Елена Труфанова – Под знаменем черной птицы. Книга 2 (страница 87)

Доверие строится на честности — она сама так говорила. А насколько честно влезть в чужие мысли, туда, где хранится самое сокровенное, где живет вся боль и радость? Но сам Нерон не раз и не два делал такое. Точнее, он постоянно читает ее мысли, предчувствует все, особенно — угрозу своим гениальным и зловещим планам.

Айвен положила руку ему на висок, погладила прохладную кожу и влезла в мысли, на верхний слой, смесь обрывков мыслей и воспоминаний, сейчас складывающихся в подобие сна. А еще там было много ее. Часто — в не самом пристойном виде. Айвен попыталась копнуть глубже, чтобы не видеть этого, но остановилась. Котенок все также безмятежно спал, не чувствуя угрозы. Насколько было бы проще, проснись он сейчас, начни скандалить, избавь ее, в конце концов, от искушения. Но нет, в этот раз его интуиция молчала.

Где-то на улице раздавался голос Хиро, хлопали выстрелы "молний", бряцала сталь. Отрабатывали новые приемы ведения боя, не иначе. На редкость бездарно, до подкожного зуда бездарно и глупо.

Айвен погладила котенка, укрыла его толстым одеялом и вышла из комнаты раньше, чем успела передумать. Она еще пожалеет об этом, возможно, не один раз. Но именно в эту минуту предавать Нерона не хотелось. Это было бы совсем гадко.

В коридорах и на террасе никого не было, один Хиро появился из дома, как только заметил Айвен.

Она же оперлась о перила и наблюдала за тренировками славных воинов Монтиса. С мечами и гардами они были неплохи, также неплохо стреляли по неподвижным мишеням. Как Нерон надеялся научить их сражаться против воздушного десанта вооруженных и защищенных броней солдат — загадка. Глупое, безнадежное предприятие, наверняка он и сам это понимает.

— Братец серьезно устает в последнее время, — Хиро развернулся так, чтобы наблюдать за Айвен, а не за тренировкой, — у вас сегодня было так тихо. Непростое дело, ублажить леди, когда столько сил отдаешь управлению государством, возможно, я помогу?

— Один не справишься, зови друзей. Человек сто, не меньше. Активных, одаренных, способных быстро учиться. Хочу повторить любимый фокус его величества и сделать невозможное.

Она отвернулась от Хиро и сосредоточилась на заклинании, заодно чуть склонила голову влево, пусть пижон видит небольшой синяк на ее шее. Айвен специально не стал его заживлять, как знала, что пригодится. Зато после того случая с записью ее стонов, стала умнее и каждый раз ограждала комнату заклинанием.

— На сотню тебя точно не хватит, леди. Начни с одного меня.

Несмотря на болтовню, он мысленно связался с кем-то и попросил собрать воинов.

— Твой братец весьма терпелив, меня Создатели этим обделили. Не стоит злить того, кто в разы сильнее Хиро. И не стоит заигрывать с девушкой, если не уверен, что готов видеть вату в ее бюстгальтере. Идём.

Глумливая улыбка не сходила с губ Хиро, но сам он не приближался и не пытался тронуть Айвен. Боялся ли в самом деле, или просто проверял ее верность Нерону — поди разбери, но шуточки его стоит пресечь пожестче. Разберется с этим, когда закончит с сотней желающих удовлетворить несчастную прим-леди.

В саду Вада не хватит места для ее задумки. И розы. Не стоит портить цветы, столь любимые Руоки. Поэтому Айвен вывела всех прочь, туда, где тянулись бесконечные квадраты возделанной земли, которую скоро пропитают удобрениями и засеят быстрорастущим рисом и пшеницей.

И за ней шли. Молча, послушно, четко выстроившись в пары. Если за прошедшие дни с ней и случалось нечто странное, то точно не настолько.

— А ты не перегнул палку с обещаниями? — она оглянулась на Хиро. — Боюсь, я могу чуть отклониться от их фантазий.

— Это братец. Он ещё утром на совете предупредил всех, что вечером прим-леди проведет первый инструктаж. И если все хотят выжить в будущем и не испортить отношения с Кор-Атром сейчас, то должны вести себя безупречно.

— Первый инструктаж?

Младший Вада пожал плечами и отошёл назад, туда, где выстроилась первая линия воинов, казавшихся причудливыми статуями в подступающей вечерней мгле. Не совсем мальцы, но и назвать их подготовленными солдатами пока не получалось. До этого момента пройдет много времени, прольется много пота и крови, преимущественно тех, что принадлежат Айвен. Тяжелая работа, но привычная, та, без которой сложно представить жизнь патрема.

— Перед нами стоит сложная задача, — начала она. — До вас не было альтеров или имусов, которые бы сражались магией и оружием одновременно, но мы изменим все!..

Тренировка длилась до поздней ночи. Созданные Айвен фантомы светились в темноте, так что можно было бы продолжать и дальше, но воины выдохлись и уже не воспринимали учебный материал. Но за эти пять часов они приспособились действовать слаженно, единой командой, не красуясь друг перед другом, как привыкли раньше.

В этом была специфика Монтиса: много отличных бойцов, но привыкли сражаться малыми группами, а не слаженно, все вместе.

Поэтому Айвен распустила всех, пожелала как следует выспаться и напомнила, что ждет всех к шести утра, то есть через целых четыре часа.

— Им не хватит времени на отдых, — Нерон наблюдал за тренировкой последние тридцать минут, но стоял в стороне, не подходил близко.

— Тебе же хватает, и каждый день, а не один раз. Завтра планирую вернуться в Кор-Атр, к моему механизму и другим мальцам.

— Я сижу на стимуляторах последние года два-три, сама же ругаешь за это.

Воины успели разбрестись, остави их с котенком вдвоем, не считая, конечно, Хиро и Кейташи, которые на террасе ждали не иначе как романтического спектакля с поцелуями среди светящихся фантомов. Но Айвен просто подошла и обняла Нерона, положил голову ему на плечо. Устала за день. Но это была приятная и правильная усталость, впервые за долгое время.

— Беспокоюсь за тебя. Я не всегда рядом, не всегда успею вытащить, когда накроет очередной приступ. А с этими тренировками, если всерьез хочешь сделать из меня инструктора для всей армии, времени для тебя будет еще меньше.

— Тем оно ценнее, — он соединил руки за спиной Айвен и поцеловал ее в висок.

В этом он прав. Хватит дуреть от безделья, а для личного не так много минут и нужно.

— Когда собирался сказать? — Айвен отстранилась, насколько это было возможно и заглянула ему в глаза.

Нерон указал рукой на изрытое поле, намекая "вот сейчас". Потом снова обнял Айвен, нисколько не стесняясь обоих Вада.

— И я говорил, что отдам тебе армию. Просто ждал более подходящего момента, — и глумливо подмигнул. — Намекал. Подталкивал. Даже нарисовал инструкцию. Надеялся. Приготовил подарок. Эх, мечты, мечты. А какой бы вышел прекрасный момент: ты поднимаешься с колен, я на вершине блаженства, отдаю тебе приказ о новой должности, тебе и отказаться жаль, и убить меня хочется

Айвен приподняла бровь, но вслух отвечать не стала.

— Не заслужил. И армия, откровенно говоря, маловата для столь щедрого подарка с моей стороны. Но твой способ вербовки сотрудников мне понравился, чувствуется профессионализм и долгие годы практики. Молодец. Попробуй ещё, возможно, я тоже найду чем отблагодарить.

— А ты не очень молодец. Просил же не брыкаться, — от притворно потёр зуб, по которому Айвен якобы попала коленом. Но где тот зуб, а где колено… — Больше тебя вербовать некуда, так что…

— Но если я снова буду себя плохо вести?

— Выпорю, тебе тоже понравится, — Нерон прижался к ней и говорил на ухо. — Или свяжу. Свяжу и выпорю, так даже лучше.

— Вовсе останешься без зубов, — для убедительности она разогрела пальцы магией и чуть прижгла котенку мочку уха. До лёгкой красноты, не более.

— Нет победы без жертв, — он же держал крепко, ни на секунду не разжав объятия.

Потом Айвен развеяла все фантомы, вернула разрытому полю прежний вид и в наступившей темноте наконец поцеловала котенка. И потом сразу же пнула по голени, почти легонько. Надо же — планировал он сделать подарок! Извращенец!

— Ты же не серьезно все это говорил?

— О, конечно, на полном серьёзе! Только так и набираю людей на важные должности, как и всякий порядочный злодей. Пойдем, Вэн. Надо отдохнуть.

Собственно, она и не устала. Можно было бы заняться чем-то здесь или вернуться в Кор-Атр, к своему механизму и собратьям. Но хотелось прижаться к котенку и просто лежать с ним рядом, болтать о глупостях, возможно, молчать или так вот целоваться в темноте, как какие-то подростки. Но у них двоих и не было нормальной юности. Айвен уже запретили и думать о близости, Нерон в восемнадцать или около того первый раз умер, а после выживал неизвестно как.

Сейчас каждое прикосновение, взгляд, минута вместе — словно тонкая и прочная нить, которая сшивает их двоих, через мышцы и кости, затрагивая сердце и душу, до такой степени, что стоит отдалиться, даже подумать об этом — и начинаешь рвать себя. Но ее место там, за пределами Атрокса, где ещё живы сородичи, где есть технологии, магия и все то, что подобает прим-леди. А место Нерона здесь, с его народом и злодейскими планами.

— Смотрю на вас и лезет, рвется, буквально в муках рождается стих, — все же подошел к ним Кейташи. — Необыкновенный. Там трагедия и смех, боль и ярость, месть и прощение. Страх, гнев, белоцвет… Даже не знаю, стоит ли вам рассказывать.

Он веселился и тайком осматривался по сторонам, наверняка искал следы каких-то механизмов. Все привыкли к тому, что на Атроксе не работает магия и до сих пор воспринимали заклинания Айвен, как чудо.