Елена Труфанова – Под знаменем черной птицы (страница 16)

— Что твои шпионы? — Крею, наконец, надоело разглядывать карту, и он двинулся дальше по безлюдному коридору. Обитель протекторов в Прималюсе всегда была номером один в списке ночных кошмаров Марка. Вроде бы дружелюбное, светлое здание, без скрипучих ступеней, железных решеток и подвалов, а хочется бежать отсюда изо всех ног. Повезло, что способности к магии у Марка настолько малы, что при необходимости его просто-напросто убьют, а не доставят сюда.

— А что они? — как будто сам не знает, трижды же прочитал все сообщения, но нет, обязательно нужно заставить Марка говорить. А его, между прочим, дома ждет Лапушка-потратившаяся-на-покупки. А такая Лапушка вдвое интереснее обычной. — Никто ничего толком не знает, но большинство отметили, что за последние недели в Кор-атр привезли несколько десятков разнообразных монстров со всего Атрокса. И с десяток осиных ульев.

Года два назад всего один такой улей, якобы случайно выросший на глухой стене крепости, уничтожил целый форт с аврорскими военными. Осы слишком малы, не больше десяти сантиметров, по одной не отстреляешь, но при этом достаточно ядовиты, чтобы за несколько укусов прикончить взрослого человека. Тот случай приучил всех оставшихся вояк хранить в фортах плотные, не прокусываемые костюмы, но кто знает, какие еще сюрпризы может преподнести дикий мир?

— Но я уверен, — продолжил Марк, — это не все ширма, Анрир придумал что-то другое. Один раз он уже использовал монстров, повторяться не станет.

К тому же эта информация поступала и от Кассандры, а она изначально была не более чем прикрытием для настоящих агентов. Но и те не смогли рассказать ничего нового. Обрывки слухов, невнятные действия чокнутого кота и привезенные в столицу звери. Все.

— У него нет выбора: восемь из двенадцати князей отказались в открытую выступать против Авроры, Безумному больше неоткуда взять армию. А влияния короны не хватит на людей, остаются только монстры. Но в этот раз у котаничего не выйдет, я все просчитал.

Наконец они дошли до крепкой стальной двери, ведущей в одну из лабораторий. За ней оказалась совсем крохотная проходная комната, левую стену которой целиком занимал шкаф со странной одеждой. Крей вытащил из него две стопки вещей, одну протянул Марку, вторую же разложил на лавке и начал переодеваться.

— Меня смущает эта баба, Джинджер, — возразил Марк. — Они с Безумным знакомы лет двадцать, а сейчас вдруг ни с того ни с сего воспылали друг к другу ненасытной страстью. Да такой, что проводят вместе по нескольку часов ежедневно. А если вспомнить, что эта баба — еще и летчик, то все становится вдвойне подозрительным.

— Одна женщина с самолетом не изменит ничего, — покончив с нижней, хлопковой частью одежды, Крей потащил на себя верхнюю, прорезиненную и с обширными вставками из неизвестного материала. Марку ничего не оставалось, кроме как повторить за лордом-протектором. Невероятно тяжелая и неудобная штука, знать бы, зачем они ее надевают. — Я видел эти развалюхи, чтобы взлететь им нужна длинная разгонная полоса и специальное топливо, не считая обученного пилота. Обычные порталы намного надежнее и проще. Безумный всюду пихает Джинджер, хочет похвастаться своими достижениями, никакой скрытой подоплеки здесь нет. А страсть… Все его женщины странные, вспомнить хотя бы ту дикарку с эбонитовой кожей и кольцом в носу.

— Сестра князя Степпа, они не так долго пробыли вместе, после чего довольно мирно расстались, до сих пор поддерживают дружеские отношения. Крей, пойми, у Безумного не бывает просто любовниц, все они либо наши шпионки, либо шпионки жрецов, либо же какие-то важные девицы с Атрокса. А Джинджер? Почему она? Рыжая, высокая, фигуристая. Раньше его тянуло на совершенно другой типаж.

— Спросишь сам, после подписания договора. Кстати, а что он тебе обещал в случае проигрыша?

— Календарь со своими рисунками. Мы уже издали и один, неплохо поддержали фонд вдов и сирот, открытый при визумарии, за полученные от продаж деньги.

— Два придурка, — Крей натянул на голову тонкую вязанную шапку, закрывавшую волосы, шею и большую часть лба и подбородка. После чего взял в руки уродливый шлем с тремя выступающими выростами на месте носа и рта. — Смотри, чтобы не осталось ни малейшей щели между деталями костюма, и сними заглушки, — он отсоединил три темных круга с выростов, — иначе задохнешься.

Марк повторил его действия и тоже напялил шлем. Дышать сразу же стало тяжело, воздух поступал с трудом и нестерпимо вонял резиной и пылью. Снять бы все это, но Крей не стал бы предупреждать без причины. Похоже, он решил открыть Марку один из своих секретов.

Впрочем, кто же их не хранит? У Марка тоже был такой: давняя договоренность с Безумным. Не трогать близких друг друга, не втягивать их в политические разборки. Этот договор много лет оберегал Оливию и все шебутное семейство Баев, проживавшее далеко на юге. А взамен визумарий не трогал старшего кота и семью Кейташи. И если Безумный решил напомнить об их соглашении, значит, хотел предупредить о том, что не стоит брать с собой Лапушку на грядущее подписание договора.

Крей повесил на спину рюкзак с двумя баллонами, взял в правую руку насос и открыл следующую дверь, после зашел в длинный белоснежный зал. Мутноватые окуляры шлема мешали нормальному обзору, но даже через них Марк видел крепкую решетку и сидящего в дальнем углу кота. Потрепанный, перемазанный кровью, в разорванной одежде, но тем не менее серьёзный противник. Эта разновидность боевых имусов традиционно считалась самой опасной: сила, скорость, невероятная регенерация. Кот напоминал Безумного настолько, что Марку пришлось несколько раз моргнуть, прогоняя наваждение.

Лорд-протектор бесстрашно дернул за рычаг, и запор на решетке щелкнул, освобождая кота. Тот, не медля ни секунды, рванул к ним, на ходу превратившись в здоровенную черную кошку. Святые щупальца! Марк еще не готов умереть! Он попятился назад, чтобы найти какое-то оружие, но при этом понимал, что не успеет. Хоть бы Крей одумался и воспользовался магией!

Но лорд-протектор невозмутимо переместил распылитель в сторону кота и нажал на кнопку насоса. Из трубки вырвалось небольшое зеленоватое облачко, зависшее в воздухе. Имус влетел в него, не притормозив ни на секунду. Марк уже представил, как когти и зубы кота разрывают тело Крея, но ничего не происходило. Спустя мгновение облачко опустилось к полу, а на месте кота остался лишь медленно тающий остов скелета и лужа бурой субстанции. Лорд-протектор вернулся к стене и дернул другой рычаг, с потолка тут же полилась вода, смывшая в напольные отверстия остатки смертоносного вещества и лужи.

Крей отпустил рычаг, затем без опаски снял шлем.

— Как тебе?

— Имел бы я Блудницу раком на алтаре водных богов и пусть Безумный лично нам подсвечивает! Что это такое? Снова откопали хранилище с оружием предтеч?

— И это было большое хранилище, — лорд поднял с пола остатки кошачьего черепа и выдернул покрытый коррозией клык.

Кэсси все узнала и ждала. И в этот день, и в череду последующих. И сама не знала, чего больше в этом ожидании: страха перед Марком и визумарием, желания получше пристроиться в жизни или простой привязанности. Долгие годы она не позволяла себе подобных слабостей, только трезвый расчет, изредка — плотские удовольствия и временные интрижки с интересными мужчинами. Но с Анриром все было иначе: совершенно непредсказуемые отношения, которые могут оборваться в любой момент, так и не принеся никакой выгоды. Даже должность официальной фаворитки Кэсси не перепала. Одной из четырех официальных фавориток.

— Почему ты не встаёшь? — Кэсси уже больше получаса сновала по выделенной ей спальне, привела себя в порядок, дважды переоделась и сменила прическу, выглянула в окно, заметила нависшие над городом тучи и всерьез задумалась, не переодеться ли в третий раз. Анрир, разбудивший ее в такую рань своими прикосновениями, продолжал валяться на кровати, проигнорировав неизменное получасовое мытье в ванной, наступавшее каждый раз после их близости.

— Когда-то давно, — он лениво потянулся, затем положил голову на скрещенные руки, — я пообещал себе, что никогда не буду вставать с постели до рассвета. Если от этого не зависит моя жизнь и благополучие, конечно. А обещания я стараюсь выполнять.

— Не очень-то похоже, — Кэсси забралась на кровать и поцеловала кота, действуя на той грани, что отделяет будоражащую ласку от прелюдии. — Ты обещал помочь вызволить моего сына, но пока ничего не предпринял. И должность официальной фаворитки.

— Смеешься? — Анрир отстранился и все же сел. — Ему шестнадцать, а мои фаворитки совершеннолетние. К тому же из мужчин я сплю только с Этьеном. Сам до конца в это не верю, но не могут же несколько сот человек ошибаться по поводу моей личной жизни.

Кэсси нахмурилась и демонстративно сложила руки на груди, намекая, что не оценила такую шуточку, но кот в который раз ее проигнорировал. За столько дней он так ни разу и не выдал, что скучал без нее или рад возобновившимся отношениям. Полное равнодушие, будто Кэсси — стакан воды на прикроватной тумбочке: есть — хорошо, нет — так всегда можно встать и напиться из стоящего на столе графина.

— Ладно, не куксись, я обещал, что малыша отнимут у агентов визумария и переправят в безопасное место, и от своих слов отступать не намерен. А насчет должности официальной фаворитки — это, уж извини, только твои фантазии. Я исчерпал лимит подосланных Марком девиц, которых готов терпеть рядом с собой для поддержания добрососедских отношений.