разглядывая ее, затем сделал пометки на непонятном устройстве, похожем на лист бумаги, только буквы на нем появлялись от простого прикосновения, и, наконец, начал разговор:
— Сегодня тебя выкупят. Шесть килограмм золота и полтонны продовольствия, в два раза больше, чем за князя Силва. И треть из этого уже заплатили авансом.
Кэсси пожала плечами, наверняка это Ксандр просил за нее, Анрир бы не стал так тратиться. Но возвращаться сейчас? В холод, грязь, лес? Она не готова. И почему Марк не пришёл? Только вчера заглянул, передал новости о самочувствии Бена и убежал, бросив напоследок шуточку, что жизнь в деревне пошла Кэсси на пользу.
— Кассандра, вы думали о том, чтобы послужить водным богам? Они щедры к своим верноподданным.
— Какая им от меня польза?
— Пока — никакой. Но боги всегда смотрят в будущее.
— Снова нужно будет с кем-нибудь переспать? — Кэсси не смогла сдержать нервный смех.
— Ну как мы можем? Учитывая ваше нынешнее состояние это было бы преступлением, — его безволосые брови взметнулись вверх, будто сама мысль о подобного рода деятельности изумляла жреца. — Но вы способны на большее, леди Кассандра. Пора бы вспомнить об этом.